Поиграть с его пубертатом

Дом был чужой, но привычный — кто-то из Неудачников снова затащил всех на вечер с пиццей, фильмами и хаосом. Где-то наверху кто-то спорил, кто идёт за газировкой, кто-то уже спал, кто-то ушёл. Комната опустела, в ней остались только вы вдвоём — ты и Ричи.

Вы сидели на полу, облокотившись на диван. Телевизор работал вполсилы, на экране что-то бормотал ведущий позднего ток-шоу. Тебе было жарко. Или не от температуры.

Ты чуть наклонилась к Ричи ближе. Он — вроде бы расслаблен, вроде бы как всегда, но… не до конца. В нём чувствовалось напряжение. Он держался.Ты решила проверить. Просто посмотреть. Что будет.

Сначала ты коснулась его волос. Пальцами, медленно, будто невзначай. Они были мягкие и слегка пушились. Он чуть дернулся, но не сказал ничего — только бросил на тебя короткий взгляд сбоку.

Ты продолжила — будто бы просто играешь. Провела пальцами по его руке, по запястью. Там, где вены. Его кожа была тёплая, немного липкая от волнения или лета — ты не знала.

— У тебя руки горячие, — сказала ты шёпотом, не глядя в глаза.

— У тебя… тоже, — пробормотал он, голос чуть срывался. Он улыбался, но ты знала — его сердце сейчас колотится в три раза быстрее.

Ты двинулась дальше, твоя рука скользнула чуть ниже, к его бедру, не пошло — нежно. Ты будто бы гладила через джинсы, никуда не торопясь. Он замер. Дыхание сбилось. Веки чуть дрогнули.

— Ты в порядке? — спросила ты, как будто ничего необычного не происходило.

Он сглотнул. Глаза чуть стеклянные, взгляд прикован к тебе. Потом медленно кивнул, как будто не может говорить, не доверяя собственному голосу.

Ты почувствовала, как напряжение в нём растёт. Пубертат — ты прямо ощущала его наэлектризованное тело. Как будто ты прикоснулась не к коже, а к пламени, которое он прячет под маской. Он ждал, выжидал. Не хотел испортить момент. Не знал — можно ли.

Ты чуть улыбнулась и убрала руку.

— Просто хотела быть ближе, — сказала ты спокойно, будто ничего такого. Но тебе не нужно было ответа. Всё, что ты хотела узнать, ты уже почувствовала.

А он сидел молча, глядя в никуда. Красный до ушей. Внутри у него было землетрясение. Но он был счастлив. Ошарашен, смущён — но счастлив. Ты это знала.

Он не мог заснуть.

Сидел в своей комнате, уставившись в потолок, пока тени от уличных фонарей ползли по стенам. Внутри него всё дрожало. Не от страха. Не от холода. От того, что ты сделала.

Ты не сказала прямо. Не спросила. Не поцеловала. Но всё, что произошло — каждое твоё движение, каждый взгляд, каждая секунда, когда ты дотрагивалась до него — будто прокатилась по его нервам электрическим током.

Ты знала, что делаешь. Он уверен. Ну почти уверен. Но почему ты не пошла дальше? Хотела ли ты чего-то? Или просто играла?

Он почти слышал собственную кровь, как она бешено стучала в висках, когда ты коснулась его бедра. Он сделал над собой нечеловеческое усилие, чтобы остаться спокойным, чтобы не поддаться импульсу, не схватить твою руку, не поцеловать тебя в том же порыве.

Он боялся.

Не тебя. Не того, что он хочет. Он боялся потерять тебя, испугать, сделать что-то неправильно. Потому что ты — это больше, чем просто "девушка". Ты — его точка опоры в этом странном, непонятном мире, в этом теле, которое он сам ещё не до конца понимал.

“Просто хотела быть ближе.”

Эта фраза застряла у него в голове. Она звучала снова и снова, как эхо. Он прокручивал в памяти каждый твой взгляд, как ты гладила его волосы, его руки, его бедро. И как ты посмотрела, как будто действительно хотела быть рядом, а не просто поиграть с его чувствами.

Он сжал подушку. Почувствовал, как его лицо снова заливается краской. От желания. От нежности. От страха. От всего сразу.

Он был подростком. Глупым, наэлектризованным, переполненным гормонами. Но он знал одно — он не хотел никого другого. Даже если с ним тогда ничего и не случилось в ту ночь. Даже если ты просто смотрела, что будет. Он хотел, чтобы это «что будет» случилось именно с тобой. И когда бы ты не захотела — он бы подождал.

Потому что, может, впервые в жизни... ему было не всё равно.