Заплакала в кинотеатре

Кинотеатр был полупустой, на экране шёл драматичный момент — какой-то тихий, грустный монолог о потере, одиночестве и памяти. Мы с ребятами заняли почти весь один ряд: Стэн с Биллом впереди, Эдди сбоку, а я по случайности оказалась рядом с Ричи.

Мы с ним тогда ещё не встречались, но что-то между нами давно уже ощущалось. Это «что-то» дразнило — как если бы ты знал, что вот-вот пойдёт дождь, хотя небо ещё ясное.

Сцена на экране стала особенно трогательной. Я сидела тихо, но всё внутри вдруг сжалось. Сначала немного — как щекотка в груди. А потом по щеке потекла слеза. Я вытерла её украдкой, надеясь, что никто не заметит. Но, конечно, заметили.

Эдди бросил взгляд, чуть приподняв брови. Стэн на секунду обернулся. Даже Билл слегка обернулся через плечо. Но Ричи... он не стал смотреть в лоб. Он просто наклонился чуть ближе и сказал полушёпотом, с той своей фирменной ухмылкой:

— «Если ты начнёшь вслух рыдать, я сдамся и тоже заплачу. Только у меня это будет некрасиво, с соплями и криком: "Почему ты, Маргарет?! Почему?!".»

Я фыркнула сквозь слёзы. Это было настолько неожиданно, настолько по-ричиевски, что я сначала расплакалась сильнее, а потом — смеялась сквозь слёзы. Настоящий смех, хоть и с носом, полным слёз.

— «Вот и всё, — усмехнулся он, — сломалась девочка. Переплавилась в эмоциональное желе. Нам не выжить.»

Я ткнула его локтём, всё ещё смеясь и вытирая глаза. Он не отстранился. Наоборот — его плечо чуть подалось ближе.

До конца фильма он молчал, но его рука была рядом — лежала на подлокотнике, почти касаясь моей. И я тоже не двигалась. Мы не взялись за руки, но это почти случилось. Почти.

Когда фильм закончился и мы вышли из зала, Эдди буркнул:

— «Ну что, вы двое там чуть не устроили комедийно-драматическую постановку?»

— «Ага, — вставил Билл, — как будто у вас свой отдельный фильм начался.»

Я засмеялась. Ричи только пожал плечами и лукаво взглянул на меня:

— «Мы просто смотрим с чувством. Ты не понимаешь искусства, Каспбрак.»

В тот вечер ничего не изменилось официально. Но с того момента — всё стало другим. Теплее. Ближе. И как будто… понятнее.