ПЕРЕГОВОРЫ

Свет прожекторов выхватывал из полумрака большой конференц-зал. На центральном проекционном экране яркими линиями и цифрами выделялся анализ действий «Клина». Графики стремительного падения акций, таблицы с показателями снижения доверия клиентов и диаграммы негативных упоминаний в СМИ. Вместе с сухими аналитическими данными мелькали кадры с улиц: протестующие с плакатами, громкие лозунги, гневные лица. Сжатые кулаки, напряжённые взгляды.

За овальным столом собрались ключевые фигуры компании. Один из старших сотрудников с усилием поправлял очки. Юрист, сидящий ближе к центру, сцепил руки в замок и не отрывал взгляда от экрана. Другой сотрудник, сидящий чуть поодаль, хмуро барабанил пальцами по столу, глядя в никуда. Остальные - молчаливые, внимательные, почти неподвижные - наблюдали за Арсением.

- «Клин» не просто мешает нам работать, - раздался твёрдый голос Арсения, разрезавший напряжённую тишину. Его взгляд обежал всех присутствующих, как прожектор. - Они намерены уничтожить нас. Протесты, давление на регуляторов, дезинформация в СМИ - всё это уже угрожает нашему существованию. Они действуют целенаправленно и методично. Я хочу знать, что мы можем сделать, чтобы переломить ситуацию. Они не остановятся, пока не добьются своего, и я не намерен позволить им это сделать. Юридические действия хороши, но этого недостаточно.

Кристина подняла голову от отчёта, который внимательно изучала.

- Юридически мы делаем всё возможное, - начала она сдержанным голосом. - Но это не только юридическая война. Проблема в том, что они играют на страхах людей. Они подают наши связи с банками, технологии, инновации как угрозу. Люди боятся того, чего не понимают. И это их главная сила. Мы можем выиграть в суде, но проиграть в глазах общества. - Она слегка прикусила губу, словно обдумывая, стоит ли продолжать. - Мы рискуем потерять доверие, даже если формально правы.

- Это не только страхи, - вмешался Лёва, сидящий чуть поодаль. - Это спланированная атака. Они знают, куда бить. Каждое наше движение вызывает новую волну. Посмотрите на цифры: любой наш шаг становится поводом для их кампании. Это слишком продумано, чтобы быть простой реакцией. Они предугадывают наши действия.

Он помолчал, словно собираясь с мыслями, и продолжил:

- Я не хочу сеять панику, но мы должны учитывать возможность утечки. Если у «Клина» есть инсайдеры среди нас, это объясняет их точные удары. А если это так... - он сделал паузу, его голос упал до шёпота, который, тем не менее, разнёсся по залу, - последствия могут быть катастрофическими. Мы рискуем потерять не только репутацию, но и контроль над ситуацией.

Арсений медленно вдохнул. Он подошёл к экрану, на котором замерли кадры с лицами протестующих, и на несколько мгновений просто смотрел на них. Затем его голос прозвучал снова, низкий и твёрдый:

- Мы не позволим «Клину» выиграть. Если они хотят войны, они её получат.

Его слова прозвучали как приказ, как точка отсчёта для действий.

- Завтра мы пересмотрим стратегию. Найдите слабые места. Если у них есть инсайдеры, выясните, кто это.

Он обвёл зал взглядом, и никто не посмел возразить.

- Мы выстоим, - произнёс Арсений, обводя собравшихся взглядом. Его уверенность, казалось, заполняла собой всю комнату.

- Может быть, стоит попытаться наладить диалог? - раздался голос одного из сотрудников. Он говорил неуверенно, но с ноткой надежды, словно цеплялся за этот шанс. - Показать нашу настоящую цель, изменить общественное мнение? Нам нужно доказать, что мы не враги. Что мы хотим улучшить жизнь людей, а не разрушить её.

- Хорошо,- сказал Арсений. Но времени у нас нет. Мы должны действовать сейчас. Мы запустим масштабную агитационную кампанию. Пусть все увидят нашу силу, даже если она пока иллюзия. - Его голос стал увереннее. - Это значит интервью с крупнейшими СМИ, публикации статей от лояльных экспертов, поддержка в социальных сетях. Каждый наш шаг должен говорить об одном: мы здесь, мы сильны, и нас не остановить.

- Мы можем это сделать, Арсений, - сказал Дмитрий, глава PR отдела. - Но нам потребуется время.

Арсений поднялся из-за стола. Его фигура выпрямилась, взгляд обжёг всех присутствующих.

- Тогда нужно начинать. - Его голос был низким, но уверенным, как удар молота. - Пусть они боятся. Пусть знают, что мы сильнее. Мы будем действовать быстро, решительно, без сомнений. Каждый день промедления - это их победа. Мы не можем позволить себе ждать.

- Мы покажем им, что не боимся. Идём до конца. Либо мы выйдем из этого сильнее, либо... - Арсений не договорил, но каждый понял, о чём он.

Все ещё раз переглянулись, пытаясь найти уверенность друг в друге, чувствуя общую тревогу, но стараясь поддержать друг друга взглядом.

- Я знаю, что многим из вас тяжело, - сказал Арсений после паузы, уже более мягким, но всё ещё твёрдым тоном. - Но Мы не должны давать им шанс на победу. Мы сделаем всё, чтобы вернуть контроль. И я обещаю вам, что каждый из нас увидит результат наших усилий.

После паузы сотрудники начали кивать, выражая поддержку Арсению. Однако на лицах некоторых всё ещё были видны следы сомнений, которые говорили о внутренней борьбе между страхом и необходимостью двигаться вперёд.

Тишина в комнате постепенно начинает рассеиваться. Люди начинают перешёптываться, обсуждая между собой детали предстоящих шагов.