Куснула во время поцелуя

Был какой-то ленивый вечер — из тех, когда всё будто замедляется, и даже время, кажется, зевает. Вы с Ричи валялись на диване, завернувшись в плед, на фоне вполсилы гудел телевизор. Он что-то бубнил про актёра, у которого "лицо как у морковки, но зато голос как у бога", и ты смеялась, уткнувшись в его плечо.

— Ну признай, я смешной, — произнёс он с видом абсолютной уверенности, обняв тебя крепче. — Не зря же ты влюблена в этого очаровательного идиота.

Ты скользнула взглядом по его лицу, улыбнулась — и, не говоря ни слова, потянулась к нему, чтобы поцеловать.

Он ответил сразу, с той своей характерной искренностью, как будто каждый поцелуй — это маленький праздник. Всё было мягко, спокойно, нежно… пока в один момент — ауу!

Ричи резко отпрянул, зажмурившись.

— Ай! — прохрипел он. — Ты меня укусила?!

Ты замерла. В ужасе распахнула глаза.

— ЧТО?! Я?! — ты подскочила. — О, БОЖЕ, прости! Я не хотела! Это случайно! Я просто… я не рассчитала! Я думала, ты двигаешься назад, а ты — вперёд! О, чёрт, ты в порядке?! Я…

Он смотрел на тебя широко открытыми глазами, потом театрально приложил палец к губе.

— Да, кровь… кровь… Я умираю, — произнёс он с тяжёлым вздохом. — Мой последний поцелуй был полон боли. Такая трагическая, роковая любовь…

— РИЧИ!! — ты хлопнула его подушкой. — Не пугай меня! Я серьёзно испугалась!

Он тут же заулыбался, взяв твою руку в свою.

— Эй-эй, спокойно, всё нормально. Только чуть прикусила, не откусила же! — подмигнул он. — Хотя признаюсь, есть в этом что-то страстное… Опасное. Почти как у вампиров.

Ты хмыкнула, покраснев.

— Боже, ты неисправим…

— Слушай, — подался он ближе, уже с дразнящей улыбкой. — Если вдруг ты захочешь повторить — просто предупреждай. Я тогда хотя бы надену броню.

Ты фыркнула, сдерживая улыбку, а он, склонившись снова, прошептал:

— И давай теперь — дубль два. Только, пожалуйста, без острых поворотов событий.

Вы снова поцеловались. Осторожно, медленно. И в этот раз — без укусов. Но с чуть более громким смехом сразу после.

С того самого вечера, как ты случайно укусила Ричи за губу, в твоих поцелуях появилось… что-то новое. Не в плохом смысле — просто теперь ты стала чуть осторожнее, чуть сдержаннее. Не потому что не хотела, наоборот — тебе по-прежнему нравилось прикасаться к нему, чувствовать тепло и близость, просто… где-то внутри поселилось лёгкое смущение. Как будто теперь каждый раз, когда ваши губы почти соприкасались, в голове всплывал тот самый момент: его «Ай!», твоя паника, и его театральное «я умираю».

Ричи замечал.

Он не говорил об этом сразу. Просто ловил твой взгляд, когда ты вдруг отклонялась на миллиметр дальше, чем раньше. Или когда ты вместо поцелуя в губы мягко целовала его в щёку, как будто хотела, но решила "на всякий случай" не рисковать. Иногда он нарочно придвигался ближе, а ты чуть отодвигалась — едва заметно, но он всё равно это чувствовал.

И однажды, лёжа рядом с тобой под пледом, он тихо сказал:

— Ты меня боишься?

Ты удивлённо повернулась к нему:

— Что? Нет. Конечно нет.

— Ну, просто… — он взъерошил себе волосы. — Раньше ты меня целовала так, будто это самое естественное на свете. А теперь — будто я стеклянный. Или у тебя под губами ловушка.

Ты закусила губу — и тут же отпустила, осознав, что это снова подчёркивает всё, о чём он говорит.

— Я просто… не знаю, — призналась ты. — Я реально испугалась, что тебе было больно. И теперь, когда тянусь к тебе, всё время думаю: а вдруг опять?

Ричи усмехнулся — не из насмешки, а с такой нежностью, как будто ты только что открылась ему в чём-то очень личном.

— Знаешь, я бы, может, и прикусил губу, чтобы снова получить такой поцелуй, как тогда.

Ты посмотрела на него с недоверием.

— Ты издеваешься.

— Нет. Ну ладно… чуть-чуть, — признал он с лукавой улыбкой. — Но вообще-то, мне всё равно, как ты меня целуешь. Можешь укусить, лизнуть, пнуть — я всё равно захочу снова. Потому что это ты. А не поцелуи меня к тебе тянут, понимаешь?

Ты немного подумала. Потом вздохнула — медленно, с лёгкой улыбкой.

— Прямо философ, мистер Тозиер.

— Знаю. Записывай, пока бесплатно.

Он чуть придвинулся, не настаивая, просто предлагая. Ты поколебалась, а потом всё же потянулась к нему. Осторожно. Легко. Касание, как дыхание. И он ответил тебе мягко, без спешки. И в этот момент ты поняла: неловкость ушла. Осталась только близость.

После этого ты уже не думала, как правильно. Просто была рядом — и этого было достаточно.