3

Парень открыл глаза. Белый свет. Неужели он умер?

Он попытался подняться, но не смог. Его что-то сковывало. Он пробежался глазами из стороны в сторону и попробовал поднять руку, но что-то её стягивало. По ощущениям похоже на ремень.

- Твари - заизвивался парень на койке - Какие же твари.

Он начал колотить ногами кровать, избивая пятки в кровь об спинку.

- Твари, твари, твари! - кричал из всех сил парень.

Дверь открылась и перед ним предстала женщина в белом халате. Блондин посмотрел на неё, словно ненавидел её всю жизнь, хотя видел первый раз. В его глазах было столько злобы и ненависти. Конечно, ведь ему так и не дали умереть.

- Ну что вы такой буйный? - спокойно спросила женщина.

- Вы не дали мне умереть - прошипел парень, сжимая кулак.

- Я лишь исполняю свою работу - безразлично ответила женщина, встряхивая шприц.

- Какая же ты тварь - медленно сказал парень - Тварь!

Он начал брыкаться, пытаясь замахнуться на женщину, которая даже не смотрела в его сторону. Парень уже покраснел от скопившейся в нём злобы, на его кулаках и шее выступали набухшие жилы. Блондин брыкался до тех пор, пока не почувствовал иглу под кожей. Женская рука сильно держала его плечо, что казалось будто это вовсе не женщина, а какой-то накаченный мужчина: с такой силой она сжимала его плечо. Достав иглу, женщина так же безразлично убрала шприц в специальный пакет и напоследок кинула короткую фразу:

- Поспите. Лучше станет.

Дверь захлопнулась, повернулся замок и отдалённые шаги пропали в шуме коридора.

- Тварь... - снова прошипел парень.

Он был разочарован в том, что остался жив. Он так надеялся, что ему удастся умереть, пусть и таким способом. Парень давно разочаровался в этой жизни. Его ничего здесь не держало, а только пугало всё сильнее и сильнее. Он стал заложником своих страхов. Он боялся потерять и потерял. Он боялся остаться один и остался. Он боялся, что больше не увидит её лица и не увидел. Блондин просто сошёл с ума. В его голове не осталось ничего, кроме той ночи. Света фар. Удара. И темноты. Ничего, кроме её образа, сохранившегося спустя время. Но он не помнил её счастливого лица, не помнил её прикосновений и даже улыбки... Ничего, кроме крови. Абсолютно ничего.

Его ноги больше не колотили стенку кровати, а конец одеяла стал мокрым от крови. Его кулаки медленно разжимались, тело расслаблялось, закрывались глаза. Но вместо темноты он видел её лицо. Её мёртвое, бледное лицо...

Юнги начал мотать головой на подушке, пытаясь открыть глаза. Но не мог. Он хотел биться об стену так, чтобы кровь снова текла по его лицу, чтобы руки были изрезаны так, что кожа не могла затянуть эти раны. Но он всё больше расслаблялся, тело не слушалось, ноги медленно скользили по простыне, пачкая её кровью, руки больше не двигались. Он провалился в темноту. В ту самую...

***

Парень открыл глаза. Белый потолок. Снова.Но руки уже не привязаны. Странно. Он попытался ими пошевелить, но не смог.

- Что за... - выругался парень, когда всё понял - Ааа, "смирительная рубашка"...

Его руки находились в неимоверно длинных рукавах, которые завязывались сзади в тугой узел, чтобы тот не смог ничего делать.

- Твари... - снова прошипел Юнги, садясь на кровать.

Он сидел посередине абсолютно пустой палаты. Белые стены, белый потолок и холодный плиточный пол. На единственном окне была решётка, закрывающаяся на массивный замок. И всё. Больше ничего не было.

Сначала Юнги не мог понять, где он, но его острый ум никогда его не подводил, даже, когда он сошёл с ума. Но, конечно, парень так не думал.

- Я в психушке... - вздохнул парень, вставая с кровати и направляясь к окну.

Блондин посмотрел сквозь решётку в окно. Всё, что он увидел: две сосны и виднеющийся вдалеке высокий забор, ограждающий территорию больницы.

Юнги цокнул языком. Сбежать будет трудно. Но он постарается. Блондин осмотрел увесистый замок от решётки. Несмотря на то, что он весил, наверное, не меньше килограмма, замок был ужасно ржавым.

- Вот идиоты - усмехнулся парень сам себе - Его можно просто ударить чем-нибудь, и он рассыплется.

Юнги улыбнулся собственной мысли. Но появилась новая проблема, которую надо было решить. Руки. Нужно освободить руки. Блондин попытался со всей силы дёрнуть ткань рубашки, но та даже не хрустнула.

- Ну шить умеют, молодцы - сжал зубы парень - Я должен что-то сделать. Я же не псих.

Но вдруг его глаза снова заблестели, а руки затряслись. Он начал искусывать свои губы снова до крови, чувствуя этот металлический привкус во рту. Снова. Свет фар. Удар. И темнота.

Блондину стало тяжело дышать. Он прислонился к опоре, чувствуя, как холод пробегает по его спине. Парень скатился по стене, садясь в привычное для него положение. За всё это время он отвык лежать и нормально ходить. Парень мог только сидеть, поджав колени и положив на них голову.

Юнги снова погрузился в чертоги своей головы, прокручивая всё снова и снова. Секунда за секундой он вспоминал события по порядку. Опять он едет на этой машине, опять бросает короткий взгляд на её задумчивое лицо, опять его ослепляют фары. Опять. Он не мог забыть всё это. Весь этот ужас. Этот страх. Этот день и эту ночь.

Блондин положил голову на колени и тихо по-детски заплакал. Слеза за слезой скатывались по его щекам, капая на пол. Каждая больнее предыдущей.

Юнги не помнил, сколько просидел в таком положении. Опять. Но из раздумий его вывел звук поворачивающегося ключа и противный скрип двери. Парень поднял голову и увидел того, кого хотел прямо сейчас ударить кулаком по лицу со всей силы. Так, чтобы кровь струёй брызнула из его разбитого носа. Так, чтобы он понял, что сделал.

- Привет, брат - осторожно поздоровался парень - Как ты?

Юнги одарил его злобным взглядом и ответил, отвернув голову в сторону, чтобы не видеть его лица:

- А ты как думаешь?

- Не знаю, поэтому и спрашиваю - парень боялся подойти к Юнги, поэтому стоял у двери.

Между ними было несколько метров, но казалось, что оба дышат друг другу прямо в лицо. Напряжение повисло в воздухе словно тонкая леска, готовая в любой момент порваться.

- Зачем ты пришёл? - не глядя на друга, спросил блондин.

- Хотел увидеть тебя и удостовериться, что с тобой всё хорошо - мягко ответил парень.

- И что? - Юнги повернул голову в сторону друга - Удостоверился?

В ответ парень только закусил нижнюю губу.

- Они связали мне руки, надели "смирительную рубашку", привязали к кровати - начал дрожащим голосом блондин - Как ты думаешь, как я?

Друг молчал. Его грызла совесть за то, что он сделал, но исправить что-либо было уже поздно.

- Из-за тебя - глаза Юнги злобно блеснули - Только из-за тебя я здесь.

- А где ты хотел оказаться? - поборол сам себя парень. Только он знает, насколько тяжело ему дались эти слова.

- Уж точно не в психушке! - прорычал блондин.

- Ты сам виноват, Юнги.

- Я?! - возмутился парень.- И как же?

- Ты разве не помнишь, как резал себе руки? Как громил квартиру? Как пытался повесится? Не помнишь? Я тебе напомню.

Юнги скрежетал зубами, но молчал.

- Пойми, так не может продолжаться вечно. Я не могу смотреть, как ты убиваешь себя. Я тоже устал. Устал от того, что, постоянно приходя к тебе, я видел, как ты изводишь себя. Устал думать о том, что, придя в один день, я увижу тебя мёртвым - последнюю фразу он говорил дрожащим голосом. Как он хотел сказать блондину, что дорожит их дружбой, как хотелось броситься перед ним на колени и зарыдать, как хотелось рассказать о том, насколько тяжело ему дался тот звонок, как тяжело принималось это решение и каково осознать, что лучший друг сошёл с ума. Но, он не мог этого ему сказать. Сам не знает почему.

- Проваливай - тихо проговорил Юнги, смотря ему прямо в глаза.

- Юнги... - еле слышно вздохнул парень.

- Я сказал проваливай отсюда! - закричал блондин.

- Хорошо - кивнул парень и начал открывать дверь, но остановился.

- Прости меня... - на выдохе произнёс он и последний раз посмотрел на друга.

- Я тебя ненавижу - проскрежетал Юнги, злобно смотря ему в глаза.

Хлопок двери. Звук поворачивающегося ключа. И звук отдаляющихся шагов, который Юнги больше никогда не услышит.