15 глава - моя жена

Соня стояла молча, слушая родителей. Голос матери был резким, наполненным упрёком, а отец и вовсе смотрел на неё так, будто она совершила преступление.

— Как ты могла вот так просто сказать, что больше не приедешь?! — продолжала мать. — Мы волнуемся, мы переживаем, мы должны знать, чем ты занимаешься!

Отец Данила хмуро смотрел на них обоих, а его мать крутила в руках дорогую сумочку, явно пытаясь сдержаться.

— Это неприемлемо, — добавил отец Софии. — Вы женаты всего пару дней, а уже ведёте себя так, будто нам не нужно знать, что у вас происходит.

Соня ничего не отвечала.

Она знала, что сейчас не имеет смысла что-то говорить. Какие бы слова она ни выбрала, это не изменит их мнения.

Даня тоже молчал, но его пальцы сжались в кулак.

— Мы хотим, чтобы вы... — начала было мать Софии, но Даня вдруг заговорил:

— Достаточно.

Все замолчали.

Он сделал шаг вперёд, встал рядом с Соней и спокойно, но твёрдо сказал:

— Соня — моя жена.

Его голос был ровным, но в нём чувствовалась сила.

— Теперь я отвечаю за неё.

Родители Софии резко вскинули брови, а мать Данила удивлённо приоткрыла рот.

— Даня... — начал было его отец, но тот не дал ему сказать и слова.

— Мы сами решаем, как строить нашу жизнь, — продолжил он. — И если Соня не хочет приезжать к вам каждое утро и обедать по расписанию, она не будет этого делать.

Соня почувствовала, как у неё перехватило дыхание.

Её никто никогда так не защищал.

— Данил... — тихо произнесла её мать, но он не дал ей договорить.

Он просто повернулся к Соне, взял её лицо в руки и вдруг... поцеловал.

Это не был нежный, осторожный поцелуй.

Это был решительный, напористый жест, подтверждающий его слова.

Губы Дани были горячими, твёрдыми, и на мгновение Соня даже забыла, где они находятся.

Поцелуй длился всего несколько секунд, но когда он отстранился, в комнате воцарилась тишина.

Родители смотрели на них в полном шоке.

Соня не знала, что сказать. Она просто чувствовала, как сердце бешено стучит в груди.

А Даня... Даня лишь спокойно посмотрел на всех и сказал:

— Думаю, разговор окончен.

Родители не знали, как реагировать. Мать Софии выглядела потрясённой, её губы дрожали, будто она хотела что-то сказать, но не находила слов. Отец Данила медленно выдохнул, недовольно скрестив руки на груди.

— Ты ведёшь себя вызывающе, Данил, — наконец сказал он, голос его был низким и напряжённым.

— Я веду себя так, как считаю нужным, — ответил Даня, не отводя взгляда. — Мы с Соней теперь семья, и нам решать, как строить свою жизнь.

Соня стояла рядом, чувствуя, как напряжение заполняет комнату. Она не ожидала, что Даня вот так открыто встанет на её сторону, особенно перед их родителями.

— Вы оба просто дети, — вздохнула мать Дани. — Думаете, что можете справиться сами?

— Мы уже справляемся, — спокойно ответил он.

Отец Софии тяжело вздохнул и посмотрел на дочь.

— София, — строго начал он, — ты действительно согласна с этим?

Она подняла взгляд, встретилась с его глазами и на секунду задумалась.

Раньше она всегда делала то, что от неё ожидали. Она была примерной дочерью, аристократкой, достойной своей семьи. Но сейчас... Сейчас она чувствовала, что это её шанс взять свою жизнь в свои руки.

— Да, — твёрдо ответила она.

Мать покачала головой, будто не верила своим ушам.

— Это безответственно, — вмешалась она. — Вы поженились, потому что так было нужно! Это не значит, что вы можете отдаляться от нас!

— Мы не отдаляемся, — Даня говорил чётко, не повышая голоса. — Мы просто хотим нормальной жизни. Без утренних допросов, без контроля, без обязанностей, которые вы навязываете.

Повисла тишина.

Родители обменялись взглядами, явно не зная, что ещё сказать.

— Что ж... — наконец произнёс отец Дани. — Мы вас услышали.

Это прозвучало как временное отступление, а не как окончательное согласие.

— Надеюсь, вы понимаете, что несёте ответственность за свои решения, — добавил отец Софии.

— Более чем, — ответил Даня.

Его мать нахмурилась, но промолчала.

— Ладно, — устало сказала мать Софии. — Мы не будем больше навязываться.

Она звучала обиженно, но Соня знала, что это лучшее, на что они могли рассчитывать.

— Спасибо, — спокойно ответила она.

Родители задержались ещё на несколько минут, после чего, обменявшись напряжёнными взглядами, направились к выходу.

Когда дверь закрылась, в комнате повисла тишина.

Соня медленно выдохнула и перевела взгляд на Даню.

— Ты только что пошёл против всех.

— Знаю.

Он смотрел на неё спокойно, будто этот разговор не выбил его из равновесия.

— Почему? — спросила она.

Даня посмотрел на неё пристально, а затем усмехнулся.

— Потому что это и моя жизнь тоже.

Соня задумчиво посмотрела на него.

Они стояли друг перед другом — такие разные, но в этот момент словно на одной стороне.

— Спасибо, — тихо сказала она.

Даня кивнул и отвернулся, будто не хотел придавать этому значению.

Но Соня знала, что этот вечер изменил всё.

***

Соня крепко спала, когда хлопнула входная дверь. Она даже не сразу осознала, что это не часть её сна, а реальность. Сквозь полудрёму она услышала тяжёлые шаги, шорох ткани, стук ключей о тумбу.

Даня вернулся.

Соня открыла глаза, прислушиваясь. Судя по неуверенной походке и приглушённым вздохам, он был сильно пьян.

Она перевернулась на бок, закрыла глаза и попыталась не обращать на него внимания. Но это было невозможно.

Даня вошёл в спальню, громко вздохнул и начал снимать с себя одежду, не особо заботясь о том, разбудит он её или нет.

— Даня... — сонно пробормотала она.

— А? — его голос был слегка хриплым.

— Ты мог бы хотя бы вести себя тише...

— Мог бы, — он усмехнулся.

Соня вздохнула, отвернулась и снова закрыла глаза.

Но не прошло и минуты, как кровать прогнулась под его весом.

Он лёг рядом, громко вздохнул, потянулся.

— Почему ты вообще так напился? — Соня не открывала глаз, но в голосе её было недовольство.

— А разве не ясно? — усмехнулся он. — Скучал по своей жене.

Соня скептически фыркнула, но ничего не сказала.

Несколько минут в комнате было тихо.

Она уже почти снова уснула, когда почувствовала движение рядом.

Даня вдруг повернулся к ней, а затем осторожно коснулся её плеча.

— Соня...

Она не ответила.

— Соня, — снова позвал он, теперь ближе, его голос был тихий, хриплый.

Она открыла глаза и тут же почувствовала его руку на своём подбородке.

Даня наклонился ближе, а затем...

Его губы мягко коснулись её.

Соня замерла.

Это было настолько неожиданно, что она даже не сразу поняла, что происходит.

Губы Дани были тёплыми, но настойчивыми. Он не давал ей времени на раздумья, не спрашивал разрешения — просто поцеловал, словно это было для него абсолютно естественно.

Её сердце застучало быстрее.

Она должна была его оттолкнуть. Должна была остановить.

Но почему-то не сделала этого.

Даня поцеловал её снова, чуть сильнее, чуть глубже.

Его рука скользнула по её щеке, пальцы чуть дрогнули.

Соня невольно задержала дыхание, но когда он придвинулся ближе, накрыв её своим теплом, она вдруг поняла, что не может двигаться.

Он целовал её медленно, с ленивой уверенностью, словно у них впереди целая вечность.

Соня чувствовала вкус алкоголя на его губах, но сейчас это было неважно.

Она закрыла глаза, едва слышно выдохнула.

И вдруг поняла, что отвечает ему.

Незаметно для самой себя она подалась вперёд, позволяя поцелую углубиться.

Даня чуть усмехнулся в губы, его рука скользнула ниже, обнимая её за талию, прижимая ближе.

Это было странно. Это было неправильно.

Но Соня не могла остановиться.

Она чувствовала, как всё её тело замирает под его прикосновениями, как тепло разливается по венам.

Даня поцеловал её снова, ещё глубже, ещё требовательнее.

И вдруг перевернул её на спину, зависая над ней, не разрывая поцелуя.

Соня тихо задышала, её пальцы вцепились в простыню.

А Даня смотрел на неё, с какой-то хищной уверенностью, с тем выражением, которое она никогда раньше не видела.

— Знаешь... — он провёл пальцем по её щеке, — мне кажется, я начинаю привыкать к этой роли мужа.

Соня не ответила.

Она не могла.

Её сердце колотилось так громко, что, казалось, его было слышно в комнате.

Даня снова коснулся её губ, медленно, с нажимом.

— Ты ведь не против, да? — его голос был тихим, почти шёпотом.

Соня глубоко вдохнула, но промолчала.

А он продолжил целовать её.