Часть 1. Глава 19

Я поежился во сне, и ощутил то, каксильно затекла моя нога. Промычал, пытаясьреанимировать ногу тряс ее, но в итогепришлось подняться и размяться. Глаза так иоставались закрытыми, словно склеенные, но я чувствовал на себе оправу очков. Пришлосьсильно щуриться, чтобы открыть их, но поняв, что хижина потеплела и налилась светом, веки сами собой распахнулись. Я быстро огляделся: несколько свечей стояли на столе и горели равномерным огнем; ткань с окон перешла в одну сторону, открывая вид на улицу.     Наступила ночь, а дождь все еще продолжал идти, но уже спокойнее. Лабрадора не было видно. Однако, с печки на меня смотрели два больших зелено-желтых глаза. Питомец вылизывал длинную шерсть, явно вымокшую под дождем.     Я поднялся и огляделся: никого нет.Персидская красивая кошка привстала, апотом села удобнее, осматривая меня в ответ.На ее серой шерстке оказалось одно лишьрыжее пятнышко — прямо на лбу. Онаспрыгнула с печки и улеглась возле огня,настолько близко, что вот-вот подпалила бысебе усы.    Дверь со скрипом открылась. Первымзашел снова вымокший лабрадор. В пасти ондержал корзинку с рыбками. Мое сердце упало в пятки, когда я услышал шаги на крыльце.     Сел, укрывшись покрывалом, ждал.     В дом зашла фигура, от которой я еще больше напугался. На голове расположились рога, что очерчивали свой силуэт под накрытой тканью. Она спускалась к лицу, закрывая его, проходилась по плечам и полумесяцем-плащом тащилась вслед. Фигура посмотрела на меня. Я задержал дыхание. Но она прошла мимо, забирая у пса корзину с рыбой. Поставив на стол, она сняла плащ, повесила на крючок для одежды — оленьи рога — и принялась снимать свои.     Словно невеста, она откинула фату слица. Длинные каштановые волосы с тяжестью спадали с плеч, а после снова очутились под свитером с высоким горлом. Лабрадор послушно сидел рядом с ней, а кошка, потягиваясь, лежала возле меня, наблюдая за хозяйкой. Ну а я молчал. Я не понимал, что будет дальше. А еще, я не понимал, что мне еще многое предстоит понять.     Девушка обернулась на меня. Тысячислов собрались на языке в одно мгновение.     — Так ты же умерла, — прошептал я.     — Вот и славно, — улыбнулась она.