Отношения это сложно

—123—

- Вытаскивай всё, - глаза бегают от Лин к Чону и обратно, пока брюнет пытается сообразить, как разрешить данный конфликт, - живее, - от лёгкого толчка металлом омега дёргается и медленно вытаскивает один пистолет, второй, вынимает магазины, которые падают на пол, затем нож протягивает за спину, - а теперь поворачивайся. Медленно и без фокусов, - а как иначе? Одними губами шепчет, пока поднимает руки, поворачивается и заглядывает в голубые глаза. Как сразу не почувствовал химеру. Перед ним стоит альфа, довольно крепко сложенный, блондин с зачесанными назад волосами, - а я думал, что это будет сложнее.

- Не льсти себе…

- Тебе слово не давали, - Тэ прикрывает глаза от резкого толчка-удара по лбу.

- Ты же не выстрелишь, я твоему боссу живым нужен.

- Заткнись. Поверь, мне очень хочется напичкать тебя пулями.

- Ты ведь только запугиваешь, сам никогда не сможешь… - раздаётся выстрел, от чего все вздрагивают, а Ким ещё и подавляет в себе вскрик, желая опустить руки.

- Хочешь ещё одну? - прижимая оружие к щеке и ловя злой взгляд, лишь усмехается, - могу накормить, - парень не двигает, стоит прямо, не показывая, что больно, что задело. Хотя сам прекрасно чувствует лишний металл у себя в бедре, - оружие на пол и отойдите от стены, - обращается мужчина к остальным, - вы же хотите увидеть своего товарища живым? - Чонгук переглядывается с девушкой, которая коротко кивает и первой вынимает пистолет, - и ты тоже, герой, - альфа переводит взгляд на него, желая проделать в нём дырку, чтобы тот свалился замертво. Да и, кажется, если и впрямь взглядом можно было бы убить, то мужчина бы уже лежал на полу. Настолько колючий и острый был взгляд брюнета, у которого пальцы от страха за младшего сводило. Альфа дышит глубоко, стараясь взять под контроль свои внутренние эмоции, как учили. Но чёрт, не получается, когда видит, как омега незаметно пытается перенести опору на другую ногу, - ну что ж, а теперь будем ждать.

- Может наручники ещё оденешь, чтобы мы уж точно никуда не делись.

- Хочешь ещё? - дуло медленно скользит по шее, останавливаясь у плеча.

- Стреляй, чего медлишь-то?

- Не хочу портить тебя.

- Слабак, - стискивая зубы и жмуря глаза, не издает лишнего звука, лишь немного отшатывается, - и это всё?

- Видимо, ты серьёзно псих.

- Самый настоящий, со мной лучше не связываться. А то глядишь глотку перегрызу или шею сверну. Психи и не на такое способны, - альфа ухмыляется и давит на рану, ожидая любого изменения на лице или вскрика, но ничего, Ви прожигает взглядом, говоря без слов, кто будет первым в его списке смертников.

- А знаешь, - мужчина медленно обходит, провожаемый убийственным взглядом, - когда мне сказали, что Ви это обычный мальчишка, у которого что-то с головой, я не поверил. Но сейчас вижу, ты беззащитен сейчас не только передо мной, но и перед правдой, - оказываясь за спиной, медленно ведёт по боку, опускаясь к бёдрам, - перед касаниями, страхами, - вытаскивая наручники, оборачивается, - ты обычный подросток, - подходя к девушке, также держа парня на прицеле, протягивает их ей, - надень на него, - Лин поднимает подбородок, принимая металлические оковы и подходя к киллеру. Медленно опускает одну руку, за ней вторую и заковывает сзади, проводя напоследок по напряжённой спине, - молодец. А теперь, я хочу, чтобы ты выстрелила в него, - протягивая ей пистолет, альфа ухмыляется.

- Нет, - мотая головой, не отходит от брюнета.

- Ну выбирай, либо я стреляю в тебя и всё равно добираюсь до него, либо стреляешь ты.

- Я не…

- Лин… прошу тебя, - слышит тихий шёпот и видит умоляющий взгляд Чонгука. Бета не может решиться.

- Часики тикают, - она протягивает руку, куда сразу вкладывают оружие, а её саму грубо разворачивают и наклоняются к уху, - хороший выбор. Я хочу, чтобы ты стреляла туда, где больнее всего, но при этом не задевает органов. Я в курсе, что ты знаешь эти точки.

- Ты ублюдок.

- Не положено даме так выражаться, - он отстраняется от неё, - Ви, - выдерживает паузу и проверяет, чтобы тот слушал сосредоточено, - пока у нас есть время, я бы хотел услышать то, о чём ты думаешь каждую ночь. Ты ведь не спишь, верно? - парень молчит, прикрывая глаза и морально настраиваясь на ещё несколько выстрелов. [Терпи], - стреляй.

- Прости, - Лин нажимает на спусковой крючок, закусывая губы от вздрагивания.

- Не извиняйся, милая, он заслуживает пулемётной очереди вместо всего лишь одного разряженного магазина, - альфа не сводит взгляда с брюнета, - ты ведь новенький? Думаю, да. Как думаешь, кто перед тобой? Кто такой Ви?

- Киллер, - отвечает Чон не своим голосом.

- Ох, а ты Лин, как думаешь?

- Киллер. Один из лучших.

- Ах, а я думал, ты не морочишь никому голову, что в тебе есть рыцарские замашки, какие должны быть у рода Ким, - вставая перед младшим, - но нет, ты такой же грязный убийца, как и твой шлюховатый папаша, - Тэхён не отвечает, сжимая кулаки и выпуская когти в кожу, - а твой отец отдельная тема разговора. Настоящий ублюдок, не видящий ничего дальше своего носа. Хотя признаю, он опытный обманщик, виртуоз. Как и ты. Ты врёшь всем подряд и даже себе. Когда этот кокон вскроется, что будешь делать? Не отмоешься же. А ты продолжаешь лгать, казаться кем-то другим. Мы оба знаем, кто ты на самом деле, - Ким скалится диким львом, готовым напасть на свою добычу, обнажая клыки. И взгляд кровью наливается, - жестокое, хладнокровное животное, не знающее никаких тормозов. Ни чести, ни совести, убиваешь в своё удовольствие, не оставляя другим хоть крошку от собственной добычи, - он смотрит на двоих, всматриваясь в их лица, - и тебе верят, когда ты надеваешь маску белого и пушистого. Верят все, не зная, насколько ты гнилой изнутри, - киллер шагает вперёд, но тут же раздается выстрел, по приказу химеры, - а уважения нет совершенно. Где твоя благодарность к людям, что хоть немного позаботились о тебе, умерев. К тем, кто произвели такого, как ты, на свет. Хотя на твоём месте я бы застрелился ещё в детстве, облегчая им жизни. Я уверен, ты же не был на их могилах. Я прав? Это ведь так. Тебе не нужна стая, такому животному не нужна стая, - Лин вскрикивает, когда парня сначала ударяют по лицу, а после хватают за шею и поднимают над землёй, - клянусь, я никогда ещё не видел подобной сволочи, - Гук напрягается всем телом, заставляя замереть на месте, когда младший вытаскивает маленький нож. Медлить нельзя, перед глазами уже мельтешат чёрные пятна, поэтому омега перекидывает руки через согнутые ноги и режет по руке, что разжимается от боли. Сразу отходит, а девушка стреляет несколько раз, заваливая мужчину на пол. Она не дрогнет, выстрелы точны, не сбитые трясущимися руками.

- Молодец, - как только его отпускают, Наёмник дожидается свободы, подбирает своё оружие, подходит, вставляя магазин, - итак, мне не хочется иметь с тобой дел, так что ты либо как миленький рассказываешь всё, либо кончаешь смертью. Твой выбор?

- Животное, - выстрел приходится в шею, рядом с артерией.

- Наслаждайся последними минутами жизни, - он забирает свои вещи и подходит к стене, прихрамывая, - забираем всё с собой, здесь это оставлять нельзя, - они медленно всё перетаскивают в машину. Никто не удаляется в надписи, никто ничего не читает. А зачем? Признаться честно, раньше бы, когда они только начинали, было всегда любопытны жизни друзей и коллег, хотелось узнать хоть что-то. Но не сейчас, сейчас стало как-то всё равно. Они довольно близки, каждый может довериться своему партнёру, другу, товарищу, и сказать то, что считает нужным. Но если же нет, то никто не станет щипцами вытаскивать.

- Ты как? - спрашивает Чонгук, придерживая младшего за плечи.

- Нормально. Но за руль не сяду. Поведешь?

- Может лучше Лин? - его ещё трясет. Какой руль, какое вождение?

- А ты вытащишь пули?

- Не вопрос, - взгляд полный решимости и серьёзный вид. Действительно настроен не на шутку.

- Ну хорошо, - девушка ловит ключи, они все садятся внутрь. На протяжении дороги, альфа медленно, стараясь не задеть и не причинить ещё большей боли, вытаскивает пули. Тэхён руководит процессом, наблюдая и вдыхая запах старшего. Незаметно, конечно же, но вдыхает.

***

- Мы можем поговорить? - Миро смотрит на альфу, соображая недолго, а потом заторможено кивает, вставая и следуя за старшим. Чёрт, чёрт, чёрт. Как? Каким образом он тут оказался? Откуда узнал? Что здесь вообще делает?

- Прежде всего, я спрошу: откуда ты здесь? Ты меня преследуешь, что ли?

- Нет. Я, конечно, расстроился, когда ты непонятно куда уехал, но до такого ещё не дошёл.

- Тогда как ты здесь оказался?

- Приехал с остальными пару дней назад.

- Теперь я жалею, что не посмотрел списки.

- Твой брат в курсе, чем ты занимаешься? А папа?

- Нет, и они не узнают это от тебя, - шипит младший, приближаясь, - тебе лучше держать язык за зубами, если не хочешь плохих последствий.

- И что ты сделаешь? Пристрелишь?

- А знаешь, неплохой вариант.

- А о себе подумать не хочешь тогда? Ты же загнешься без истинного.

- А ты всегда будешь напоминать об этом? - оглядывая пустующий коридор, омега уже правда думает пристрелить Ролана и дело с концом.

- Да. А то я смотрю ты постоянно об этом забываешь.

- Потому что не хочу помнить. Я уже сказал, что это банальная ошибка природы. Мне не нужен альфа, мне не нужны отношения. Уважай мой выбор.

- И ты тогда уж мой. Я твой альфа, хочешь ли ты меня или нет, так суждено, так может перестанешь везти себя как ребёнок и просто смиришься с этим, как и я? - Чон вновь не был той холодной глыбой, по которой временами скучает Миро в стрессовых ситуациях. Он давил на него своей аурой, своим запахом, своим превосходством, заставляя буквально приклониться и подчиниться. И если бы не слова, младший бы даже внимание не обратил. Но… они задели, задели его хрупкую сущность. И если бы позже, со временем, омега может быть бы и привык, может бы и подпустил к себе. То теперь такой расклад хочется вычеркнуть из их истории. Он буквально только что сказал, что его мнение не будет учитываться в любом случае. Никогда не будет учитываться. И о каком взрослом решении может идти речь, если он действительно ребёнок. Ему всего восемнадцать лет, куда он должен торопиться? Вот ну куда? А его за это ещё и упрекают. Может Ролан и не хотел говорить подобного, может ляпнул, не подумав, хотя с его то точностью и характером, вряд ли. Но Миро не хочет думать. Он ясно понял, что для альфы всего лишь очередная омега, игрушка, которая по велению судьбы тот должен терпеть.

Альфа заметил, что младший думает о совсем не том ключе, который хотел донести сам, при этом замолчав и пялясь в одну точку на его груди. Прокручивая их диалог, думает над тем, что могло бы задеть, и не понимает, где прощитался. Сказал сгоряча, признает, но что обидного в правде? Брюнет не особо отличался чуткостью, хотя к нему иногда сходило озарение, от чего всегда делал голые расчёты, если видел, что задел. А вот сейчас в полной растерянности.

- Смиришься? - Ким сглатывает, отходя на шаг, - то есть, ты уже смирился, - ему тяжело, честно говоря слёзы просились наружу, но младший держался стойко, - так вот я нет. Ты не в праве требовать этого от меня. На твоё мнение мне глубоко плевать, как и тебе на моё. А теперь, если это всё, что ты хотел мне сказать, то я пойду, мне нужно работать, - омега отворачивается, чувствуя, что не сдержится и впрямь заплачет прямо перед ним.

- Постой… - альфа не успел остановить, как тот быстрым шагом скрылся за поворотом. Теперь понятно, он надавил слишком сильно, - придурок, - ударяя себя по лбу, произносит, ударяя ещё пару раз и сжимая переносицу, думая, что теперь делать.

А Миро только и успевает, как добраться до комнаты, даже не запираясь, падает на кровать и утыкаетсяся в подушку. Плечи предательски задрожали, послышался всхлип.

- Дурак, дурак, - бьёт по простыням он, вытирая слёзы, - высокомерный придурок. Чтобы я ещё раз заговорил с тобой… чтобы ещё раз думал, что ты хороший… чтобы ещё раз я допускал мыслить о тебе!! Безчувственная скотина!! - Ким уже давно не следил за тем, что говорит, стараясь выплеснуть всё, - чтобы я в тебя ещё и влюбился! Никогда!! Я застрелюсь, только с тобой никогда не буду!! - уткнувшись в подушку, уже не стирал слёзы, что текли дорожками по щекам, обжигая кожу.

Вдруг на плечо легла рука, что мягко поглаживала.

- Миро, - зовёт того Чимин, стараясь заглянуть в глаза, - малыш, что случилось? Кто тебя обидел? - рядом на полу устраивается Юто, тоже протягивая ручки.

- Ну не плач, я уверен, что он не стоит твоих слёз.

- Он… он, - не может парень им сказать, снова прижимаясь к подушке.

- Кто это?

- Только скажи, мы ему скажем всё, что о нём думаем. Он просто дурак, раз смеет обижать омег.

- Ну тише, - шикает Пак и на Сана, поднимая младшего, и заглядывая в заплаканные глазки, - он не позволил себе лишнего? - омега мотает головой в отрицании, - сморозил глупость? - согласие, - ну и пусть. Дурачок, чего же ты плачешь? Если он не дорожит тобой, то не трать нервы на него. Пусть катится подальше. Ты же у нас сильный и смелый, полезет ещё раз, так пощечину ему и всё.

- А лучше позови брата, чтобы тот точно запомнил, что так поступать низко.

- Что он сказал?

- Да, вроде… ничего… такого… - Ким и сам не понимает, чего он тут разревелся. Ему же должно быть плевать на старшего.

- А течка у тебя когда?

- Через… неделю?..

- Ну вот, гормоны шалят. Успокаивайся, нечего забивать этим голову. Давайте лучше чем-нибудь займёмся? М? Посмотрим фильм, поедим сладкого? Отдохнём от этих альф.

- А давайте, - подхватывает Юто, - я как раз знаю, где раздобыть вкусняшек.

- Ну, ребят, я…

- Тебе нужно отвлечься. Никакой работы. Умывайся, мы скоро придём. Это будет только наш вечер, - получая кивок, Чимка улыбается и встаёт с кровати, первым выходя из комнаты и сталкиваясь с Роланом в проёме, который как раз занёс руку, дабы постучать, - чего надобно?

- Это Ролан, - шепчет Сан.

- Пусть к чёрту катится, - также шёпотом отвечает Ким, стирая остатки слёз.

- Я хотел поговорить с Миро, - на душе кошки скребут, грудную клетку разрывая. Он чувствует, что обидел, ощущает этот ком.

- Он сейчас в ванной, - встревает близнец, вместе с Паком выходя из комнаты и запирая дверь, при этом ловя взгляд омеги, - и не может ни с кем разговаривать.

- Ну тогда я подожду.

- Не стоит. Мы собираемся смотреть фильмы, так что твоя компания нам уж точно не нужна.

- Он плачет?

- Нет, с чего ты взял? - Чимин догадывается, что альфу нужно спровадить, - просто прихорашивается. Мало ли, может мы гулять поедем. Юнги как раз предлагал.

- Мой разговор не займёт больше десяти минут. А потом веселитесь, - Чон уже хотел приблизиться к двери, как те встали плечом к плечу, всем своим видом давая понять, что ему тут не рады.

- Что не понятно из фразы: твоя компания нам не нужна?

- Ну мне нужно…

- Что тут происходит? - из-за поворота выходит Марс, приближаясь широким шагом. Юто никогда не был так рад его видеть.

- Ничего. Просто кто-то корейского не понимает.

- Ролан, ты ничего не забыл? Райт ждёт уже пять минут, ты почему ещё не у него?

- Дела были.

- Ничего важнее работы у тебя не должно сейчас быть. Так что топай туда, - брюнет выдыхает, понимая, что спорить бесполезно, и обходит альфу, направляясь к лифтам, - а теперь нормально объясните, что происходит?

- Ничего, хён, просто нежелательная компания.

- Понятно. Вы Малыша не видели?

- Малыша? - переспрашивает Пак.

- Кажется, он ушёл на нижние этажи. Не знаю куда только.

- Ладно, спасибо, - парень разворачивается и уходит следом, пока омеги выдыхают и переглядываются.

- Малыша?

- Позывной такой.

- Необычно.

- Я тоже удивился, когда впервые услышал. Парень классный на самом деле, просто самый младший киллер здесь, не считая Аманту.

- Аманта?

- Сестра Безумца.

- А Безумец это Тэмин?

- В точку.

- Запутано у них.

- Не сложно, если вклиниваешься.

*

Тэхён выходит на ещё мокрый асфальт, вдыхая запах города. Лондон. Как давно он здесь не был, и не скажет, что скучал. Вернее не задумывался об этом, ведь был совсем маленьким, когда переехал. По крайней мере так думал до недавнего времени.

Слушая машины, шаги да и в принципе звуки улиц, не знает, точно ли он того хочет. Отпросился у Лина, выведав при этом старый адрес, пролетел сотни тысяч километров, потратив около десяти часов, чтобы прямо сейчас струхнуть? Нет уж, раз приехал, нужно идти до конца. Хотя уже считает, что это не будет сильно позорно, всё же он сейчас совсем один в знакомом и одновременно незнакомом городе, который знал его прошлое. В отличии, от него самого.

Заходя в автобус, расплачивается за билет и садится у окна, вставляя в уши наушники, чтобы хоть немного настроиться и подготовиться к встрече. К встрече с прошлым, с могилами, с родными, пускай мертвыми. Больно, ужасно, отвратительно. А ведь всегда любил Лондон. Не знает почему. Всё списывал на хорошие воспоминания из детства. Быть может так и было, быть может здесь ему было хорошо. Но точно не сейчас.

Подготовить себя к этому, кажется, невозможным. Никогда не будешь к этому готов.

*flashback*

Взгляд мечется со своих рук на лицо отца, мальчишка дышит загнанно, шагая назад и не веря. В нос ударяет крохотный и такой неприятный запах крови, что мелкими каплями бежит по родному лицу. Нет, нет-нет, не мог. Как? Как он мог поднять руку на отца? Нельзя, это… это…

- Тэхён, - Ихён делает шаг навстречу, вытягивая руки вперёд, а сын, наоборот, отдаляется, мотая головой. А в мыслях: «я причинил ему боль, я его поцарапал, у него кровь, я ужасен, я опасен», - Тэ, всё хорошо, - омега отказывается в это верить, он видит, как щурится альфа, как старается не обращать внимание на красную пелену.

- Не подходи, - уже стремительно шагает назад, отрицая всё происходящее. Почему к нему идут? Он только что ранил, а к нему идут, как ни в чём не бывало. Он монстр, которого нужно бояться, а не идти навстречу. Трясущиеся руки совсем не слушаются, когти не убираются.

- Всё хорошо, иди ко мне, - за всей картиной наблюдают двое омег, что не решаются подойти и вмешаться.

- Тэхён! - только Ни срывается за убегающим братом, когда тот всё же сбегает, не слыша и не видя ничего перед собой из-за пелены слёз.

- Стой, - младшего успевает схватить отец.

- Отпусти, отпусти, мне нужно… - вырваться из хватки альфы невозможно.

- Не пугай его ещё больше, - родители переглядываются, обмениваясь испугом и переживаниями.

- Отец прав, Ни, ему нужно время.

- Ему страшно.

- Поэтому он не выйдет к тебе, - мальчик только закусывает губы, переставая вырываться.

- Нужно обработать, - Тэ не обращает внимание на царапающие ветки, не обращает внимание на любые звуки, на движения. Ничего вокруг нет, только мысли пульсируют и горят перед глазами красной табличкой. Он никогда не поднимал руку на родителя, даже когда его наказывали не возникал. Учился драться он тоже не с родителями, а с тренером, не в силах замахнуться на родного человека. А здесь просто хотел вырваться, случайно ударив и попав. И когти, будь они прокляты, не заметил, как они появились. Повыдирать бы их к чёрту.

Ничего не видит, просто бежит, подгоняемый одновременно правильными и безрассудными мыслями. Так думать просто глупо, винить себя ещё глупее. Контролировать он это ещё не может, не умеет, ранить может каждый, это процесс учения. Все проходят через падения и невзгоды. Но для него всё это перекрывалось страхом. Не за себя, за родных, потому что было страшно ранить их. А ещё он боялся самого себя. Что он может ещё сделать? Что в порыве гнева способен сотворить? Он опасен, ему не место в этом мире. Сам не видит, не осознает, но бежит в сторону обрыва, практически пересекая черту, после которой назад уже не вернёшься.

Но такое ему не дали исполнить резким толчком в бок. Настолько сильным, что удержаться на ногах не удалось, а в придачу ещё и пролететь несколько метров по земле. Настолько же неожиданная боль в руке заставила зажмуриться и прижать вторую. Разодрал до крови. И не только её.

Собираясь уже вставать, передумал и, наоборот, пополз дальше, смотря на волка. Неужели он так далеко убежал? Тот наступал, словно загонял свою жертву в тупик. И ему удалось, ибо омега спиной почувствовал ствол дерева и выпустил когти, поморщившись. Готов защищаться до последнего вздоха, если это животное на него нападёт.

Волк же остановился в метре от него, пристальным взглядом рассматривая. Красивый. Он был полностью белым, только на морде у ушей присутствовала чёрная точка, а от неё дальше к холке линия, растекающаяся словно чернила по бумаге. А глаза его были… голубыми. Такими чистыми, словно небо, и осознанными, словно человеческие. Младший даже дыхание задержал, не сводя глаз с него. Перед ним не животное, у них нет такого проницательного и понимающего взгляда. Тогда кто?

Но ответов ему никто не собирался давать. Волк неожиданно сдвинулся с места, развернувшись, и отправился дальше, прямиком в чащу, подальше от бедного ребёнка. То, что он не стал нападать, довольно странно, но это перекрывает его осознанный взгляд. Это гибрид? Тэ никогда не видел гибридов вживую, узнавая только из рассказов. Столкнуться с сильными мутантом, заточенным в тело животного, большая редкость. Обычно в них большую часть сущности всё же занимает человек. Ну а с совсем одичавшими встречи заканчиваются летально, как бы не старался отбиваться, тебе не победить.

Пряча коготки, омега даёт волю слезам, что вызвались перенапряжёнными нервами, чтобы хоть немного скинуть груз. Сдали, сдали нервы, сдался сам мальчишка. Страшно, очень страшно, стыдно перед родными, очень стыдно. И вина давит сверху. Никакая боль от кровоточащей раны не заглушает её. Тем более скоро её не будет.

Тэ обнимает себя за плечи, подтягивая ноги к себе ближе, прикрывая глаза и немного скатываясь. Не хочет возвращаться туда, где он опасен. Среди людей он неконтролируемая зверушка. Зверушка, которую пытаются приучить, а взамен получают только страдания. Никакой пользы, одни заботы. Лучше остаться здесь, где ему самое место. В месте для таких, как он. Диких, безумных животных.

*end*

Парень опускает голову, выдыхая и сглатывая образовавшийся комок. По телу холодная дрожь, сковывающая и останавливающая. Об этом месте не просто забыли, его стёрли из памяти лишних людей. Сюда не ездят машины, на ближайшей остановке автобусы не задерживаются и проезжают, никаких указателей, никаких дорожек. Место памяти…

Вновь поднимая взгляд, видит перед собой, некогда красивый и большой белый дом, в данном времени находящийся в сгоревшем и брошенном виде. Огромные и прочные стены, служившие защитой, рухнули в задней части, справа остались какие-то руины, в каких-то местах покрашенные в разные места, слева остались нетронутыми, но заросшими. Колонны повалились, двери выбиты напрочь, и открыт вид на большую широкую лестницу. Каменную, с витиеватыми поручнями. На ней часто лежал ковёр, кажется, бордового цвета с узорами по краям. Палисадник теперь не прерывался и уходил к лесу. А раньше здесь стоял красивый высокий забор. Через его-то калитку Ким и не может переступить. Тяжело вновь зайти в него, но уже не ребёнком, а другим человеком. Всё детство и, практически, вся юность прошли в этих стенах. А теперь всё разрушено.

Ступить ногой на когда-то каменную и красивую дорожку всё же удалось, перед этим с усилием оторвав ноги от земли, к которой прирос. Шаги отдавались гулким эхом, разносившимся в округе. Сжимая лямку рюкзака, брюнет проводит рукой по входному косяку, прислоняясь лбом. Стены родные дому помогают. Просит, чтобы и ему помогли.

Просторная прихожая с двумя уходящими коридорами в разные стороны, в которые смысла идти нет. В обе не попасть, как и наверх подниматься опасно, ещё обвалится или провалится. Уходя левее главной лестницы и проводя рукой по ней, скользя, уходит в небольшой коридорчик, благодаря которому можно сразу пройти во внутренний двор. Частенько они пробирались по нему, чтобы скоротать время и не показываться на глаза взрослым. Но порой не удавалось проскользнуть незамеченными, потому что папа любил укрываться в небольшой комнатке по пути, откуда прекрасно их видел. А внутри всё осталось нетронутым, только покрылось слоем пыли, и окна потрескались. Старый камин, который они часто разжигали, когда сидели все вместе, мягкое кресло, в котором папа читал, укутавшись в плед, а в большом кресле напротив, располагался отец, пушистый ковер, на котором лежали они. Большие шкафы со стеклянными дверцами, открывающие вид на сервиз, книги, рамки с фотографиями, статуэтки и награды. Осторожно заходя внутрь, Тэ протягивает руку к треснувшей рамки. Они вместе. Счастливые, улыбающиеся, крепко обнимающиеся. На тех, что рядом, буквально каждая страница их биографии. Первые шаги, первые классы, первые победы. Тэ в кимоно и повисшей в воздухе ногой, практически в шпагате, в ударе. А рядом Ни, с холстом и краской на щеках. Первый танец, первые осознанные взгляды, первая влюбленность. Нет фото со школьного выпускного. Нет с первого дня в университете, работы, свадьбы. Нет всего будущего, которого трепетно должен хранить семейный альбом. Сейчас лишь одного близнеца. К несчастью.

Бережно и осторожно вытаскивает, разглядывая ближе, а после кладёт к себе. Их уж точно не хочется оставлять. И несколько фигурок, горячо любимых. Двух львят, играющих вместе. Раскрашенный небольшой круг Вангога с его "Звёздной ночью". Маленький человечек, стоящий на согнутой сзади ноге, присев, в боевой готовности с мечом, занесённым над головой. Сколько же здесь всего того, что отчётливо въелось с детства, что не выходило из головы, считавшееся либо пропавшим, либо выдумкой детского воображения. Но с теплой любовью сохранившееся.

Понимая, что если он сейчас не выйдет из комнаты, уже не выйдет никогда, Тэхён направляется дальше, выходя уже во двор. Здесь не было высокого и крупного забора, лишь небольшой. Чтобы не закрываться от природы, от леса. Они знали на зубок, что если родители кричат бежать, то нужно бежать в лес. Лес поможет, лес спрячет. И это отложилось. Омега лишь хмыкает, подходя к середине и осматриваясь. Беседки, шезлонги и гамаки, витиеватая дорожка, его стрельбище. Имитируя лук и стрелы, поворачивается, целясь, и вспоминает, что точно также, оттягивая тетиву до щеки, старательно целился, пока Нихёк его рисовал. Оборачиваясь на дом, с грустью рассматривает небольшие окошки под крышей, которые не задело, сложный узор, нарисованный и выложенный на стене, огромное пространство самого здания. С той стороны оно не выглядит таким внушающим. Крепким, уверенным, безопасным. Парень, ещё совсем мальчишкой знал, что дом его крепость. Непреступная крепость, в которой ему никогда не будет грозить опасность. Но беда подкралась незаметно, неожиданно, нежданно, негадано. И ведь не поверишь, что в этом пустом здании всего лишь семь лет назад жили люди. Детский смех и жизнь превратились в тишину и смерть. Гробовая тишина, могильный холод царили в этом месте. Рядом не летали никакие птицы, которым здание могло бы стать прекрасным домом. Не жили никакие животные, что смогли бы развеить своим присутствием пустошь. Но нет, смерть царила в этом месте.

Приседая, касается травы, вспоминая насколько она была мягкой. Но такой больше никогда не будет, впитав ещё тогда горячую кровь. Склоняя голову, не даёт эмоциям вверх, не даёт жгучим слезам и раздирающему грудь крику вырваться наружу. А очень хочется. Хочется, чтобы каждый знал, что он жив, что он пришёл за местью. За жестокой местью. Заказывая в ресторане блюдо, всегда подающееся холодным.

Когда в тишине появился лишние звуки, брюнет мог ещё списать на заблудившуюся зверушку, но когда рядом возник запах, не стал медлить и тут же вскочил, направляя на незнакомого мужчину пистолет, сразу снимая с предохранителя. Ему не нужно лишней возни.

- Ох, подожди, подожди, - тот в ответ сразу вытягивает руки перед собой, показывая, что оружия в них нет, начиная говорить на английском, что так непривычно достигает ушей. Но брюнет всё понимает, несмотря на давнюю практику, - не горячись, - Ким не отвечал, прислушиваясь. Но кроме них вокруг никого нет, - ты ведь Тэхён, да? - мужчина вёл себя не то что нервно, но как-то… волнительно? Да, именно. Нервничал не потому что на него дуло направили, а от чего-то другого, - столько лет прошло, ты так вырос, - омега не шёл на контакт, даже, наоборот, показывал, что разговаривать с чужаком не намерен, - на моей памяти ты разговаривал, - это было грубо. Ещё один из прошлого. Они закончатся когда-нибудь? Или у судьбы их целая пачка, припасённая в рукаве? - я не враг тебе. Лишь гид. Тебя хочет видеть кое-кто.

- Кто? - ух ты, он не разучился разговаривать. Но голос звучал как-то так отстранено, будто не его.

- Один из близких тебе людей.

- Конкретней.

- Пойдём, и всё увидишь.

- На кладбище меня поведёшь?

- Что ты, нет…

- Иди, куда шёл, а меня не трогай.

- Я понимаю, что ты мне не веришь, но…

- Мне придётся тебе поверить и пойти за тобой по своему желанию. Прекрасная стратегия.

- Ну, тут да, выходит недоработка.

- Либо ты выкладываешь мне всё, либо я стреляю.

- Так, погоди…

- Раз.

- Ты помнишь, что у тебя амнезия была?

- Два.

- А имя Джексон тебе ничего не говорит? - парень замер, замолчав и перестав считать, нахмурился. Ну говорит ему оно, что это кто-то из прошлого, знакомый ему, возможно. Но как можно верить, если человека не знаешь? Тем более лицо. Как он выглядел? - он хочет тебя видеть.

- Для чего?

- Расслабься, мы свои друг другу.

- Я тебя не знаю, ты меня ведёшь непонятно к кому, непонятно куда. Мы точно не свои.

- Профессии-то мы одной.

- А кто я по профессии?

- Киллер, кто же ещё, - оснований верить не прибавилось, - пошли. Могу заверить и пообещать, что тебе ничего не угрожает. А если будет иначе, пристрелишь меня первым.

- Имя?

- Джейми Раянсон.

- Где оружие?

- В машине. Пистолет в бардачке.

- Пристрелю из него.

- Как скажешь, - мужчина отправился в обход зданию, проходя мимо брюнета, что опустил пистолет, убирая его. Допустим, он поверил. Допустим, его сейчас не вырубят. А дальше что? Куда они едут? И к кому? Что за Джексон такой?

Первым делом, как сел в машину, проверил наличие оружия, которое и впрямь оказалось в бардачке. Под смешок пристегнулся, отмечаясь в браслете, отворачиваясь и наблюдая. А едут они обратно в город. Что ж, среди толпы всегда проще затеряться.

Уже выходя из машины, Тэ останавливается, осматривая высокое здание. Очень знакомое, похожее на… здание мафии. Острый взгляд цепляет камеры, что расположены в своём месте по одному порядку, варианту, а не хаотично. И не похоже на обычный небоскреб, где видеонаблюдение расположено немного иначе. Здание обшито стеклом, отражающим хмурое серое небо, но через них практически ничего не видно. Неужели?..

- Узнаешь? - рядом встаёт Джейми, глядя на младшего, у которого глаза бегают как сумасшедшие, - держу пари узнал, - да нет же вроде. Или всё же узнал? - пойдём, - подталкивая ко входу со спины, мужчина направляется широким шагом к дверям, что разъезжаются, пропуская. Обычная рамка, через которую ходили и они в своём здании. Обычно в таких местах ощущаешь себя чужим как только заходишь. Сразу взгляды на него, врага на своей территории. Ну и ты напрягаешься, готовый действовать, потому что сам на вражеской. Но не здесь, здесь было ощущение спокойствия и расслабленности. На него откровенно пялились, но не было в этом угрозы. Вертя головой, замечает очень знакомую картину, расположение мебели.

- Объясни, - парень останавливается, привлекая к себе внимание, - что происходит вокруг? - не получается мягко, в противовес выходит требовательно.

- Что ты хочешь знать? - омега оборачивается и поднимает голову, упираясь взглядом в пространство над входом. Камера, а вокруг маленькие светодиоды, не работающие сейчас. Но он знает, что когда темнеет, они похожи на россыпь звёзды.

- Ты просто зашёл в семейное гнездо, - доносится со спины голос, который не сразу достигает сознания. А позже рядом встаёт альфа, выдыхая, - идея твоего отца, - Ким поворачивается к нему, всматриваясь в профиль мужчины, - думаю, мне стоит представиться, - глаза светлые, серо-голубые, каштановые волосы аккуратно зачёсаны назад, но челка всё равно выбивается слегка спадая с левой стороны, узкие губы, расплывающиеся в тёплой улыбке, мягкие, но выделяющиеся скулы, - Я Джексон, Джексон Миртон, - у младшего дыхание спирает, потому что… потому что он похож на отца, его собственного отца, - пойдём, я всё тебе расскажу.

- Говори сейчас, - протестует и никуда не хочет идти. И не из-за негнущихся ног, что приросли к земле.

- Какой смышлёный. Жалко, что ты мало что помнишь, - вздыхает он, кладя руки в карманы брюк, - а раз так, то сообщаю: я двоюродный брат твоего отца, то бишь твой дядя, правящий данной кампанией, - брюнет моргает, кусая губы, сжимая лямку, и не знает, что ему делать, - пойдём, - рука на плече решила за него, уводя за собой. В голове не всё, но начинает медленно выстраиваться. Джексон, для детей Джек, потому что в детстве сложно было выговорить. Дядя, постоянно приезжающий на спорткаре, при этом громко шумя мотором, любящий солнцезащитные очки, мятную жвачку, костюмы его пахнут приятным одеколоном, что прекрасно сочетается с природным запахом. А ещё такой собранный, важный и серьёзный на работе, но весёлый, улыбающийся с ними. И подарки, которые родители в жизни не подарят из-за заботы. Какому бы родителю пришло в голову подарить резной нож, переливающийся на свету, и красивый веер со спрятанными металлическими клинками детям, что так отчаянно просили несмотря на запрет?

Не говоря ни слова, они зашли в кабинет, где с порога Тэхён обнимает старшего, чувствуя в ответ ещё более крепкие, прижимающие крепко к себе. Весь он такой родной, единственная ниточка, связывающая с родителями.

- Ну тише, - гладя по вздрагивающий плечам, мягко улыбается, запуская пальцы в пушистые волосы, массируя затылок, - прекращай, иначе я тоже расплачусь, - альфа блаженно прикрывает глаза, касаясь щекой головы парня. Наконец-то, спустя столько лет он снова его видит, обнимает, слышит. Так долго тянулись эти года. Сам никогда до конца не понимал, почему брат отправит в случае чего детей другу, а не ему. «Подальше от всего этого дерьма». Простое и понятное объяснение, но всё равно. Лучше бы мальчишка рос в кругу родственников, чем, хоть и близких, но чужих людей. Джексон не раз видел его после трагедии, жалея, что не может сорваться и приехать к нему, рассказав, что случилось, обняв и прижав ближе. Намджун не раз созванивался с ним, приглашал, но они не были близки, отчего не было такого острого желания. Тем более, если мальчишка прошлого не помнит. Больше не будет всех тех улыбок и эмоций, какими они были до.

- Почему я о тебе ничего не знал? - сколько они стояли, никто не знает. Но то, что омегу просто прорвало на эмоции, на просящиеся слёзы. Ему стало так тяжело дышать с одновременной лёгкостью, что присутствовала. Знакомый запах, окутавший с ног до головы, уносил в прошлое, где они были семьёй. Нормальной семьёй.

- По той же причине, которой ты не помнил ничего.

- Мне не рассказывали о трагедии, но почему о тебе молчали? И почему ты сам не приехал?

- Было тяжело, - сидя друг на против друга, признаёт, что и сейчас тяжело, не говоря вслух. Но эта тяжесть не такая ужасная и пожирающая, - я организовывал похороны, следил, чтобы о тебе не прознали и не подобрались. Твоё лечение, переезд, отходняк. Я присматривал за тобой, просто не был рядом. Ну и тогда я занял этот пост, полностью понимая, что, скорее всего, вживую тебя больше не увижу. За мной увяжутся, узнают о тебе, и всё.

- Но я сам пришёл.

- И рисковал. Я знаю, что тебе сейчас горы по колено. Но ты всё же рисковал.

- Рисковал наткнуться на убийц? Я сам такой, так что…

- Ты не такой, поверь. Есть люди гораздо хуже.

- Не могу не согласиться.

- Но ты вот, - альфа щёлкает того по лбу, вызывая лёгкий вскрик, - головой вообще думал, когда соглашался?

- Конечно думал, я же не глупец.

- Честно, когда узнал, что ты теперь с Лином, то мне хотелось тебя выпороть, - ещё один щелбан, и младший закрывает лоб рукой.

- Да за что?

- С детства все поняли, что тебя от криминала держать нужно подальше. И это будет очень сложно. Нет, серьёзно, - с удивления на лице посмеивается, - Ихён очень категорично относился к этому всему, хоть и исполнял прихоть отца. Ему было чужда вся эта возня, отчего он не хотел для вас такой судьбы. Минхёк тоже не жаждал такого расклада. Но ты не то, чтобы разочаровал, скорее, напугал их обоих, заявившись как-то раз и сказав, что хочешь быть киллером.

- Серьёзно?

- Я тогда у вас в гостях был. Хёк чуть в обморок не упал, разбил кружку тогда. Ты ещё такими испуганными глазами на это всё уставился и не мог понять реакцию. Просто пересмотрел каких-то боевиков, нашёл в каких-то документах книгу, запрятанную папку с несколькими заказами, раскрутил её, нашёл всё. В общем, криминалом ты очень грезил одно время.

- Пока меня несколько раз не похитили?

- Это случилось где-то посередине. Но в целом, да.

- Всё сложилось совсем не так, как хотели они.

- Да. Но это бывает к лучшему. Кстати, это всё, - разводит руки в стороны, - принадлежит тебе.

- В смысле? Разве не ты владелец?

- До определенного времени. Кампания завещена тебе с братом. Вы её наследники. Были очень долгое время, пока Ихён всё же не решил уйти. Мы договорились, что я возьму бразды правления. Сам по себе одиночка, без семьи, хорошо ориентируюсь здесь. Но завещание я не переписал. Наследника то у меня нет.

- То есть, я являюсь главой этой мафии?

- Да.

- Кошмар, - ноет Тэ, - а это обязательно? - ему этого ещё не хватало. Ладно работать в мафии, но встать в её главе. Да никогда бы в жизни.

- Это уж как ты решишь, - усмехается альфа, - хочешь - правь. Хочешь - продай.

- Не думаю, что хочу продавать. Это труд отца, нашей семьи. Будет неправильным так поступить. Но и править ей тоже.

- Пока я во главе, думай. Время есть.

- Не знаю…

- Не забивай голову. Поживи для себя.

- Для себя?

- Ну да. Попутешествуй, погуляй. Ты же сейчас киллер?

- Да.

- Никогда не хотелось всё бросить, уехать, напиться и проснуться непонятно где?

- Очень хотелось временами.

- Тогда о чём спрашиваешь? Как наработаешься, иди танцуй, живи для себя. Заведи детей, - смеётся от реакции на подобное, - почему бы нет? Найди альфу, пройдите с ним всё. А как нагуляешься - приходи.

- Звучит чудесно, но вот…

- Не с кем?

- Типа того.

- А как же тот альфа? Брюнет высокий.

- Чонгук?

- Наверное.

- Не стоит нам снова встречаться.

- Отчего же? Вариант неплохой, это я тебе с высоты своих лет говорю. И одобряю, между прочим. Служит и работает, умный, красивый, - делая акцент, мужчина играет бровями, - и в постели ничего, так?

- Давай опустим подробности.

- Он тот, кто тебя обуздывает. Как Ихён обуздал Минхёка. Уверен, твой уже не знает, что делать. Мне брат долго жаловался на него, но вот потом…

- Без подробностей, пожалуйста, - сам не знает почему, но вот щеки краснеют, когда об альфе думать начинает. И колени непроизвольно сводятся.

- Неужто это тебя смущает?

- Совсем нет. Но…

- Он тебе нравится, не так ли?

- Да, наверное это так.

- А ты его так бессовестно отталкиваешь. А ещё избиваешь. Своего альфу избивать, ай-яй-яй.

- Ну хён…

- Чего хён? Мне просто уже парня жалко.

- Если не умру, то мы может и сойдёмся.

- Тогда старайся не умирать, - в ответ только шкодливая улыбка и тычок в бок. Разговаривать с Джексоном всегда было легко, что отбрасывало любые стеснения. И пусть тот знает немного больше, чем некоторые взрослые. Тэхёну было комфортно, даже очень. Но было ещё одно дело, на которое он теперь не сможет пойти сам.

*

Кто бы мог подумать, что порой альфы, словно омеги, сидят вместе, неотрывно смотря на предмет обожания, и обсуждают, не решаясь подойти. Ну так вот, представьте такую ситуацию. Потому что Чимин, Миро и Юто теперь ходили вместе. Везде, всегда и всюду. Ну Ким, конечно, иногда оставлял этих двоих, уходя на заказ или тренировку. Но и остальные занимались, собирая и похотливые взгляды, и рыки от альф. Потому что в это время Юнги, Ролан и Тэмин злились.

- Вот почему они постоянно вместе ходят? - Ли выдыхает, отворачиваясь и беря стакан с кофе, делая несколько глотков, - подойдёшь к одному, а остальные пялятся. И хихикают. Аж неловко.

- Ну, добро пожаловать в клуб, - Мин понимающе хлопает по плечу, сжимая.

- Юнги, а тебе-то это чем мешает?

- Я бы подошёл и забрал его, да только он меня игнорирует. Чтобы я не отвлекался и не провоцировал.

- Ух какой.

- Чимин обычно стесняется, но всё равно забивает. А последнее время от Миро не отходит.

- Они будто охрана его, - жалуется Чон, - как только я хочу к нему подойти, они его утаскивают куда-нибудь. Проклятье какое-то.

- А тебе разве нравится Юто? - вдруг неожиданно спрашивает мятный, упираясь взглядом в киллера.

- Не знаю. Но раньше мы много времени проводили вместе. И мне это нравилось, а теперь его забрали.

- Так, пошли, - Юн быстро встаёт, заприметив очень уж откровенного флиртующего альфу, что точно настроен на получение нескольких синяков. И он их получит, если не отойдёт.

- Так вот…

- У вас тренировка, пятый, не забыл? - требовательно обращается Безумец, подталкивая того в сторону.

- Вы чего? - эта тройка стояла так, будто поведение старших совсем непонятное. Ну вот игры закончились.

- Ой! - Мин закидывает Пака на плечо, - Эй! Поставь меня сейчас же! - кулачки по спине словно щекотка, которая не очень то и мешает.

- Не дергайся, нам поговорить нужно, - не упуская возможность, он ещё и шлёпает младшего, уходя и оставляя остальных омег, что раскрыли глаза и с шоком переглянулись, потом перевели на старших и сделали шаг назад.

- Мы, пожалуй, пойдём.

- И ты пойдёшь со мной, - Тэмин берёт за запястье и уводит Сана, который извиняюще кидает взгляд на младшего, что стоит теперь один на один со злым Чоном.

- Аа… - шагая назад, тянет он, теряясь от надвигающегося парня, даже пугается, а потом… - мне пора, - быстренько ретируется, убегая подальше от разозлившегося Ролана.

- А ну стой, - Ким только прибавляет темп, а Чон думает, что это совсем по-детски, но такое ребячество… не то что заводит, а… привлекает больше. И когда он почти схватил его за руку, мальчишка вывернулся, спрятавшись за спины вышедших Бэка и Марса. Вовремя, конечно

- Хёны… - тянет так тихо и указывает на брюнета, - он обижает меня.

- Опять? - Хан, что изначально повернул голову за спину, перевёл взгляд на мужа.

- Что? Такое было?

- Честно, тогда все от ответа ушли, а теперь так не получится. Чего ты пристал?

- Да так, у нас остались незаконченные дела, которые Братец не хочет обсуждать, постоянно сбегая.

- Мы уже всё выяснили, я не знаю, чего ты за мной таскаешься.

- Кажется, у нас появилась ещё одна тема, - буквально рычит Чон, сжимая руки в кулаки и не обращая внимание на супругов, что переглядываются, не понимая, что вообще происходит.

- Давайте так. Прекрати давить на него, - пытается вырулить красноволосый, - и успокойся, даже мне на тебя страшно смотреть, не то что омеге. И, кстати, ты пойдёшь с нами, у нас есть дела. А после вы всё обсудите.

- Договорились, - кидает Ким и умывает руки, скрываясь за поворотом. Стоит ли говорить, что обсуждать он ничего не собирается. И дальше порога не пустит, даже если откроет дверь.

- Что между вами? - отмирает Райт.

- Да просто от истинного бегает.

- Чего!?

- Кого?!

- Только никому, нам надо сначала самим с этим разобраться.

- А ты уверен?

- У нас метки у обоих.

- Вы спали?

- В том-то и дело, что нет.

- Точно не спали?

- Если и делали, то без моего участия, - альфа вздыхает. Наносится он с ним, ой как наносится.

*

Дождь. Обычное явление природы, привычное для жителей Лондона, да и в целом всего мира. Но почему-то сейчас чувствуется та печаль, которую испытывают люди, что пришли на кладбище. Вообще, здесь не так много народу, всё более безлюдно и пустынно.

Тэхён, кутается в кожанку, вновь впиваясь взглядом в надгробье. Чёрный мрамор, с фотографиями и надписями. «Через тернии к звёздам» - гласила первая. «С вечной любовью», «И вечной улыбкой». Ким Ихён, Ким Минхёк, Ким Нихёк. Слёзы уже не наворачивались, быть может они просто слились с каплями дождя, но плакать не хотелось больше. Было больно смотреть на улыбающиеся лица, светящиеся с фотографий. Будто часть сердца вырвали и похоронили в сырой земле. А учитывая размеры сердца омеги, то этот кусочек был последним. От чего больше не хотелось чувствовать ничего. Даже банальной радости и лёгкой грусти, даже таких простых эмоций испытывать не хотелось, не говоря уже о довольно сильных.

Выдыхая, опускается на колени рядом, кладя небольшие букетики цветов каждому. И просит прощение, только мысленно, ибо, кажется, сегодня он не сможет вытянуть из себя хоть звук. Джексон, стоящий рядом, молчал, вновь и вновь скользя по чертам лица к именам, датам жизни и надписям. После на младшего. Учтиво молчал, понимая, что Тэхёну не нужны слова утешения. Ему сейчас нужно незримая тень поддержки, одиночество, но и компания, если он того сам пожелает, чтобы не уйти с головой и не утонуть во всем этом котле. И ведь страшно, беспокойно, тишина режет по ушам, но они всё ещё здесь. Парню нужно время. И пусть оба уже мокрые до нитки, пусть могильный холод бегает по телам. Они стоят, отдавая дань памяти. Минута молчания? Она самая, растягивающаяся.

Ким, поднявшись, кидает последний взгляд на могилы, прощаясь, и уходит первым, оставляя старшего самого пообщаться, так скажем.

Бродить меж мертвых довольно необычно и странно, но не страшно. Трупы он видел не раз, но всё равно было сожаление. Его брату было пятнадцать, когда он погиб. Это печально, ужасно и невыносимо. Такой юный, у которого вся жизнь ещё впереди. Но ушёл так рано. А ведь есть и те, что ушли ещё раньше, не прожив может и года. Смерть всегда пугала людей, буквально заставляя бояться. Но в ней нет ничего такого, это естественно. Жизнь тоже процесс, что тоже в своё время заканчивается. Омега не боится смерти. Он идёт с ней наравне.

На выходе уже у машины замирает, поднимая голову к серому хмурому небу. И нет объяснений у судьбы, почему он оказался сейчас здесь, а не сидя, например, за семейным столом за ужином, представляя своего жениха. И нет ей оправданий, такова жизнь. И её не за что винить.

- Если вы меня слышите… - шепчет, принимая холодные капли, - спасибо… - прикрывая глаза, горько улыбается уголками губ. Спасибо, что когда-то встретили друг друга. Что нашли общий язык. Что родили на свет. Что воспитали. Всё откладывается в детстве, и Тэхён уверен, что его детство было самым лучшим.

***

- Смотрите в оба, - заглядывая каждому в лицо, произносит Вонхо, - агрессия нам не нужна, обычные переговоры. В случае чего берём пятый строй и действуем по ситуации, - киллеры и наёмники кивают, проверяя связь и оружие, пряча второе получше. Они пришли с миром, но кто сказал, что для мирных переговоров пистолеты запрещены? Чонгук выдыхает, затягивая тканевую портупею и убирая нож за спину в ножну. Он понимает, что держать под боком мутанта, способного мыслью заставить человека замереть, и не одного, достаточно удобно. Но всё же неловко находиться в команде уже опытных коллег. Ещё хуже мысль напортачить и подвести их, поставив операцию под угрозу. Фокусник, Марс, Лин и Ви. И все пятеро в масках, что достаточно необычно. В основном их надевают на индивидуальные задания, а сейчас у каждого своя, тканевая, плотно сидящая и свободно висящая на шее воротом, если не нужна. А вот у Кима сделанная под него и отличающаяся от остальных.

- Всё готово, - Соку подходит, отдавая брату пистолет и поправляет пиджак, - подле меня, - Тэ кивает, натягивая перчатки, - покажем дружелюбие, - все карты разложены, осталось только сыграть партию. Хорошо бы ещё и нервы отключить на время.

Клином ступают братья Лин, по левую сторону шагает омега, за ними остальные. Пункт досмотра они прошли, даже внимание не задерживая. Знакомые стены базы достаточно напрягали почему-то. Может из-за того, что в них слишком много гражданских? А ещё здесь его брат, Лухан, отец Тэхёна. Ну правда супер. И множество других ребят, которым не нужно знать ничего лишнего.

- «Заяц, расслабься», - строго произносит Ви, вроде бы. Сразу понять не получилось. Альфа дёргает плечами, выдыхая. Слишком напряжён, но как иначе можно? Ребят вообще не волнует где они находятся, что будут делать и куда уходить. Их не волнует, потому что они не раз с этим сталкивались.

- Прекрати нервничать, - Наёмник задерживает старшего перед лифтом, отходя, пока остальные ждут его прибытия.

- Тебе легко говорить, - совсем не виня, ставит перед фактом.

- Тогда играй по моим правилам. Сейчас мы не собираемся никого убивать, да мы стрелять не вправе здесь, если не экстренный случай. У тебя роль и план, придерживайся их, а об остальном забочусь я. Расслабься и получай удовольствие. Ведь тебя здесь никто не узнает, - последнее брюнет шепчет, а после отстраняется, подходя к остальным и вставая на свое место.

- Что за проблемы?

- Проблем нет, - чётко отвечает, получая кивок. Чон не завалит операцию, у него нет склонности к этому. Собранность, серьёзность и чёткое знание цели. Но нервы, нервы никуда не денешь, они есть всегда. Просто некоторые умеют контролировать всё. А из-за этой нервозности, феромоны сходят с ума. И даже с выпитыми блокаторами парень их слышит. А это отвлекает. Немного, но отвлекает.

- Погнали, - Соку выходит первым, приветливо улыбаясь, - вечер добрый, господа, - короткий жест и ребята расходятся по залу, занимая позиции. Чон осматривает всех, замечая Намджуна и Хосока. Чёрт.

- Почему так много охраны? - спрашивают его, поднимаясь из-за длинного стола для приветствия.

- Это ещё не охрана, - он пожимает руку подошедшим, заглядывая в глаза тех с явным превосходством и уверенностью. Они сейчас на его территории, под наблюдением его ребят. Лишний шаг в их сторону и всё пойдёт по его сценарию, а не их, как привыкли считать здешние.

- А это твой вечный спутник, - парень не смущается, глядит в ответ с вызовом, - маску снять не хочешь? - Тэ краем глаза косится на старшего, что разрешает. Поэтому спокойно снимает, убирая за пояс и оглядывая зал холодным взглядом, замечая отца и кивая ему.

- Приступим тогда, - киллер не сел с остальными, а встал за правым плечом мафиози, буравя взглядом переговаривающихся. Ему не было интересно, о чём они говорили, но запоминать некоторые моменты был обязан. Нервничают тут все. Но не он, глыба такая. Омега уже привык, что они выглядят роботами на фоне нормальных людей. Поэтому обводя взглядом друзей, не замечает признаков любого отклонения и проявления эмоций. Даже Чонгук на фоне волнующегося брата выглядел неприступной скалой. Вот и отлично, всё идёт как по маслу.

Но не даёт покоя лишние звуки. Их не было слышно чётко, пока Тэхён не прислушался. Копошение какое-то, шаги, разговоры. Киллер немного поворачивает голову к их источнику, отвлекаясь от разговора, превращаясь в слух. Что-то не так, что-то происходит за запертыми дверями.

- Ви, - он не реагирует. Его зрачки расширяются, дыхание становится настолько редким, что ощущение, что временами он совсем не дышит, напрягаясь каждой клеточкой тела, вытягиваясь в струнку, - Ви, - застывший Наёмник привлёк внимание многих, на что и Лин оборачивается, - Ви! - слегка повышая требовательный тон, наконец заставляя парня отмереть, но глаза не поднять, - всё чисто? - мотая головой в отрицании, сам соображает, откуда эти звуки, - проверьте, - Тэ пересекается взглядом с Фокусником, и буквально срывается с места, дожидаясь старшего. Потому что это не могла быть просто какая-то 'серая мышка', заблудившаяся в коридоре неподалеку. Альфа шёл спокойно, следя за движениями друга, зная что внятного ответа не получит. Это всё равно, что идти за ищейкой. А того вела интуиция, запах и звуки. И определенно до добра они не дойдут.

- Вы отпустили своего киллера гулять по нашей базе. Где гарантия того, что никто не пострадает?

- Пострадаете вы, если он не проверит то, что услышал.

- Откуда такая уверенность, что он что-то действительно услышал? - Джун вот не сомневается в младшем, от того все цело доверяет и Соку. Ну потому что просто так тот никогда не напрягается.

- Вы не знаете его, а я знаю. Его настороженность всегда осознана и до добра не доводит. Если всё тихо, они вернутся. Поверьте, что-то пойдёт не так, мы узнаем об этом первыми. И, возможно, даже спасём жизни себе и не только.

- Вы угрожаете нам?

- Всего лишь предупреждаю.

- Вы не осознаёте, что выпустили убийцу на гражданских?

- Я прекрасно осознаю, что сделал. За этим и сделал, чтобы вас в тонус привести, а то совсем расслабились, - послышался выстрел.

- Какого чёрта происходит? - спрашивают по рации, а Соку это всё не нравится. Нервы играют на терпении, но этого он не показывает.

- Сукин ты сын, - на альфу направляют пистолет, что крайне его удивляет. Крайне опрометчиво, - что ты устроил?

- Откуда такая уверенность, что я устроил? - ещё несколько выстрелов, и это переполошило всех. Но особых действий никто предпринять не успел. Лин быстрым шагом настигла главнокомандующего и приставила к затылку пистолет, остальные взяли на мушку своих людей, не снимая с предохранителя. Обстановка накаляется.

- Опустите оружие, - направляя на девушку оружие, приказывает Хосок.

- Выстрелишь? - вскидывая подбородок в быстром жесте, кидает вызов бета, ставя дуло впритык. Она знает, что не выстрелит, пока она держит на живом прицеле его. Потому что Марс держит на втором. И если выстрелят по ней, что может быть в крайнем случае, но может, всё равно они ранят этого мужчину.

- Господа, давайте успокоимся, - Чон замечает пистолет от ЛинШи, направленный на него, - это недоразумение, которое не стоит того, - Мин вообще не напрягается, не обращает внимание и на прицел, стараясь всё разрешить мирно, - давайте опустим… - пулемётная очередь и крики. Всё, это заставляет окончательно поверить, что что-то пошло не по плану. И это поняли остальные, потому что наёмники обернулись на дверь и босса, готовые сорваться. Так выглядело, будто он скажет фас и те сорвутся. Но люди не собаки, а Лин хорошо относится к своим ребятам, - Ви?

- «Тут засада, - запыхавшийся отвечает, - с нескольких сторон, жертв ещё не было».

- Не медлите, - командует он ребятам, что и впрямь срываются с мест одновременно. Но куда они пойдут на врага с пистолетами? - откройте им хранилище.

- С чего…

- На вас напали, мы предлагаем помощь.

- «Враги с сектора четыре, три и два», - добили. Все повскакивали.

*

Пулемётная очередь оказалась только разминкой, цветочками на поле. За ней последовала перестрелка. Пули свинцовым дождём полились на головы солдат, защищающих базу. Никто не хотел верить, что военная база имеет проплешины, через которые и проникли нападающие. Фрики, как называются их киллеры. Люди, которым всё равно на то, кого убивать, где и как, они просто глупо идут на рожон, особенно когда сумма огромна. В этот раз перестрелять их довольно трудно из-за количества. Буквально с каждого угла выглядывал автомат, стреляя по всему, что можно. Стены, коридоры, углы, верхние этажи. Всё было в дырах обстреляно.

Чонгук не был готов к перестрелке на таких скоростях. Здесь буквально либо ты его, либо он тебя. От чего не только страх, но и адреналин разливался по венам. И это, чёрт возьми, офигенно и непонятно. Это так заливает организм полностью, что и представить нечего, и сравнить тоже.

- Автомат крепче держи, - произносит Ви, садясь и легко ударяясь об укрытие спиной, за которым расположился старший, - чёрт, - шипит, стискивая зубы, добавляя пару ласковых. А альфа вновь садится, обращая внимание на него, застывая и соображая, что сделать. Потому что у омеги пуля в бедре. И похоже не одна. Тот сжимает ногу, на ткани темное пятно расширялось стремительно, практически рекой била кровь, неприятно липнув к коже. Выждав пока обстрел по ним прекратится, брюнет открывает огонь и скрывается, осматривая рану, - есть ткань какая-нибудь? - прижимая какой-то кусок к кровоточащей ране, Ким откидывается. Чонгук же стягивает ворот с шеи, разрывая, - дурак, - и следом сжимает зубы вновь, откидывая голову и позволяя наложить жгут. Пуля слишком глубоко забралась, чтобы сейчас вытащить.

- Так лучше?

- Да, нормально, - высовываясь сверху, Чон расстреливает и скрывается, и голову руками закрывает, ибо сидит высоко, что патроны просто над головой проносятся, - хорошие выстрелы, - кивает Наёмник, стреляет сбоку, приводя себя в порядок, - прикроешь?

- Куда собрался?

- Взгляни направо. Вот туда, - альфа медлит несколько секунд, пока тот встаёт, а потом очередь звучит дольше. Главное не напороться на ответ. Парень дышит часто, переглядываясь с киллером, что кивает и встаёт. Теперь его очередь. Вот оно чувство, когда смерть дышит в спину. И не только туда. Страшно, до покалывания во всём теле, что трясёт. А потом, настигнув нового укрытия, выдыхает, довольно улыбаясь. Что ж, теперь и его вытаскивать отсюда бесполезно. Вошёл во вкус, - чего лыбишься?

- А чего нет? - перезаряжается, играя бровями, - мы в шаге от смерти, предназначенные судьбой, да только почему-то ещё не вместе.

- Скажи ещё, что и закончим как Ромео и Джульетта, - Чон стремительно садится, медля секунду и отходя от крови на лице. А потом смотрит на вернувшегося омегу, притягивает за шею и касается губ губами. Тэ и вякнуть ничего не успел, а сейчас и вовсе застыл, широкими глазами уставившись на лицо напротив с закрытыми глазами. И в шоке так и остался, когда от него отстранились.

- Вот теперь можно, - выглядывая из укрытия и осматриваясь, пару раз стреляет и возращается.

- «Где вас черти носят!?» - Ким не сразу реагирует на крик Лин, что просто в негодовании и сейчас поднимает всех на уши.

- Мы внизу. Здесь закончили, что дальше? - губы, кажется, горят пламенем, а дыхание, что задержал, не хочет восстанавливаться совсем. Но профессионал должен брать себя в руки в любых ситуация, не показывая, что что-то идёт не по плану.

- «Нужно увести. Их тут очень много, а перестрелять всех мы просто не успеваем. За нами закроют двери, перекроют жилой блок и уберут оставшихся, если таковые будут», - слышно, что она спешит.

- Мистер Лин?

- «Действуйте».

- Тогда погнали, - Ви выдыхает и поднимается, - марш-бросок, - сообщает брюнету и первым срывается, за ним же еле поспевает старший. Тот довольно быстро бегает, для простреленной ноги.

- «Ви, жду тебя», - это был Марс.

- Заводи мотор.

Что происходит дальше, кажется каким-то сном или фильмом. Всё происходит слишком быстро, на автомате, никто не медлит дольше тридцати секунд, уводя фриков подальше от здания. В такие моменты мозг просто отключается, не желая всё это анализировать и вообще думать. Чистые инстинкты.

Ви с Марсом заманили свою часть на всё тот же склад и просто, не щадя патронов и времени, перестреляли их там всех. Сложно, много, кроваво, но в итоге чисто. Альфа ехал сзади, держась крепче, потому брюнет старался уехать как можно дальше, настигнув безопасного места быстрее. И для связи должно быть также безопасно. Ну и есть у них не утешающие новости.

Лин и Фокусник устроили ловушку, отправив этих людей в чащу, а после в карьер. Удобно, тормозить там практически невозможно, так что вряд ли кто-то выжил.

Чонгук поступил хитро и разумно. Его отпустили одного, рассчитывая что за ним не погонятся, и ему удастся улизнуть. Но в итоге за ним тоже увязалось несколько машин. Так что гнал альфа что есть мочи, добираясь вскоре до своеобразного кольца. Так что огибая врага со спины, стреляет по колесам и отправляет им гранату. Взрыв был высоким и большим, наверняка привлекающий внимание, пылало всё, его машину даже немного отнесло волной. Но всё обошлось.

- Все живы? - стандартный вопрос, который осмеливается задать Ви, останавливаясь и удерживая мотоцикл. Её всегда говорит кто-нибудь, как бы страшно она не звучала. Но они это обговорили, дабы не спрашивать длинными и ненужными предложениями. Живы или нет. Вариантов немного.

- «У нас порядок, уже едем домой», - отвечает Лин, а после и Фокусник подтверждает.

- А Заяц где?

- «Он не с нами».

- Тогда где?

- «Уехал один, а позже на связь не выходил», - альфа, стоящий рядом заметил, как киллер напрягся. Тот всегда немного нервничает, когда не может найти или услышать кого-то из команды. Но сейчас будто не такая реакция, словно более глубокая но при этом поверхностная. Скрыта хорошо, но не от него. Старший чувствует это.

- Заяц? - настраивая личный канал, пытался найти обратную связь с брюнетом, но ничего. Полнейшая тишина в ответ. Это заставляет волноваться. Всё же парень командует этой операцией, и ему нужно вернуть всех живыми по возможности. О другом омега думать себе запрещает. Не сейчас и не сегодня. Быть может когда-нибудь потом. Но сейчас его волнует только то, что солдат команды не выходит на связь, - Заяц? - ещё одна попытка не увенчалась успехом.

- «Всё в порядке, - произносит Бэк, - с ним всё нормально, едет уже к Бете. У него передатчик барахлит. Вы его не слышите, а он вас».

- Хорошо. Присмотришь?

- «Конечно присмотрю», - это слышал только брюнет, от чего ему захотелось вмазать старшему хотя бы подзатыльник, но желание быстро отпустило.

- Едем?

- Да, - отвечает, заводя мотор и дожидаясь, пока второй залезет к нему.

- «Марс, а где твой транспорт?»

- Взорвался по дороге, - не шутит, его мотоцикл вышел из строя там от обстрела.

- «Скажу механикам», - киллеры один за другим возвращаются в Бету, отсиживаясь в комнате ожидания, проходя привычные операции, а после отчитываются.

- Отдай наушник Райту, а то барахлит, - коротко произносит младший, после уходит, потирая лицо руками. Его ждёт веселая ночь в архивах с делами. Лучше и не придумаешь. Но для начала вздремнёт немного, иначе после и за рулём уснёт.

- А что с ним? - спрашивает Чон у Марса, что подошёл, также провожая взглядом омегу.

- Связь тебе обрубили или просто сильно приложился.

- Они же вроде не убиваемые.

- Техника никогда не бывает неубиваемой. Обычное дело, просто отдай и получишь позже новенький, - протягивая руку и получая устройство, альфа ухмыляется, придвигаясь ближе к уху, - по секрету скажу, он волновался, - шепчет так шкодливо, будто всё знает, - я верну его вечером. Или сам зайди, - красноволосый удаляется, направляясь к мужу, слегка облизывает губы, рассчитывая, что всё же отнесёт, чтобы тот не видел лишнего в их вечер.

А брюнет стоит, прогружая информацию. Волновался? Кто? Тэ? Тэ волновался. И почему же? Тем более, как он узнал, ибо из парня никаких эмоций на задании не вытяешь, если тот сам этого не пожелает. И почему решил сказать, если увидел? Зачем эта информация? Что он знает? Может Бэк рассказал их интриги? Ну тогда нарушил правило конспирации. Хотя альфа некоторых тут не только в лицо, но и по именам настоящим знает.

Такая зацепка не давала покоя. Что значит волнение Кима? Быть может это просто рабочее волнение. Ну не выходил он на связь, вот и волнуется. На счету каждый солдат, как они выражаются.

Размышлять об этом не было смысла, но эти мысли не покидали его голову до самой комнаты. Кстати, теперь отдельную, почему-то. Ему не сказали причину, но просто переселили. Возможно, дело в том, что его постоянно начали дергать ночью или ещё когда, а потом ты еле отоспишься пока вокруг шумят. За это, конечно, спасибо. Но теперь сидеть в тишине бывает напряжно. Поэтому альфа часто спускает к ребятам, проводя время с ними больше, чем до этого. И ощущения одиночества чувствуется не так ярко, а временами и пропадает вообще.

Альфа стягивает одежду, откуда чувствуется запах крови. Теперь его неотъемлемая часть. Кстати, от Тэ никогда ей не пахло, даже когда тот сразу возвращался в универ. Хотя может Чон просто этого не замечал, потому что обоняние у него не особо развито для таких мелочей. Но этот запах на одежде чувствует однозначно, от чего временами и подташнивает. Смывать же его с себя приносит определенное удовольствие. Всё равно, что смывать усталость и грязь после тяжёлого дня. Неотъемлемая часть работы в мафии. Что теперь поделать.

В постели долго заснуть не мог, прокручивая весь день в голове, размышляя над некоторыми вещами. О брате, например. Старший направил пистолет на Лин очень даже уверенно. Но, парень почему-то был уверен, что тот не выстрелит. У него, конечно, работа такая, но стреляют они на поражение реже. По крайней мере реже, чем он сам за это короткое время здесь. Ещё думал об отце Тэхёна. Тот же снял маску. Удивился ли Намджун? По его лицу особо и не скажешь, что тот поражён.  Просто удивлён его появлением и всё. И как давно знает? Думал ещё об отношении к Соку и к ним в целом. Раньше никогда такого не замечал, а сегодня как обухом по голове. Их всех считают грязными ублюдками и убийцами. И самое жестокое, что причисляют к этому понятию всех. Чонгук не ратует за свою невиновность, но знает некоторых ребят, у которых и выбора не было или тех, кого насильно отправили. Тех, кто шёл сюда, потому что отовсюду его гнали. Мафия не было сборищем бедных и обиженных судьбой. Она объединяла сильных людей, что воспитывали в себе солдата. Но точно не хлюпиков или сволочей. Но этого не все понимают, а некоторые и не хотят. Даже когда ситуация встала острым вопросом, им до последнего не хотели доверять. То, что они такие же люди, их не волнует. В руках оружие, значит опасны, значит убийцы. А то, что это обычная мера защиты, никого не волнует.

Можно ещё долго заниматься анализом, самоанализом и всем прочим, но глаза закрывались. Заключительные мысли были об омеге. Что он сейчас делает, как себя чувствует, глубоко ли пуля забралась и вытащили ли её? Анализировать его поведение не было смысла, потому что у него в голове множество мыслей, вытекающих одна в другую, и разобраться в этом может только он сам. В этом парень убедился не раз. Отчего и не пытается, желая спокойной ночи ему и себе.

~~~~~~~~10152 слова

Денёчка всем~

Ух, какая глава вышла большая. Я что-то даже не ожидала такого объёма. А ведь ещё убрала кое-какие моменты. Ладно, я надеюсь она не сильно перегружена, но вы почувствовали хмурую и тёмную атмосферу) напишите, что думаете~

А, кстати… flashbacks. Отдельная тема. Скажу немного сложно, но не все они принадлежат самому Тэ. Он не помнит всего. То, что точно вспомнил он, так это самые первые о семье. Вот этот, например, он не помнил. Но они нужны для погружения вас в его состояние. Не знаю, наверно их стоит как-то отмечать, только вот я не придумала ещё как:)

Ну, вот и всё. Пойду пахать и делать уроки. Ребят, я точно скоро с этим чокнусь. Их слишком много(( вам терпения и хороших выходных. Надеюсь у вас не холодно, а если и холодно, кутайтесь теплее в курточки и шарфы, заваривайте горячий кофе, шоколад или какао.

Всё. Счастья и любви 💜🖤💜

Ваша Тень~