Оба облиты 2.

Вы уже несколько лет как уехали из Дерри. Сменили всё: пейзажи, улицы, даже марки любимых чипсов. Но кое-что — точнее, кто-то — остался таким же. Только теперь ближе, роднее, по-настоящему твоим.

Дом был маленький, но уютный. С мягкими пледами, его нелепыми постерами и твоими вазами с сухоцветами. Вы часто смеялись, что жили как два подростка, которым позволили притворяться взрослыми.

И вот — день как день. На кухне снова что-то шипело. Ты обернулась — Ричи держал в руках упаковку коктейлей в банке, один уже открыл и, конечно же, потряс его перед этим, не думая. Всё вылилось на него, и в следующую секунду — брызги полетели в тебя.

Ты вскрикнула, отскочила, но было поздно. Ткань на тебе моментально прилипла к коже, волосы стали липкими, а Ричи стоял с виновато-виноватой улыбкой, которая не могла быть более его.

— Эй, ну... традиция! — развёл он руками. — У нас всегда так начинается лето.

Ты стояла, вытирая лицо ладонью. Всё было абсурдно, неловко, и...И в один момент это чувство накрыло.

То самое, из детства. Когда он случайно облил тебя газировкой и ты, вся мокрая и злая, чуть не поцеловала его. Тогда не посмела.

Но сейчас — всё иначе. Сейчас ты уже знала, каково это — просыпаться рядом с ним. Знала, как он хмурится во сне. Как по утрам пытается сострить, пока ты не выпьешь кофе. Как пахнут его волосы после душа. Как он прижимается носом к твоей шее, будто это зарядка на весь день.

Ты подошла. Мокрая, с каплями на щеках, с этим странным комком в горле — не от слёз, а от ощущения полноты.Просто взяла его лицо в ладони — мокрое, липкое, родное.

— Знаешь, — прошептала ты, — в тот раз я не поцеловала тебя. Но сейчас... не собираюсь тормозить.

И ты поцеловала его — тепло, глубоко, с лёгким дрожанием внутри, потому что всё это было не просто игрой, не просто шуткой, не просто мокрой рубашкой и смехом.

Ты отстранилась, чуть отдышавшись, прижалась к его лбу:

— Я хочу тебя. Потому что ты такой…Ты выдохнула.— Такой настоящий. Глупый, мокрый, и… мой. Такой до безумия мой.

Он смотрел на тебя пару секунд, не отводя глаз. А потом — вдруг стал серьёзным. По-настоящему.Медленно провёл большим пальцем по твоей щеке, где стекала капля.

— Тогда пойдём. — его голос был хрипловатым, почти шёпотом.

Вы пошли в спальню. Без спешки. Без слов.

Просто — рука в руке.В смехе, в тишине, в липком остатке дня.И с ощущением, что даже спустя все эти годы ты до сих пор умеешь снова влюбляться в него — по-настоящему, как в первый раз.