Сгорю, но зато вспыхну

Тёплый вечер. Золотой свет скользил по крышам, и воздух казался чуть вязким от летнего зноя. Все уже собрались у старого магазина — кто-то возился с колонкой, кто-то жевал чипсы и болтал ни о чём. Я на минуту отошла на задний двор — туда, где было тише и где меня уже ждал Макс.

Он стоял, опустив голову, будто собирался с мыслями. Потом заговорил тихо, почти шёпотом:

— Не влюбляйся, милая… не люби, пожалуйста.— Макс…— Оттолкни его силой. Или он безжалостно растопчет и выбросит сердце твоё алое. Не влюбляйся, милая… не люби, пожалуйста.

Я на секунду замолчала. Потом ровно, без колебаний, сказала:

— Нет. Я доверяю Ричи. Я бы не стала встречаться, если бы у меня хотя бы капля сомнений была.

Макс прикусил губу. Его глаза стали печальными, почти отчаянными.

— Но ты же сгоришь…

Я выдохнула. Потом чуть улыбнулась, глядя вдаль, как будто уже видела, как это может случиться:

— Сгорю. Может быть, сгорю. Но зато вспыхну.

В этот самый момент я вдруг услышала, как сзади кто-то резко втянул воздух — коротко, будто сдерживал себя.

Я обернулась — Ричи.

Он стоял там, чуть в тени, и, судя по лицу, услышал всё. Лицо его было растерянным, но в глазах — не боль. В них был шок, тепло… и что-то почти ранимое. Он выглядел так, будто не ожидал, что кто-то вообще способен сказать о нём вслух такие слова. Такие настоящие.

Он сделал шаг вперёд, медленно, не сводя с меня взгляда. Даже не смотрел на Макса — как будто всё, что имело значение, было здесь.

— Ты бы… правда вспыхнула за меня? — голос был тихим, хрипловатым, неуверенным.

Я только кивнула.Он вздохнул — не от усталости, а как будто держал внутри целый океан чувств, и вот часть его вырвалась наружу.

— Чёрт… — прошептал он. — Я даже не знаю, чем я это заслужил. Но если ты вспыхнешь — я постараюсь быть тем, кто не даст тебе сгореть. Или сгорю с тобой.

И прежде чем я что-то ответила, он подошёл ближе и обнял меня — на этот раз совсем по-другому. Не игриво, не ради показухи перед друзьями. А крепко, почти отчаянно. Так, как обнимают, когда по-настоящему боятся потерять.

А Макс? Он стоял, молча, и отвёл взгляд. Не потому что проиграл, а потому что понял: ты уже выбрала. И у тебя не было сомнений.