73 глава - страх

Соня чувствовала, что простить Даню было нелегко, но она сделала этот шаг ради их будущего, ради ребёнка и ради себя. Однако её душевные раны не зажили мгновенно. Ежедневно она испытывала страх, что он снова её предаст, что всё, что он говорил, было просто словами, а не настоящими действиями. Этот страх заставлял её проверять его телефон, его социальные сети, и искать хоть малейшие признаки того, что он не изменился.

Сегодня Даня вернулся домой после долгого и напряжённого рабочего дня. Его лицо было уставшим и раздражённым. Он пытался скрыть усталость, но не смог — его тело выдавало все признаки перенапряжения. Он опустился на диван, снял обувь и откинулся назад, закрыв глаза, пытаясь хотя бы несколько минут отдохнуть.

Соня стояла у окна, наблюдая за ним, но её мысли были где-то далеко. Она знала, что это не правильно, но каждый раз, когда он уходил на работу или был занят, она не могла не проверять его личные вещи. Её страхи по поводу его измены не исчезли, и ей не удавалось избавиться от этого чувства тревоги. Сегодня было не исключение.

Она подошла к нему, тихо села рядом и взяла его телефон, не спросив разрешения. Даня не заметил этого сразу, поглощённый своими мыслями и отдыхом. Соня отклокировала экран и начала проверять сообщения. Каждое новое открытое приложение, каждое новое имя в его списке контактов, каждое незнакомое сообщение вызывало у неё учащённое сердцебиение. Она прокручивала соцсети, искала фотографии и переписки, надеясь найти хотя бы что-то, что подтвердило бы её опасения.

Соня чувствовала себя виноватой, но в то же время не могла остановиться. Её страхи были сильнее её желания доверять. Она думала, что если будет всё знать, она сможет защититься от боли, если вдруг снова столкнется с предательством.

В какой-то момент, когда она прокручивала одну из переписок, Даня открыл глаза и заметил, что Соня сидит с его телефоном в руках. Его лицо сразу же изменилось. Он понял, что произошло.

— Соня, что ты делаешь? — его голос был тихим, но напряжённым. Он уже знал ответ, но ему не хотелось верить в то, что она снова нарушает его личное пространство.

Она не ответила сразу. Она почувствовала, как её сердце сжалось. Он смотрел на неё с таким взглядом, что ей стало не по себе. Но она всё равно не могла бросить это занятие, не могла остановиться.

— Я просто... — начала она, но слова застряли в горле. Она знала, что не может оправдать свои действия. — Я просто хочу быть уверенной, что ты не сделал ничего, что может меня снова ранить, — сказала она, наконец.

Даня долго молчал, пытаясь понять, что происходит. Он не знал, как реагировать. Он не хотел, чтобы она так себя чувствовала, но понимал, что именно он создал эту атмосферу недоверия. Он причинил ей боль, и теперь должен был не только просить прощения, но и доказать, что она может ему доверять.

— Ты не должна так делать, Соня, — сказал он тихо, почти с болью в голосе. — Я понимаю, что ты боишься, но я прошу тебя: перестань. Я изменился. Ты должна мне поверить. Я хочу быть с тобой, я хочу строить нашу семью.

Соня почувствовала, как её сердце снова сжалось. Она знала, что ему тяжело, но ей было трудно поверить, что всё это действительно изменится. Она отложила телефон и посмотрела на него.

— Я не могу просто забыть, Даня. Я пытаюсь тебе поверить, но мне тяжело. Я не могу забыть, как ты меня предал, и мне больно. Я должна быть уверена, что больше этого не повторится.

Даня подошёл ближе, осторожно взял её за руку. Он знал, что её доверие нужно заслужить, и что простить его было нелегко.

— Я буду рядом, Соня. Я буду работать над собой, чтобы ты могла доверять мне. Пожалуйста, прости, что я дал тебе повод сомневаться.

Соня вздохнула и посмотрела в его глаза. Она хотела верить ему. Она действительно хотела, чтобы всё наладилось. Но в её душе всё ещё оставалась рана, и она не знала, как её залечить.

Соня сидела, держа его телефон в руках, и чувствовала, как тяжело ей говорить эти слова, но не могла удержаться. Всё внутри неё бурлило от боли и разочарования. Она хотела верить ему, но у неё не получалось. Недоверие было как тень, следовавшая за ней повсюду.

— Я буду проверять твой телефон и вещи, — сказала она, не отрывая взгляда от его лица. — Это ты виноват, что я так поступаю. Я обязана это делать, Даня, потому что не могу просто забыть, как ты предал меня.

Её голос был тихим, но решительным. Каждое слово было наполнено болью и решимостью. Она почувствовала, как его глаза наполнились сожалением, но внутри неё все ещё было чувство обиды, которое не отпускало. Она не могла позволить себе расслабиться, не могла поверить, что теперь всё будет по-другому. Её душу терзала мысль, что она не может больше доверять ему.

Даня был потрясён её словами, но он знал, что не может оправдаться. Всё, что он мог сделать, это попытаться изменить своё поведение и доказать, что она имеет право на свои сомнения, но он не может позволить себе снова её потерять.

— Я понимаю, что ты меня не простила полностью, — сказал он тихо, опуская взгляд. — И ты права, я сам виноват. Я разрушил твое доверие, и теперь мне нужно сделать всё, чтобы его восстановить. Я не могу требовать, чтобы ты перестала проверять мои вещи, если ты не готова поверить мне.

Соня смотрела на него, её сердце было тяжёлым. Она не хотела чувствовать себя такой. Она не хотела превращаться в ту женщину, которая сомневается и проверяет каждое его действие, каждое сообщение. Но, к сожалению, ей не оставалось другого выбора.

— Ты говорил, что изменился, Даня, — продолжила она, глядя на него с грустью в глазах. — Я хочу в это верить, но мне нужно время. Я не могу позволить себе снова быть обманутой. И пока ты не докажешь мне, что всё будет по-другому, я буду проверять.

Он подошёл ближе и аккуратно взял её за руку.

— Я буду работать над этим. Я сделаю всё, чтобы ты почувствовала себя в безопасности рядом со мной. Пожалуйста, дай мне шанс доказать, что я могу быть тем человеком, которому ты доверяешь.

Соня не сказала ничего. Она просто сидела, сжимая его руку. Она не была уверена, что он сможет изменить свои привычки, но она хотела верить. Хотела, чтобы всё наладилось. И, возможно, это было единственное, что ей оставалось — надеяться.

— Ты можешь проверять, сколько хочешь, — сказал Даня, поднимая её взгляд. — Я буду ждать, пока ты не почувствуешь, что я заслужил твое доверие. Я буду терпеливым, даже если это займет время.

Соня кивнула, чувствуя, как её сердце сжалось от боли. Она знала, что это будет нелегко, и что их отношения не вернутся к прежнему состоянию сразу. Но она не могла поверить, что всё потеряно. Она не могла поверить, что их любовь была обречена.

— Я всё равно буду проверять, Даня, — сказала она, почти шёпотом. — Но если ты действительно изменишься... если ты докажешь мне, что я могу тебе доверять... тогда я смогу прекратить это.

Он тихо вздохнул, чувствуя, как тяжело ему было слышать эти слова, но знал, что они справедливы. Он был виноват, и теперь его задача — доказать ей, что она может снова ему верить.

— Я всё сделаю, чтобы вернуть твоё доверие, Соня. Я буду с тобой, даже если это займет много времени.

Соня молчала, но её сердце наполнилось хоть и небольшой, но искоркой надежды. Она не знала, получится ли всё наладить, но она готова была попробовать.

***

Даня резко открыл глаза, всё ещё находясь в полудрёме. Он почувствовал, как Соня трясёт его за плечо, и услышал её спокойный, но твёрдый голос:

— Даня, мы записаны к психологу.

Он нахмурился, потирая лицо, и устало выдохнул:

— Что? Какому ещё психологу?

— Семейному, — ответила она, сжимая губы.

Даня приподнялся на локте и устало посмотрел на неё:

— Соня, это уже перебор. Я не псих, у меня всё в порядке. Я адекватный. Нам не нужен психолог.

Соня не ответила сразу. Она просто смотрела на него с выражением, которое он не мог расшифровать. В её глазах читались усталость, боль и разочарование.

— Ты адекватный? — наконец-то произнесла она, её голос был опасно ровным. — Если бы ты был адекватным, ты бы не разрушил всё, что у нас было.

Даня вздохнул и провёл рукой по лицу, стараясь сдержать раздражение:

— Соня, давай без этого. Мы уже решили, что будем работать над отношениями. Но зачем психолог? Мы же и так справляемся.

Её губы дрогнули, а затем раздался звонкий звук пощёчины.

Даня замер. Он даже не успел отреагировать, просто смотрел на неё в шоке. Она отвернулась, лёгла на бок, закрыв глаза, и спокойно сказала:

— Разбудишь меня утром, если не сбежишь.

Он молчал. На щеке осталось лёгкое жжение, но дело было не в этом. Впервые за долгое время он почувствовал, насколько сильно её обидел.

Даня тяжело вздохнул, сел на кровати и провёл рукой по волосам. Он злился. На себя, на ситуацию, на неё, на это проклятое чувство вины, которое не давало ему спокойно существовать.

Он посмотрел на неё. Она лежала с закрытыми глазами, но он знал, что она не спит. Её дыхание было слишком ровным, слишком натянутым.

— Ладно, — тихо произнёс он, наконец сдаваясь. — Я пойду.

Соня не ответила.

Даня лёг обратно, обнял её со спины, осторожно поцеловал в плечо и закрыл глаза.

— Но я всё равно считаю, что это глупость, — пробормотал он перед тем, как заснуть.

Соня не ответила, но он почувствовал, как её пальцы слегка сжали его руку.