64

Мириам металась по квартире. На полосатом кресле была разложена ее адвокатская мантия.

– Она не вернется! – сказала она Полю. – Это не первый случай, когда в один прекрасный день няня просто исчезает. Я слышала десятки таких историй.

Она снова и снова набирала номер Луизы, но та не отвечала. Мириам, чувствуя свою беспомощность, набросилась на Поля. Он был слишком суров с Луизой и разговаривал с ней как с простой домработницей.

– Мы ее обидели! – заключила она.

Поль успокаивал жену. Наверное, у Луизы проблемы, у нее что-то случилось. Она не посмела бы вот так взять и бросить их, без всяких объяснений. Она так привязана к детям! Как она могла уйти не попрощавшись?

– Чем строить предположения, поищи лучше ее адрес. Посмотри в контракте. Если через час она не ответит, я сам к ней поеду.

Мириам, сидя на корточках, рылась в ящиках комода, когда наконец зазвонил телефон. Еле слышным голосом Луиза просила ее извинить. Она заболела и не встает с постели. Звонков она не слышала – проспала все утро. Она раз десять повторила: «Мне так неудобно...» Мириам оторопела: такое простое объяснение даже не пришло ей в голову. Ей стало совестно. Почему она не подумала, что Луиза может заболеть? Как будто та была неуязвимой, а ее тело – не ведающим усталости и недомоганий.

– Понимаю, – сказала она. – Конечно, отдыхайте, мы как-нибудь выкрутимся. Они с Полем обзвонили друзей, коллег и родственников. Кто-то дал им телефон одной студентки – «может, она вас выручит?» – и, к счастью, та согласилась приехать прямо сейчас. Симпатичная блондинка лет двадцати не вызвала у Мириам доверия. Войдя в квартиру, она неторопливо сняла свои ботильоны на шпильке. Мириам заметила у нее на шее татуировку – на ее взгляд, ужасную. На все разъяснения Мириам она лишь кивала: «Ага», хотя было ясно, что она ничего не запоминает и мечтает об одном – поскорее выпроводить настырную мамашу. Она попыталась подлизаться к Миле, дремавшей на диване, изобразив материнскую заботу – девчонка, сама еще не расставшаяся с детством.

Но только вечером, вернувшись с работы, Мириам осознала весь ужас ситуации. В квартире царил настоящий разгром. Игрушки были разбросаны по всей гостиной. В раковине громоздилась грязная посуда. На журнальном столике засохли ошметки морковного пюре. Девушка вскочила с резвостью заключенного, наконец выпущенного из тюремной камеры. Сунула в карман деньги и с мобильником в руке помчалась к двери. Позже Мириам обнаружила на балконе с десяток окурков самокруток, а на голубом комоде в детской – липкую лужицу растаявшего шоколадного мороженого.