Глухие удары и неслышные мольбы

—103—

В глазах неожиданно потемнело, и появилось ощущение падения, отчего Чонгук зацепился за ближайшую точку опоры, коей оказалась рука рядом стоящего Юнги.

- Эй, ты чего? - всё вернулось на место, альфа никуда не падал. Что это было? Не понятно.

- Да что-то странное творится последнее время, - вставая ровно и отпуская руку, произносит Чон.

- А как давно? - спрашивает Бэк, осматривая младшего.

- Пару дней, - пожимая плечами, альфа отвечает, вспоминая было ли такое ещё.

- И как часто?

- Всего два раза.

- Что чувствуешь?

- В первый раз боль в груди и голод. Сейчас темноту и падение.

- А было ещё подобное?

- Не припомню.

- Понятно, - Бэк просто для вида сказал, но на самом деле ничего особо и не было понятно. Чувствует ли он так Тэхёна? Или это его отец? Или какова природа этого явления?За ответами парень отправился к Соку, заходя со стуком, тот как раз не был занят и выслушал пересказ младшего.

- Думаешь, он чувствует Тэ? - после небольшой паузы спрашивает Мин.

- Возможно. Они же истинные, верно?

- Верно. Но это ничего не доказывает.

- Но…

- То, что чувствует Тэхён, никак не может касаться Чона. Ты это должен понимать, - с упрёком произносит старший.

- Да, ты объяснял, - потупив взгляд, парень замолкает ненадолго, - а может…

- Что?

- Связать их?

- Чонгук не выдержит, - мотая головой, альфа поясняет, - для Тэ это повышенная нагрузка, а для Чона тем более.

- Но…

- Нет и точка. Не вздумай ему даже рассказывать об этом.

- А…

- Лишняя осторожность не помешает, - так и не даёт высказаться младшему, Соку встаёт из-за стола, - это понятно?

- Да, - обходя, альфа похлопал его по плечу и вышел. Прекрасно понимает Бэка, но не может позволить выйти этому из-под контроля. Пока всё идёт по планам, они могут хоть как-то это отслеживать. Но дай волю сейчас, они не смогут вернуть управление в свои руки.

*

Как же на самом деле страшно, когда ничего не можешь сделать во время падения. Не из-за растерянности, а из-за отключения организма. Тэхёна будто выключили, словно он кукла или машина, из которой вытащили батарейки.

Всё проходит в замедленной съёмке. Он чувствует каждой клеточкой тела своё падение, но не видит ничего вокруг. Так сложнее ориентироваться, но он не разбивается к чертям. Достигает земли, ударяясь и выдыхая. Зрение возвращается пятнами, вспыхивающими и потухающими.

- Делайте свою работу, - до сознания долетают слова, потом шаги, а следом удар. Вслепую в его состоянии драться почти невозможно. Вот и у Кима не особо получается. Били не щадя, а омеге только и оставалось закрывать голову руками и прижимать ноги к груди. Простыми синяками он не обойдется, они ему такие гематомы набьют, особенно на спине. Резко его поднимают, от чего соориентироваться сразу не получилось. Остатки мышц на животе не позволяли слишком сильно задевать внутренние органы, но дыхание сбивало, и каждый следующий вдох давался с болью. Падение было незапланированным, но стоять без поддержки не получалось, он буквально на четвереньки упал, ожидая спасительной темноты. Знал, что не выдержит, но сколько это продолжится, не имел представления. Железный вкус крови во рту, и не только. Горячая жидкость так и текла, смешиваясь со слюной, и падала на пол.

*

- Поднимаемся! Повторять не собираюсь, - говорил альфа, проходя мимо камер и проводя картой, тем самым открывая и выпуская мутантов. На тренировку, но если быть точным, на измывание до полусмерти. Их не жалели, либо ты делаешь, либо ты в карцере или мёртв. Выбирать только тебе. Многие делают выбор в пользу первого, но потом всё чаще и чаще в голову проникают мысли о смерти. Закончить бы всё это, и дело с концом. Но за этим следят, суицид быстро предотвращают и наказывают, - тебе особое приглашение нужно? - альфа лишь закатил глаза и поднялся с кровати, - пошевеливайся, - и отправился дальше. А младший выходит не спеша, осматривая бедного омегу. Тот, на удивление, очень даже резво ходит, совсем не хромает, никаких причин для волнения. И не скажешь, что его насиловали полночи. Но парень то знает, что тот ещё долго плакал, так тихо, почти беззвучно. Такое терпение поражает. Крепкие же у него нервы.

- Проходим, нечего смотреть, - раздаётся грубый и знакомый голос. Конечно, многие проходят, не задавая вопросов, шугаются и отходят. Но не он. Парень подошёл ближе, встал так, чтобы ничего не закрывало обзора, и посмотрел, что же творится. Никакими словами не передать его шок. На четвереньках стоял он, непобедимый боец, чёрт возьми, Бродяга! А над ним нависали двое амбалов, что выждали несколько секунд, а потом со всего размаху несколько раз ударили. Как в замедленной съёмке, альфа смотрит, как дыхание замедляется, тот спиной падает на пол, голова опускается. Он больше не двигается. До сознания доходит долго, альфа отказывает это понимать. Видно, что парень совсем измотан, худее, чем обычно. Никогда бы не поверил, что его можно вырубить, но сейчас нечестный бой, нечестная игра. Какие же они твари.

- Чего встал? Шагай давай, - говорит один из амбалов, а у парня кровь кипит, - ты не… - альфа бьёт точно в челюсть, заставляя отшатнуться от себя. Но продолжить ему не дали. Правую руку, которая была занесена для очередного удара, задержали.

- Кого я вижу, - произносит старший, когда тот поворачивается лицом к нему, - Морду́, - младший рычит, обнажая клыки, - давно тебя не видел. Я скучал.

- Не могу сказать того же, - грозно, со злостью. Он не пытается выдернуть руку, просто знает, что это бесполезно. Полковник отталкивает его к своим людям, что тут же хватают.

- Постой пока, - сам же заходит в камеру к Киму и подходит к телу. На первый взгляд может показаться, что тот не дышит, но альфа проверяет пульс. Бьётся, просто медленно, и грудь вздымается, маленькими порциями пропуская кислород. Старший переворачивает омегу на бок и осматривает работу. Тянется ко рту и раскрывает его, заостряя внимание на клыках.

Прекрасно, пусть отдохнёт. Потом они поговорят. Полковник выходит и закрывает камеру.

- Зачем ты это делаешь!? - не выдерживает Морду и спрашивает, но взгляда не отрывает от недвигаюдегося парня. Старший только ухмыляется и поднимает голову за подбородок, заставляя смотреть на себя.

- С тобой мы поговорим позже, - лёгкое поглаживание подушечками пальцев, а младший дёргается, отстраняясь. Ещё раз пытается выбраться, передёргивает плечами, смотрит с ненавистью, - в карцер его, - этим обычно и заканчивает. Его сразу же туда и повели. Отлично. Опять это грязное и сырое помещение. Сколько ему здесь торчать? Неважно. Сейчас хочется поговорить с Бродягой и задать главный вопрос. Что он тут делает?

***

- Подойти ко мне, милая, - девочка ставит бутылку с водой, которой поливала цветы, подходит к пожилой женщине и садится к её ногам, - у меня не самая приятная новость, - произносит старшая, гладя длинные светлые волосы, - ты готова услышать?

- Да, бабушка. Что случилось? - не совсем радостно, но всё с таким же интересом.

- Твоего отца и брата убили, - девочка задержала дыхание, ожидая дальнейших слов от слепой женщины, но она все молчала.

- Как это? Кто? Кто это сделал? - слегка дрожащим голосом, спрашивает малышка.

- Люди.

- Неужели…

- Настали трудные времена, - всё продолжает гладить шелковые волосы и говорить тихо, спокойно, чтобы не напугать ещё сильнее, - сложные. Помнишь, я про них рассказывала? Я чувствую изменения в мире, - с каждым словом становится всё труднее и труднее, даже не страшно, ведь это кажется таким далёким, но настолько близким, что кошки безжалостно скребут по сердцу.

- Я хочу похоронить их. Бабушка, позволь.

- Милая Мелисса, слушай меня внимательно. Слушай внимательно и запоминай. Сделаешь всё так, как я скажу. Мне осталось недолго, я вижу это. Ты должна быть сильной, помни это всегда. А теперь, ты сделаешь следующее… - стоит ли говорить о ночных слезах в подушку девочки, непередаваемую печаль старой женщины, что держала в руках фотографию сына и его семьи. Горькие слезы печали. И так страшно шагать дальше. В голове только и крутится: что будет дальше? Но никто не может предсказать будущее, можно лишь только идти вперёд, готовясь к худшему и надеясь на лучшее.

***

А знаете, Тэ бы вообще не просыпался. Устал, слишком вымотался. Но судьба не благосклонна к нему, он медленно открывает глаза. На него медленно но верно обрушиваются вся боль в теле. Ах…

Первые минуты даже пошевелиться не может, особенно ноги. Их он вообще не чувствует, но спина адски болит.

После пятиминутного такого пребывания, он всё же решается пошевелиться и как-то встать. Рассчитывать на что-то стоящее не стоило, но до кровати он в принципе сможет дойти. Наверно. Медленно и осторожно, аккуратно переставляет руки, стараясь меньше нагружать спину, и приподнимается сначала на локти, потом садится ровно, сгибая одну ногу, затем вторую. Отлично, он сидит. Осталось встать, сделать несколько шагов и снова лечь. Уже более уверенно двигается, встаёт, готовя руки для падения. Выпрямляется, держась за живот, жмурится и прислушивается к себе. Вроде стоит, очень даже уверенно. Что ж, шаг, дальше второй, третий. Почти падение, даже два, но омега всё же добирается до кровати и садится, шипя. Решается посмотреть насколько всё плохо, поднимая футболку. В целом неплохо, ожидал хуже. Остались пятна и большие гематомы. А значит он провалялся без сознания часов пять точно, может больше. Взглянув на противоположную камеру, парень видит мужчину, лет пятидесяти, если не больше, что лежит на кровати. До слуха доносится мерное сопение и сердцебиение. И не одно. Вокруг тихо, ни звука. Все спят.

Вдохнуть глубже не получается, ещё больно. Видимо, ребро сломали. Или типа того.

Вдруг раздаётся писк, следом хлопок и шаги. Сколько людей можно определить только примерно. Кажется трое или четверо. Шаги раздавались мерные, никто никого не тащил, всё спокойно.

Вскоре и в его поле зрения попали нарушители тишины. Двое охранников и парень, по запаху и комплекции альфа. Идёт спокойно, за спиной руки в наручниках. Вот так раз, даже ему спереди заковывают. Кажется когти выпускает, непродуманно, стоит приберечь козыри на потом и нанести удар тогда, когда об этом даже не догадывается противник.

Проходя мимо его камеры, он повернул голову и замер, рассматривая омегу. Лицо знакомое, фигура тоже. Где он мог его видеть? Кажется, тот его узнал, раз так внимательно смотрит, а ещё будто глазами спрашивает. Но что, понять не получается.

- Шагай давай, - опять этот грубый голос. Полковник, и вы здесь.

[Только не срывайся] - себе дороже. Он ещё не восстановился.

В свет вышел и второй, толкая младшего в плечо, и сам поворачивается к нему, ухмыляясь. Этот же не спрашивает, просто смотрит с некой усмешкой, превосходством. С одной стороны это правильно, но с другой тот совершенно не смотрит. А стоит.К нему подошли те двое.

- Принесите ему еды и воды, - кивая в сторону Кима, приказывает он, - немного, а то вырвет, - и вновь смеётся. Ну ничего, придёт время, и парень сотрёт эту ухмылку с его лица. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

*

Что может быть лучше красивой звёздной ночи? Ночь с заданием. Парень только недавно вступил в ряды мафии, и долго ему не давали никаких поручений. Но вот наконец он начинает выходить в город под покровом ночи. Задача проста. Убить, скрыться с места преступления, не оставить следов. Всё, как по правилам. Хотя киллерам правила не писаны. Но это всего лишь на словах. Многие думают, что они творят, что хотят, но на самом же деле здесь сложная система.

В воздухе летает запах дождя, на земле небольшие лужи, по которым уверенной походкой проходит он. Весь в чёрном, с собой портфель. Не останавливается, идёт сразу к цели. Давно наблюдал за своей жертвой и точно знает, что сейчас он выйдет из клуба. Как и обычно, после полуночи. Настигая пожарной лестницы, взбирается на крышу здания, подходит к краю и собирает винтовку. Хороший подарок, правда придётся отдать позже. Но ничего, заслужит и заберёт красавицу домой. А пока занимает удобную позицию, настраивает прицел, прижимаясь щекой к холодному металлу. У него тридцать секунд. Ожидание всегда тянется долго, но зато потом какая сладость.

Жертва показалась в поле зрения и даже не представляет, что это последним минуты. Просто закуривает, разговаривая с каким-то мужчиной, отсюда не разберёшь. А киллер готовится стрелять, опустив палец на спусковой крючок. Выдыхает, считает до трёх и стреляет. Какие-то секунды, и тело замертво падает на землю.

- Задание выполнено, - произносит в наушник. На сегодня ему дали личный канал, так что можно и не представляться.

- «Отлично, возвращайся», - ну, задерживаться парень не стал, разбирая и складывая оружие. Ещё ехать через весь город. Но это того стоило, будто глоток свежего воздуха. Приятного, освежающего, свободного. Ни на что бы его не променял. Никогда.

*

Дни тянутся медленно, никуда не спеша. Вот почему, когда так нужно время, оно бежит неумолимо, а когда просто ждёшь или ничем не занимаешься, почти замирает.

Тэхён прекрасно знал, что значит выжидать. Не каждый способен полностью профессионально выдерживать нужное время, дожидаться того самого дня, часа.

Ничего не поменялось с его выходом из карцера. Раз в день к нему приходили двое амбалов, избивали, но в меру, не так сильно, как в первый раз. А может, он просто смог адаптироваться или накопил немного сил. Синяки уходили быстро, оставляя лишь пятна, а всё остальное проходило дольше, но уже спокойней и стабильный. Не было резких скачков или задержек. Всё в меру.

Также его правда стали кормить. Раз в день, ну и что. Хоть какой-то приём энергии помогал не окачуриться совсем. К тому же, его не трогали в период приёма пищи, а это где-то между завтраком и обедом, плюс по часу.

Больше ничего не спрашивали, не требовали ответов и информации. Просто избиение. Но кто сказал, что омега намерен долго это всё терпеть. С каждым разом он давал больше отпора, но всё равно слабо. Особенно для него. Ким знал, что может лучше, но всё ещё не в силах. А тем всё равно. Просто делают свою работу, а младший защищается, как может. Но в итоге оказывается на полу в крови, передвигается медленно, а первое время вообще сидит, не шевелясь, прислонившись к стенке.

- Ты как, живой? - доносится за стенкой голос. Кажется, это его сосед по несчастью.

- Живой, живой, куда я денусь, - хотя очень хотелось куда-нибудь деться. Подальше. Сил порой не было вообще. Ничто не могло заставить его подняться. Слишком больно, слишком слаб. Не хотелось ничего из этого. Но он вставал, ел, потом отбивался, приходил в себя и так по кругу. Устал, хочется уже либо умереть окончательно, либо выбраться. Жаль его желания и мольбы доступны только ему самому.

- За что хоть бьют?

- А просто так.

- Не бывает такого, - ещё как бывает, парень.

- За то, что отказался помогать.

- Понятно. И долго собираешься упрямиться?

- А сколько ты продержался? - вопросом на вопрос, и ответа нет. Сосед замолчал, после встал и ушёл на кровать: было слышно, как скрипят пружины.

- Ты зря геройствуешь, - произносит напротив сидящий мужчина, также расположившись у решётки на полу у стены, только с другой стороны.

- С чего это? - у них что, вечер разговоров или молчать наскучило?

- Зачем ты это делаешь?

- А с того, что мне честь дороже.

- Подчинись им, будет проще.

- Ни в этой жизни, - проще никогда не будет. Хоть старайся, хоть не старайся. Всегда найдётся то, что испортит и усложнит привычный ритм.

- Эх, ребёнок. Все вы пытаетесь доказать свою силу. Но это всего лишь пустой звук, глупости. Неужели охота лишиться жизни в столько юном возрасте?

- Я уже мертвец. Так что мне всё равно, - слишком мрачно и серьёзно это звучало.

- Не стоит так говорит о своей жизни. Она даётся лишь раз.

- И как вы свою прожили? Не вижу я спокойной и счастливой старости, - всё верно. Этот мужчина старше всех здесь из заключённых. Почему? Им правда нужен такой солдат? Дело в другом.

- А я, мальчик, неправильный выбор сделал. И теперь плачу по счетам.

- Что за выбор? Жизнь или смерть?

- Всё намного серьёзнее, чем ты думаешь. Многие пытались понять суть, докопаться до истины. Но им просто не хватало силы духа, - с кем он связался? Этот разговор хоть и отвлекал, но особой важности не имел, так что пора заканчивать, - но ты. Ты тот самый, что сможет увидеть всю простоту этого мира. И даже…

- Отбой! - произносит проходящий альфа, быстрым шагом удаляясь дальше по коридору.

- В общем, - Тэ уже поднялся, когда тот продолжит. А парень уже думал, что он избавит его от продолжения, - сделай то, что они просят. Живее будешь.

- Не в моем стиле.

- Убери эту гордость и подчинись.

- Не дождётесь, - уходя в темноту к кровати, парень произносит. Твёрдо и решительно. Сколько бы те не старались, он не пойдёт против себя. Нет и точка.

*

- Ты уверен, что тебя пустят? - спрашивает Ролан у брата, что закрыл багажник.

- Наш отец там, а значит я пройду как телохранитель или его помощник. Определимся на месте, - поясняет Хо, подходя к младшему.

- Но это безумие. Ты же сам идёшь к ним в капкан. Ты точно всё обдумал? - волнения брюнеты понятны, ведь старший обладает нужной способностью, а ещё и служивый. Им не составит особого труда забрать его под своё командование. И тогда так просто будет не отвертеться.

- Точно. Меня встретит отец, он уже в курсе. Если что-то пойдёт не так, я имею право пойти против их слова, командир не отдаст меня просто так. А бумаги на поверхности не лежат.

- Но всё равно это риск.

- А как жить, если не рисковать?

- Не самое лучшее время.

- Думаю, это у нас в крови: выбирать самое неподходящее время, - альфа улыбнулся, хотя на самом деле каждая клеточка в теле оставалось в напряжении.

- Будь осторожен.

- Как и всегда.

- Обещай мне.

- Не будь мамочкой.

- Я волнуюсь. За вас обоих, между прочим.

- За своего омегу бы так волновался.

- Он и сам прекрасно справляется. Тем более у него дядя полковник. А ты едешь на базу противника, Чонгук - чуть ли не в обморок пару раз в день падает.

- Ты стал чересчур много разговаривать и переживать, - Хо давно заметил это за братом. Что-то не давало тому покоя, но он не рассказывал ничего полезного, огибая всё настолько осторожно, что и не догадаться.

- Это из-за Миро и нашей истинности, - честно признается младший, опуская голову. Сам понимает, но никак не может взять всё обратно под полный контроль.

- Поговори ты уже с ним.

- На словах всё легко. На деле всё гораздо сложнее. Да и сейчас война назревает.

- Тем более. Разве ты не учишься на ошибках? Вдруг, сегодня последний день, когда ты можешь его видеть? - думать об этом совершенно не хотелось. Обоим.

- Живым вернёшься, тогда и посмотрим.

- Заметано, братишка.

- Не называй меня так, - снова холодность и угроза.

- Ну вот, уже неплохо. Ладно, мне пора. Связи возможно не будет. Так что до встречи.

- Не умри раньше времени.

- Обычно желают "ни пуха, ни пера".

- И говорят "к чёрту". Но первый вариант мне нравится больше, - они пожимают руки, и старший садится за руль машины, заводит и выезжает за ворота, провожаемый взглядом. Что ж, осталось только ждать. Почему именно старший принял предложения отца, Ро может только гадать. Идти обратно в комнату совсем не хочется, поэтому альфа прогуливается по тёмной территории университета, освещенной только фонарями рядом со зданием. Мрак медленно но верно накрывает их с головой. Остаётся только ждать.

***

Шаги негромко отдаются от стен, оповещая о приближении. Сейчас в камерах пусто, мутанты на тренировках, поэтому беспокоится о лишних глазах не стоит. В ближайшее время он бы всё равно поговорил с Кимом, но стоило выбрать лучшее время.

Проводя картой, полковник заходит внутрь, осматривая парня, что сидит с повязкой на глазах. Снять её у младшего не получилось, так что омега оставил эту затею, ожидая, что дальше будет. Его сегодня слишком хорошо приложили головой, что сознание удержать не удалось. Проснулся уже с ней и с тишиной вокруг.

Услышав шаги уже не где-то далеко, а в самой камере, парень втянул воздух и резко поднялся на ноги, отходя от приближающегося альфы. Если до этого ещё как-то удавалось сохранить самообладание, то сейчас сделать это гораздо труднее.

- Как себя чувствуешь, Ким? - уже не режет слух, что его называют по фамилии. Это не волновало ни капельки. Напрягала больше то, что творится с его организмом, - чего же ты молчишь? - все органы чувств притупились, так что он не сразу замечает, что старший оказался слишком близко и отойти он может только к стене. Что Тэ и делает, упираясь спиной в угол, - я не стану бить тебя, можешь расслабиться, - голос звучит где-то на периферии сознания, основное место в голове занимал стук бешенного сердца. Казалось, его слышал даже старший. Что за вещество ему дали? Понять сразу не получалось, разные симптомы исключали один вариант за другим. Но круг сужался, - ты язык проглотил? Или оглох? - полковник окончательно зажал парня в углу, где тот по стенке и скатился, усаживаясь на полу: ноги не держали. Омега старался дышать через нос большими порциями. Неожиданно почувствовал руку у себя на щеке и дёрнулся, правда бежать некуда. Да и далеко всё равно не сможет. Подушечки пальцев пошли медленно к губам, проводя по нижней, двинулись вниз по шее до выреза футболки. Реакция полностью удовлетворяла ожиданиям альфы. Ким покраснел, дышал часто, грудь так и ходила ходуном, из приоткрытого рта вылетали громкие вдохи и выдохи, а горячую кожу можно почувствовать даже кончиками пальцев, - удивительно, что афродизиак творит с тобой, - Тэ опасался, что именно это вещество попало в его организм, - ты сопротивляешься, - ухмыляясь, говорил старший, ведя пальцами по ткани, но всё равно получая дрожь. Ещё перед приездом навёл справки, узнав о большом болевом пороке и повышенной чувствительности. Два несовместимых факта, находящие границу разумного в парне. Понаблюдав на ним и убедившись, что это правда, старший решил кое-что попробовать. Нет, он не собирается насиловать Кима, пока что, но собирается выведать нужную ему информацию, поиграв на терпении и нервах омеги, - и зачем? Поддайся соблазну, - руки пробираются под футболку, проводя по животу с уже не яркими мышцами. Доставить удовольствие? Нет, подразнить. Вместе с руками поднимается и край вещи, всё выше и выше. А Тэ только и пытается не вестись, хотя кажется начинает терять контроль. Губы альфы касаются шеи медленно, пробуя на вкус. Бархатная кожа, так не хочется портить. Но такие, как Ким, любят грубость, даже если сами себе не признаются. Поэтому старший его и кусает, а реакция то поражает. Несдержанный выдох через рот, почти что стон, руки скользят по стене, желая упереться в жёсткую поверхность, но некуда. Так что теперь руки омеги покоятся на плечах альфы, стараясь отстранить от себя. Но ему не дают командовать. Наоборот, поднимают голову выше, открывая путь к шее, куда и атакует старший, кусая, наконец, слыша тихие, еле контролируемые, стоны, - любишь грубее, да? - мурашки побежали от уха, куда пришёлся шепот. Боже, Тэ сорвётся. Сам это понимает и не может сделать ничего против.

Оказавшись без верха, омега пытается отстраниться хоть как-то, но план проваливается. Полковник кладёт его на пол зажимая сопротивляющиеся руки над головой. Как же хочется света, видеть происходящее, а не только чувствовать, потому что это убийственно. Парень старательно пытается укрыться, мотает головой, а толку нет. Старший настигает шеи, спускаясь ниже и перехватывая руки в одну. Сам ухмыляется, лучше чем мог себе представить. Против воли тот отзывается, так старательно старается, но всё без толку. Закусывает губы, но всё равно слышны тихие выдохи-стоны. Он на грани.

- Хочешь, чтобы это всё прекратилось? - конечно хочет, но сил сказать нет. Омега дёргается, чувствуя руку, сжимающую его талию. Чёрт бы побрал такую чувствительность. С каждой минутой тело слушается всё меньше и меньше, поддаваясь альфе, выгибаясь в его руках. Нет, не станет просить, ни за что. Хочется до безумия, хоть вой. Какой кошмар.

В какой-то момент, парень просто расслабляется полностью, выдыхая, и открывается. Ноги спокойно выпрямляются, слегка разводятся в сторону. Сердцебиение всё равно бешеное, дыхание всё такое же сбитое, желание никуда не пропадает, а вот терпение остаётся.

- Так значит? Какой ты спокойный, удивительно, что творится с тобой, - полковник не замечает одну важную деталь, что стоило приметить с самого начала, и тянется к ключицам. Что ж, это была его ошибкой.

Секундный рывок, и Тэ впивается клыками в шею старшему, сжимая челюсть сильнее, вызывая невыносимую боль. Он берёт контроль над ситуацией, оказываясь сверху и не отстраняясь от второго. Похож сейчас на вампира, только сам не пьёт много, отстраняется и перекатывается на спину, выдыхая. Ему намного легче, даже дышать. Всё утихло, только кровь на подбородке появилась и запах ещё больше на полу. Теперь к его собственной прибавилась и полковника. Зато желание утихло, как по приказу.

- Чёрт, - прижимая руку к ране, альфа встаёт и смотрит на младшего. Что это было, чёрт возьми!? Какими силами? Ещё и так глубоко, крови много, и она не останавливается. Из-за неё он спешит покинуть камеру, запирая её, и направляется к врачу. Нужно что-то с этим делать, пока он не умер от большой кровопотери.

- Кто это сделал?

- Не задавай лишних вопросов.

- Конечно. Просто так, к слову, два прокола в сантиметрах от артерии.

- Везение, что сказать.

- Холодный расчёт. Такого везения не бывает. Вас прокололи именно в том месте, где и собирались. К тому же, так, чтобы не задеть сосудов. Ювелирная работа, - с восхищением или же со страхом говорит тот, не особо понятно. Но факт того, что это сделал Ким напрягает. Сделал с повязкой на глазах, получается правда расчёт? Или он просто промахнулся?

***

- Отец, - поприветствовал его Хосок, подходя ближе к родителю.

- Привет.

- Ну и зачем я здесь?

- Мне самому интересно, ведь когда я звонил в первый раз, ты был категорически против. А сейчас сам настоял на приезде. Зачем же? Помочь мне?

- У нас с тобой разные цели. Я не пришёл помогать мучить их.

- Зато пришёл помогать своим, - младший превратился в слух, мало ли что скажет старший, - думаю, ты здесь не за картой и ключами, что лежат у меня в кабинете. Хотя уже и в твоём тоже. Так что размещайся и за работу, - Чон-старший развернулся и отправился внутрь, а его сын замер. Так, стоп. Он только что сказал, что пускает его в свой кабинет, сказал про карту и ключи. Что за подстава? Может проверка? Если так, то нужно быть вдвойне осторожным.

***

Тэхён шёл туда, куда его вели. До сих пор с него не сняли эту дурацкую повязку, так что идти приходилось на ощупь, можно сказать.

Резко ему надавили на плечо, заставив сесть. Руки положили на стол и, по ощущениям, приковали наручниками. Ух ты, с они учатся на ошибках. Свет нещадно ударил по глазам, от чего омега зажмурился, но не надолго.

Его привели в небольшую комнату, похожую на допросную, но без непонятного зеркала. Просто голые стены, стол и два стула. Тэхён ожидал всё того же полковника, но, на удивление, внутрь зашёл Бамхок, сел за стол, положив на него папку и посмотрел на него.

- Рад нашей встрече, - парень не знал, что чувствует к нему. Отвращение? Радость? Раздражение? Облегчение? Нет, ничего из перечисленного. Просто ничего. Но наверное ещё и какое-то спокойствие, - я пришёл поговорить. Просто, без записей, - Чон понимал, что поговорить не выйдет. Младший был измотан, видно по глазам, тело ведь твердило об обратном. В остальном ничего не поменялось в виде омеги, - это касается твоего пребывания здесь, - брюнет просто молча смотрел на него, будто это могло заставить его встать и уйти. Казалось, ужаснее встречи с враждебно настроенными против тебя людьми не может быть ничего в этом сборище. Но вот встречи со знакомыми выбивали из колеи. И ты думаешь, почему так вышло. Ведь он должен быть с тобой, против них, а не за. А если он сейчас ещё и будет твердить что-то про прекрасный шанс, в глазах упадёт тут же, - как твоя спина? - после вздоха спрашивает старший. Чего? Такого вопроса младший не ожидал, - я знаю о травме, проблемах и боли, - ладно, на один вопрос ответил, не дав соврать. Но всё равно, зачем интересуется? - это ты вчера укусил полковника? - медленно кивнув, Ким не сводит глаз, ожидая реакции. Но вместо неё альфа тоже кивнул и остался спокойным, - себя сейчас хорошо чувствуешь? - также медленно, как и в прошлый раз, он кивнул ему, - так и будешь молча смотреть? - омега выдохнул и продолжил молчать. Говорить не было ни сил, ни желания. Так что да, он будет продолжать молча смотреть, - понятно, - взглянув на часы, Чон продолжил, - зря отказываешься от разговора, тем более не под запись. Одиноко ведь в камере, не так ли? - весь разговор Тэ чувствовал, что что-то не так, будто что-то пропало из манеры общения старшего. Какая-то недостающая крупица. Но понять, что именно пропало, не может, - я знаю ответы на многие вопросы, связанные со всем этим бедламом. Если хочешь что-то узнать, спроси.

- Сколько Вам платят? - это вопрос мучат его с самого начала.

- Зачем тебе эта информация?

- Хочу узнать, сколько стоят ублюдки, - выражение лица никак не поменялось. Он спокойно и даже как-то отстранённо говорил, смотрел, двигался. Ему не был интересен разговор, да и находиться здесь не было никакого желания.

- Закрой на секунду глаза, - неожиданная просьба, которую омега выполнит, слыша какие-то шебуршания, - а теперь открой, - его ослепила вспышка. Чего? Рассмотреть он не успел: слишком ярко. Проморгавшись, он недоуменно посмотрел на старшего, что уже спрятал это оружие пыток, - я всегда готов ответить на твои вопросы. И ты знаешь, где меня искать, - дверь резко открылась.

- Вы закончили?

- Да, господа, забирайте, - показательно закрыв какую-то тетрадь, произнес Бамхок. Ну а парня отстегнули и подняли, указав на выход.

- Не хотите уведомить нас, что на территории делает ваш сын? - Тэхён превратился в слух, даже притормозив немного, поворачивая голову в пол-оборота.

- О ком речь?

- Чон Хосок, - а он откуда здесь?

- Ааа… да, он приехал сегодня утром, я не успел сообщить.

- Зачем он здесь?

- Привёз мне некоторые документы, которые я попросил.

- Откуда привёз?

- Из дома, конечно.

- Он знает?

- Нет. Зачем бы я ему рассказывал, мал ещё.

- Но сделали ему пропуск.

- А как бы ему ещё было проехать пост охраны? Тем более, мне не помешает небольшая охрана, а то недавно меня захотели убить.

- Когда? - видимо, обладатель голоса в шоке.

- Четыре дня назад, на смотре.

- И вы доверяете этому юнцу больше, чем нашим солдатам?

- Он хотя бы сможет побороться. А ваши солдаты, как вы выразились, ни черта не делают, кроме как запугивают и убивают. Посмотрите по камерам.

- Увидем. Насчёт парня. Его не должно быть здесь.

- Если вы обеспечите охрану, то…

- Это не обсуждается. Если вам нужна помощь, вы получите.

- Он уедет сегодня же.

- Что насчёт… - насчёт чего слышно уже не было: они уже далеко отошли. Всё же интересно, зачем на самом деле Хосок здесь. Неужели он тоже замешан в этом?..

*

- К сожалению, тебя не расценили тут по достоинству.

- Я и не собирался угождать их ожиданиям, - родитель кивает и протягивает руку.

- Надеюсь, ты поступишь с умом, - в руке оказался небольшой предмет, который альфа тут же спрятал, - хорошей дороги, - Хо лишь кивнул, желая скорее посмотреть, что дал ему отец. Всё это похоже на шпионскую игру с кодами. Но расшифровки этих кодов ему недоступны.

Седясь на водительское сиденье, опускает взгляд вниз, заводя машину. Флешка. Это была флешка. «Ты поступишь с умом». Любопытство подгоняло его. Если это то, о чём он думает, то у них появляется шанс.

*

Удар и бызги крови.

Если раньше били так, чтобы не было видно синяков, то теперь размашисто, не упуская ни сантиметра. На этот раз их было трое, Тэ выдохся не так быстро, но всё равно сил хватило не надолго. Его нападение закончилось падением и ногой у шеи со спины. Давили, просто вжимали в пол.

- Как же ты достал, - ого, они до этого не разговаривали с ним вообще, - упрямец, так бы и убил за непослушание, - он опустился на корточки, ставя уже колено и хватая за волосы, поднимая голову. Омега болезненно зашипел, стараясь хоть как-то оторвать от себя руку, - думаешь, ты так важен? Ты никто здесь, жалкое зрелище, даже достойного отпора не можешь дать, - найдя точку, парень делает рывок, но безуспешно. Его хорошенько прикладывают о пол. Кажется, он слышал хруст, - ты никто и звать тебя никак, жалкое отребье, - эмоционально на него ещё не давили. Слушать это дальше, Ким не собирался. Собрав все силы в кулак и дождавшись ослабления хватки, он ударяет локтем и сбрасывает его с себя. Тяжело, голова кружится, по лицу течёт кровь. На него надвигались трое сразу, так что либо смерть, либо жизнь. Стоит ли выбирать второе?

Бой уже не был таким строгим, правильным, били как можно сильнее, больнее, со всего размаху, даже не учитывая, что младший меньше их раза так в два, а то и в три.

Омега упертый, будет драться до конца. Даже стоя на коленях, не собирался мириться и выпустил когти наружу. Впервые дал им волю, улучив момент, поднялся и прошёлся ими по животу. Ух, сколько крови. Они острые, как бритва, а Тэхён взбешён, хоть и в побитом и уставшем состоянии.

Порезал он их знатно, так и брызгала кровь, а он словно заведённый волчок метался между ними. Но пополнения вынести просто не смог. Его уложили в два счёта, даже не запарившись, хотя одного он успел ранить. Больше пинали, избивая спину и живот, пока омега не притянул колени. Пару раз и по голове получил, но закрывать её не было сил. Ходил по лезвию, и в конце концом не вытерпел, потеряв сознание.

За этим ужасом наблюдал Бамхок. Не раз он выступал против таких методов, оттягивая их встречи ежедневно. Но увы, его никто здесь в значение не ставит. Поэтому Хосок ему и нужен. Иначе, получат они не своего друга, а холодный труп.

***

- Просто скажи, что у тебя есть новости, - на Хо сразу накинулись двое. Юнги и Чонгук ждали его в их комнате, а Ролан только отрешённо смотрел на них.

- Я знаю, где сейчас Тэхён, - это заявление заинтересовало и второго брата.

- Что!? Где он?

- Я могу провести вас туда, но не факт, что вы выберетесь…

~~~~~~~5306 слов