Глава 13

В воздухе чувствовалась осень. Даже тут, среди таза с водой. Ветер явно холодал, нес что-то особенное, характерное только этому времени года. За спиной послышался крик птицы. Я оглянусь, но застала лишь Эстер с подражателем в руках. Чуть-ли не каждое утро мы играли в игру «угадай настоящая ли птица кричит». Я всегда поддавалась, смотря вначале в небо, а только потом на девочку, выражая удивление, порой нарочито наигранное.

На место кока временно заступила его талантливая ученица, то есть я. О будущих поисках повара капитан говорить не желал, словно тая назревающие планы. Я не торопила. За время возвращения мы мало беседовали и много думали. Даже совместные вечерние трапезы стали какими-то скучными. Только сейчас мы все осознали, что именно Конан мог легко развеять застоявшуюся тишину.

В застлавшем горизонт тумане мерещились диковинные статуи. Мы с Эстер мерились воображением, когда подошел такой же затуманенный капитан.

– Эсти, Хо сказал мне, что ему до смерти уныло.

– Капитан, не хорошо обманывать. Ведь я то знаю, что Хо не умеет говорить.

– Правда не умеет? А ты пойди и проверь сама. Узнай как у него дела.

Девочка забавно сощурила глазки, показывая свое недоверие, но все же отправилась в каюту.

– Кажется, ты не любишь туман, дядя?

– Да, я предпочитаю видеть куда мы плывем, хоть и знаю этот маршрут наизусть. Люблю, так сказать, смотреть в будущее. Во всех смыслах.

– И что ты думаешь на счет будущего Эстерики?

– Есть некоторые мысли. По-моему, она к тебе привязалась.

– И твои мысли...отдать девочку нам с отцом?

– Нет. Конечно, нет. А что на счет тебя, заря?

Я молчала. Мне нечего сказать дяде. В моей голове были только вопросы. Я стала хуже спать, хоть и сны меня больше не донимают. Поутру кружится голова.

– Твою маму я практически не знал. Ее не знал никто, кроме Йордона. – неожиданно проговорил дядя, – Они встречались на тропе, ведущей через весь Дремух от Ванханделла и терялись в чаще. Брат редко рассказывал про свои прогулки. Не желал делится ею даже на словах. Но он все время повторял, что это нечто большое, чем простая юношеская влюбленность. Я не верил. Отец был слишком занят, чтобы разбираться. А Мирне, твоей бабушке, уже было тяжело о чем-либо думать. В ее пустых глазах уже не горела жизнь.

Дядя сглотнул нервный ком.

– Когда над крышами Ванханделла показался дым, мы как раз собирались к отплытию. Мы с отцом ждали Йордона, что б попрощаться. И вдруг люди засуетились, что-то кричали. Заметили дым и побежали в его сторону. Но на дороге показался Йордон, сам на себя не похожий. Он нес тебя на руках и плакал. Он всегда был таким сильным, всегда держал свои эмоции в кулаке. Даже в детстве он не рыдал так, как тогда, оставляя за спиной погибшую на войне любовь. Я хотел забрать у него младенца, но тот не дал. Зашел на борт корабля; сказал, что в Ванханделле его больше ничего не держит. Какое-то время Йордон даже прикасаться к тебе не позволял. Могли лишь любоваться из далека, как на щеночка.

– Дядя, я не понимаю. Почему тогда он так легко отпустил меня с тобой?

– Он боялся, что ты станешь как мама. Уйдешь в лес и погибнешь. Он так думал. Поэтому решил, что лучше уж на корабль под крылом брата.

– И ты знал, что он так поступит?

– Догадывался.

– Дядя, подскажи, как мне быть? Я должна быть там. Должна быть частью Дрёмуха.

– Ты его не исправишь.

– Придется выбирать?

Капитан не ответил. Вернулась Эстер.

– Вы были правы, капитан. Зверек совсем загрустил. Но несколько ломтиков пряного хлеба исправили положение. – девочка спрятала руки за спиной, повторяя манеру дяди.

– Ты умница, Эстер. Пойдем, нам нужно серьезно поговорить с глазу на глаз по поводу дальнейших действий.

Девочка слегка поклонилась и мелкими шажками потопала в сторону капитанской каюты.

– Жди. Оставь дело времени.

Это было последнее наставление от капитана за всю оставшуюся дорогу домой.

Ночью, уже в постели, Эстер докладывала про «серьезный разговор».

– Я думала мы будем все вместе. Мне нравится наша с тобой и капитаном семья.

– Мы будем видеться. Не так часто, но все же будем. Что еще сказал дядя Руфус?

– Спрашивал, как я отношусь к водопадам.

«Люрхем» – подумала я.

– Кажется, там холоднее, чем в Громземье.

– Совсем немного. Зато там очень красиво. Тебе понравится.

– Раз ты так говоришь...

– Ну все, девочки, ложитесь спать. Хватит вам, – заглянул дядя, видимо услышавший наши перешептывания.

– Доброй ночи, капитан!

– Доброй, Эсти. Спокойно ночи, Таури.

Хо уже давно сопел.