Когда устанешь - приходи на кухню

Прошло всего пару дней после победы. После всех слёз, боли, сжатых рук, клятв, которые звучали почти как молитвы, и бессонных ночей, полных тишины, будто сам воздух в Дерри был в трауре.

Мы сидели у Билла. Все вместе. Разбросаны по полу, на подушках, диване. Кто-то смеялся с чего-то дурацкого, кто-то молчал. Было тихо и... странно мирно.

Но со временем всё как-то рассыпалось — кто-то пошёл на задний двор, Эдди ушёл в туалет, Ричи с кем-то пошёл за водой, и вот я осталась одна с Биллом. Он сидел на полу, опираясь спиной на стену, смотрел в никуда, как будто всё ещё видел те тоннели, тот страх. Его губы были прижаты, плечи напряжены. Я знала это выражение — у него в голове шёл процесс, тяжёлый, рвущий.

Мы молчали. Секунд двадцать. Потом минуту. И даже больше. Мне не нужно было говорить, а он, похоже, не мог.

В какой-то момент он встал. Просто так, без слова. И я почему-то встала вслед за ним, как будто тянуло. Он заметил, остановился. Мы посмотрели друг на друга. Он немного нахмурился — не от злости, скорее от неожиданности. Я видела в его глазах этот немой вопрос: "Ты что-то хочешь сказать?"

Я подошла ближе. Очень медленно. И тихо, без предупреждения, прижала свой лоб к его лбу. Он не шелохнулся. Только на мгновение закрыл глаза. Мой лоб ощущал его тёплое дыхание. Я провела рукой по его волосам — мягко, почти как мама ребёнка, которому тяжело. А потом чуть наклонила голову вбок и обняла его. Плотно, но не навязчиво. Просто — чтобы он почувствовал, что не один.

— Когда устанешь… приходи, — прошептала я. — Приходи, приходи, на кухню. Будем пить горячее молоко.

Он не ответил сразу. Только спустя несколько секунд его руки ответили на объятие — неловко сначала, а потом крепче. Он не заплакал, нет. Но я почувствовала, как с него немного спало напряжение.

— Ты всегда знаешь, что сказать, — тихо сказал он, почти себе под нос.

Поймёт ли он? Да, конечно. Билл был тем, кто чувствует между строк. Он понял, что это был не просто жест. Не флирт. Не жалость. Это было напоминание, что кто-то рядом. Что кто-то будет держать его, даже если он упадёт. Что он — важен. Не только как лидер, не как храбрый мальчик с велосипедом и заиканием, а как человек. Просто Билл.

И, что немаловажно, он понял, что это никак не противоречит твоей любви к Ричи. Потому что любовь бывает разной. И дружба, иногда, самая крепкая её форма.