Глава 5

Еще немного. Хо на последнем дыхании рвался вперед. На горизонте показались корабли. Я бегала глазами от одного к другому, пока не наткнулась на надпись «Мирна». Успели.

– Еще немного, – шептала я Хо, почесывая ему спинку. Не представляю как он устал тащить меня и сумку. Теперь будет целых два дня отсыпаться, но перед тем плотно поев, конечно же.

Я махала дядюшке рукой, пока тот не заметил, все боясь выронить из рук «счастливый билет». «А вдруг он вот-вот отчалит и все будет потеряно? » – крутилась назойливая мысль.

Но нет! Мы устало взошли на палубу и с облегчением выдохнули. Хо я сразу направила в свою каюту отдыхать, а сама же отправилась на мостик к дядюшке в преддверии чего-то нового и местами пугающего.

– Итак, в чем будет заключаться моя робота?

– Давай поговорим об этом завтра. Ты выглядишь измученно и крепкий сон не помешает, как думаешь?

– Ты прав, дядя. Усталость собьет меня с ног как только я перестану ей сопротивляться.

– Как там Йордон?

– Я удивлена, дядюшка. Он чуть ли не выпихивал меня из дома к тебе.

– Нечему тут удивляться. Он хоть иногда и упрям как старый баран, но понимает, что молодая кровь жаждет жизни, а не фермерского спокойствия.

– Прекрати. Не так это и плохо.

Я медленно моргнула и пошатнулась. Дядя положил мне руку на плечо, а затем снова скрестил их за спиной.

– Добрых снов.

На этом я отправилась отсыпаться. Хо занял собой почти всю каюту, выставив брюшко кверху и тихо посапывая. Кровать тут представляла собой рундук, внутрь которого я сложила часть вещей из сумки. Укутавшись в пушистый плед, закрыла глаза и моментально провалилась в сон.

Спустя какое-то количество часов я вскочила на ноги от грохота. Зверек с сонным видом обнюхивал все вокруг, по неосторожности снося вещи с ящика у двери.

– Ты не на столько голодный, Хо! – я распахнула дверь каюты и выпустила оголодавшее животное наружу.

На корабле кипела жизнь. Я потянулась, стянула волосы в небрежный пучок и с довольной физиономией поплелась искать дядюшку для дальнейших наставлений. По другую сторону корабля Хо дергал кока за белые рукава рубашки, пытаясь протиснутся на кухню. И я была рада, что сейчас он не моя забота.

– Тау, выспалась? – за спиной послышался знакомый голос.

– Почти. Один сорванец разбудил меня не лучшим образом, – я указала на аэрогаста и дядя рассмеялся. – Ну, теперь я точно готова слушать твои указания. К чему мне преступить?

– Таури, пташка, не спеши нагружать себя монотонной работой. И я, собственно, пригласил тебя не для мытья палуб или чего-то там еще. Но если тебя терзает безделье, то можешь помочь Конану – нашему повару.

– Хорошо. – я веселой ходой проследовала к коку. Но перед работой, захватила из каюты банку розового молока, наломала хлеб и подсунула под влажный нос Хо.

Камбуз весьма порадовал меня. Просторное и светлое помещение, вычищенные до блеска столешницы и под линейку сложенная посуда – первым бросилось в глаза. Лишь пол кое-где покрыт пятнами, но это ничего. Кок явно любил место своей работы.

Конан, принесший ящик продуктов, протянул руку и поздоровался. Я в свою очередь представилась и предложила помощь.

«Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам! » – так и читалось в его глазах.

Но все же своей неприязни мужчина не озвучил и поставил на разделку мяса – огромного куска баранины. Это был вызов. Конан из тех людей, кто против девушек на корабле, а потому решил дать мне трудновыполнимую для слабых рук, ну или как минимум трудозатратную роботу. Что ж, я постараюсь сделать все, чтоб выполнить роботу качественно и максимально быстро. Зато сейчас можно как нельзя хорошо рассмотреть кока и понять, что он из себя представляет. Хорошо сложенное тело, загорелая кожа и копна кудрявых волос цвета сена, виднеющееся из-под шапки – это то, как ты себе НЕ представляешь повара на судне. Конан же скорее похож на капитана какого-нибудь корабля, гостившего у дядюшки и случайно забредшего в камбуз. Характер его показался брыкливым, но лишь на первый взгляд.

Отужинали мы жареным мясом с тушеными бобовыми, сухарями и травяным чаем. Позже этим же вечером Конан поблагодарил за помощь и извинился за скептический настрой в мою сторону. Я же предложила ему (само собой в знак примирения) накормить Хо, с чем тот нехотя согласился.

Лежа в каюте, я думала об отце. Что-то грызло меня изнутри и не давало вдохнуть на полные легкие. Скучаю.

«Предложи мне сейчас дядюшка развернуться, я бы отказалась»-посетила меня мысль и внезапно накатившая усталость погрузила тело в крепкий сон.

Через какое-то количество дней дядя Руфус позвал меня в свою каюту. Он стоял за большим столом и с серьезным видом изучал карты.

– Скоро Громземь, Тау. Ты была там еще совсем маленькой, помнишь? – я не помнила. Из детских воспоминаний остались лишь короткие фрагменты, что с каждым годом растворяются все больше и больше.

– Опасное место для честных людей. Земли богатых и избалованных. Они будут кричать: «Я заплачу лишь за высшее качество». Но они ничего не смыслят в своих же словах. Такие себе привередливые дети при деньгах. Но не стоит их недооценивать. В чем они знаются, так это в обмане, хитрости и лукавости. Они любят лишь себя и наполненные деньгами карманы, а соперников своих тайно желают уничтожить. В общем-то не так и тайно, раз там обитает еще один пласт населения – наемные убийцы. И день и ночь там льётся кровь, а враждующие семьи богачей вырезают друг друга толпами. Я не пытаюсь напугать тебя, Тау. Лишь предостеречь.

Я кивнула.

– Есть и добрые люди на этих землях. Они не согласны с распорядком вещей, но противится не могут, ведь те, кто не сумел держать язык за зубами теперь и вовсе не говорят. Одного из таких людей ты поможешь мне разыскать. Тартус – мой давний друг, которому я кое-что должен. – дядя умолк.

– Почему я? Не лучше ли ему говорить с тем, кому доверяешь?

– Да, но оставить корабль без присмотра в Громземье я не решусь. Наученный горьким опытом других. К тому же у меня есть дела, не терпящие промедления, – дядя снова умолк.

– Тартус не доверится незнакомке.

Дядя пошарил по стеллажу с книгами и извлек альбом, а оттуда угольный рисунок искусного художника. На нем узнаются Руфус и какой-то мужчина с тонкой бородкой, маленькими глазами и улыбкой во все зубы.

– Этот рисунок подарил мне сам Тартус в знак нашей дружбы. Так вот, возьмёшь его, мой черный плащ и нож.

– Какой нож? Для чего?

– Я никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится, а брат этого вовсе не переживет. Но Тартус однажды спас мне жизнь, а теперь, кажется, сам нуждается в помощи.

– О чем ты, дядя? Я даже драться не умею. Мухи не обижу.

– Ну ничего, я тоже не умел. А как случай вынудил, так и научился. Правда без шрамов не остался. Показать?

– Откажусь. – ответила я на манер краткого дяди. – Могу ли я узнать в чем собственно дело?

– Это позже. – отрезал он и взглядом прогнал из своей каюты.