Глава 19 - Точка кипения

Мы неслись по ночным улицам, как будто за нами гнался сам ад. Марк вел машину, почти не моргая, а я сжимала ремень безопасности так крепко, что ногти впивались в ладони.

Я не спрашивала, куда мы едем.

Я даже не знала, зачем он стрелял. Или кто именно был на складе. Или откуда Алекс узнал обо всём. Единственное, что я знала наверняка - что в какой-то момент всё вокруг перестало быть игрой в "новую жизнь" и превратилось в выживание.

- Кто это был? - спросила я наконец. Голос прозвучал хрипло, как будто чужой.

Марк не ответил сразу. Только сжал руль сильнее.

- Люди Феликса, - сказал он. - Он был одним из партнёров моего отца. Один из тех, кто выжил после чистки. Один из тех, кто, возможно, заказал их.

- И ты думал, что сможешь договориться с ним?

- Нет. Я думал, что смогу вытащить информацию. - Он посмотрел на меня краем глаза. - У меня был план. Но всё пошло к чёрту, как обычно.

Он остановился у какой-то старой парковки, заглушил двигатель. Несколько секунд мы сидели в тишине. Только наш бешеный пульс и шум улицы, далёкий, как из другого мира.

- Алекс был там, - сказала я.

- Что?

- Он вытащил меня, когда я пряталась. Он показал мне видео. С тобой. С кем-то ещё. С передачей... чего-то.

Марк отвернулся, потёр лицо ладонями.

- Конечно он был там. - В его голосе не было удивления. Только усталость. - Он работает на них. Или думает, что работает.

- А ты?

Он медленно повернулся ко мне.

- Я не работаю ни на кого. Я работаю против них. Но это никого не волнует, да?

- Волнует. Меня волнует.

Он вздохнул.

- Я не хотел втягивать тебя. Но ты оказалась... - он запнулся, - слишком рядом. Слишком настоящей. А я не знал, как с этим быть.

Я посмотрела на него. Он выглядел разбитым. Не физически - внутри. Как будто что-то важное внутри него сломалось ещё до встречи со мной, а теперь просто начало крошиться на куски.

- Ты всё ещё не рассказал мне, что на том видео.

Он покачал головой.

- Деньги. Контракт. Подставная сделка. Я хотел вытащить из Феликса имена. Тех, кто стоял за смертью моих родителей. Но вместо этого получил засаду.

- Почему ты не сказал мне ничего раньше?

Он поднял глаза. И в этих глазах была искренность. Честная, голая, болезненная.

- Потому что я боялся, что ты уйдёшь. А если ты уйдёшь - всё остальное потеряет смысл.

Слова застряли у меня в горле.

Я не знала, что ответить.

Он провёл ладонью по моей щеке - осторожно, как будто проверяя, не исчезну ли я, если он прикоснётся сильнее.

- Я не уйду, - прошептала я. - Пока ты не начнёшь лгать.

Он кивнул.

- Тогда тебе нужно знать всё.

Мы провели остаток ночи в заброшенной квартире на юге Бруклина. Где-то в прошлом она была чьим-то домом: облезлые обои, выцветшая занавеска, старая плитка с рисунком звёзд. Сейчас - это было укрытие.

Пока Марк чистил порез на щеке, я сидела на полу с картой города, распечатками и телефоном. Он начал говорить. Спокойно. Чётко.

О том, как после смерти родителей обнаружил их зашифрованные данные. О счетах в офшорах. О сообщениях. О наркобизнесе, который прятался под маской семейного легального предприятия.

- Я думал, они чистые, Эм. Но всё оказалось намного глубже. И страшнее.

- А зачем ты полез в это сам? - спросила я.

- Потому что никто не будет искать правду за меня.

- А если за эту правду придётся платить?

Он посмотрел на меня. Слишком долго.

- Я уже плачу.

Под утро он уснул на диване, а я осталась у окна. Вдали пробивался первый свет - бледный, почти хрупкий. Нью-Йорк просыпался. И в этом было что-то странно спокойное.

Я смотрела на Марка. Его лицо во сне было другим - спокойным, почти мальчишеским. Без напряжения, которое не отпускало его днём. Без стальной маски.

Я думала о том, что теперь всё изменилось.

Я знала слишком много. Я была втянута. Я была частью чего-то, что не понимала до конца.

Но странным образом - я не боялась.

Я чувствовала, как во мне растёт что-то другое.

Решимость.

И, может быть, что-то гораздо опаснее - привязанность.