40. План «Лёня». Часть 2.

Иван Иванович и ещё двое мужчин такого же возраста, как и он, появились в офисе Ильи перед самым обедом. Илья радушно встретил гостей и проводил их к месту пребывания, то бишь, в квартиру Добрыни. Увидев его кровать Иван Иванович хмыкнул:

– Не кровать, а сексодром. Тут не только двое – четверо поместятся.

– Зато тесно не будет, и вы не будете мешать друг другу. Располагайтесь, отдыхайте, а вечером, в шесть часов, жду вас в моём офисе. Думаю, нам есть что рассказать друг другу...

Илья положил на стол ключи от квартиры и вышел. Уже подъезжая к своему офису, он принял звонок от Добрыни:

– Илья, ... я тут подумал... может нам не в офисе собраться, а в моей квартире? Она больше, и гостей гонять по городу не нужно.

– Надо у Вольги спросить, вдруг он будет возражать. Позвони ему.

– А почему я? – хихикнул Добрыня. У тебя быстрее получится с ним договориться.

– Понимаешь, я...

– Звони давай, и не заморачивайся слишком много! Ты же не по личному вопросу будешь звонить, а по делу. – перебил его Добрыня приказным тоном.

– Ладно... Попробую.

Вольга поддержал идею Добрыни, и Илья обзвонил всех, и предупредил о том, что место встречи изменилось.

В шесть часов вечера в квартире Добрыни собрались семеро мужчин. Добрыня, на правах хозяина, организовал для всех кофе, лёгкие бутерброды, и все расселись поудобнее, приготовившись обсуждать и делиться информацией.

Первым заговорил Вольга:

– Такая ситуация. Мы разыскивали одну старую вещь, которую наглым образом спёрли с пожарища. Хоть её там и бросили, без разрешения властей музейный экспонат, хоть и не нужный, брать запрещено. Так гласит закон. После тщательных поисков мы вышли на одного «товарища», который, собственно, и прихватизировал эту вещицу.

– Что за вещица? – беспардонно перебил Вольгу высокий тощий мужчина. Среди приезжих он выглядел самым старшим и суровым.

– Простите, я не объяснил сразу. Это гусли... старинные полусломанные гусли. Они даже струны не держали. Сколько бы их ни регулировали и ни настраивали, они не играли. Обыкновенная доска, только древняя. Вся ценность в них – это образец для мастеров. А после пожара вообще не понятно, будет ли от них толк. Наш «антиквар» запер их у себя и собрался продать. Мы последили за ним немного и обнаружили, что его фазенда представляет собой почти крепость с собаками, кучей камер и даже током на заборе. От кого и что он прячет остаётся только догадываться. Когда мы копнули глубже, то выяснили, что «дядя» скрывается под чужим именем, а настоящее его ФИО Грибов Пётр Андреевич. И антикварный бизнес для него только прикрытие. Основное – это наркота и торговля сексрабынями и мальчиками. Поэтому мы решили гусли у него просто изъять. Ну, а когда узнали, что он в розыске у соседней братвы, то подумали, что он вам очень будет интересен. И вы получите беглеца, и нам не будет он мешать. Все получат по своему «пирогу». Наша задача выманить его из его логова к вам, а вы его «примите» с распростёртыми объятиями, тем самым развязав нам руки. Поможем друг другу?

Вольга обворожительно улыбнулся и посмотрел на гостей.

– Что требуется от нас? – спросил Иван Иванович.

– Нам бы хотелось, чтобы вы помогли задержать «антиквара», пока мы будем изымать наши гусли. – подал реплику Илья.

– Если он попадёт в наши руки, домой он уже не вернётся. – пробормотал третий гость, до сих пор не проронивший ни единого слова.

– Нас это не касается. Нам нужны только гусли! – спокойно пояснил Вольга. – Мы прекрасно понимаем, что наша просьба попахивает криминалом. Но по-другому с таким хлюстом нельзя поступать. Мерзкий тип.

– Почему вы так решили? – спросил Иван Иванович.

– Нормальный человек не будет пропускать ток по периметру забора, про который не осведомлена даже охрана. – с раздражением сказал Вольга. – Собак ещё можно понять и оправдать, но ток... это по-фашистски как-то...

– Вы основательно подготовились... Мы поможем вам. Но с одним условием: Грибов останется у нас. – сказал высокий тощий человек.

– У нас с ним свои счёты. Пора ему вернуть должок... – сказал тихо третий гость.

– Только есть опасение, что он не пожелает приехать на нашу территорию.

– Я думаю, что мы сможем решить эту проблему. У нас есть, своего рода, секретное оружие.

Гости дружно посмотрели на Добрыню. В их глазах вспыхнул явный интерес.

– Вы уверены, что ваше «секретное оружие» сработает? – спросил Иван Иванович.

– Завтра сами увидите. – вдруг ухмыльнулся Илья.

– Я думаю, что если вы согласны, то нам нужно обговорить взаимодействие между нами.

– Скажите, что такого натворил этот Грибов, что вы столько лет не переставали его искать?

Гости молча переглянулись и самый молчаливый тихо произнёс:

– Я думаю, что вы в праве знать нашу причину... Вань...расскажи... – гость встал и молча вышел на кухню.

Иван Иванович хмуро глубоко вздохнул и вкратце рассказал про причину столь глухой ненависти к «антиквару».

– Пятнадцать лет назад в нашем городе кое-кто из криминала решил провернуть передел сфер влияния. У мелкого бизнеса отбирали сам бизнес, у кого-то – собственность. Против крупного бизнеса начали подмётную войну. Против тех, кто стойко сопротивлялся и не поддавался давлению, применяли радикальные меры. Мы втроём объединили силы и стояли «насмерть», если можно так выразиться. В одиночку из нас никто не справился бы. А вместе мы были уже силой с определённой властью. Ну, и чтобы справиться с нами, нас решили припугнуть. Первым под удар попал Сеня: Его жена, дочь и годовалая внучка сгорели заживо на даче. Пожарные сразу установили причину пожара – поджог. Когда полиция расследовала это дело, она тоже пришла к такому выводу. Один пожарный в приватной беседе рассказал Сене, что дверь дома была подпёрта сразу и вилами, и лопатой, а возгорание произошло со всех четырёх сторон дачи: остались везде следы керосина... Почему керосина, мы так и не поняли. Его ведь нужно было достать в таком количестве. С бензином было бы проще. Мы подняли всех своих знакомых и среди законников, и среди криминала, и выяснили, что организатором был Грибов. И это его личное указание – сжечь семью Сени. Сначала виновным считали зятя, потому что он пропал в тот же день. Но его тело опознали через месяц в морге. Он числился там невостребованным трупом. Его убили за два дня до пожара. А потом Грибов позвонил Сене и посмеялся над его горем. Сеня пригрозил его достать из-под земли. А этот гадёныш заявил: «Сначала найди меня, а потом грози»... Вот мы и поклялись на 40 дней памяти семьи Сени найти этого ублюдка. Если не мы, то наши дети продолжат... Сеня с тех пор один... Кроме нас у него никого нет.

Иван Иванович замолчал, прикусив губу. Даже через столько лет он не мог спокойно говорить об этом происшествии. А что тогда говорить про самого Сеню? Все молчали, впечатлённые повествованием отца Вадима. В этот момент из кухни вышел Сеня с покрасневшими глазами.

– У вас есть фото Грибова?

– Да, конечно!!!

Вольга торопливо достал свой навороченный смартфон, поковырялся в нём и протянул его третьему гостю:

– В этой папке все грибовские фото.

Пока Сеня рассматривал фотографии «антиквара», остальные молчали. Посмотрев, он передал смартфон Ивану Ивановичу. Тот вместе с другим гостем перелистали фотки.

– Ну, что скажете? Это он? – спросил Сеня.

– На первый взгляд – нет. Но он мог сделать и пластику. – озвучил свои мысли высокий гость. – Не хочу разочаровываться... Господи, пусть это будет он!

– Жаль, что нет его обнажённых фото. У настоящего Грибова есть на ляжке родимое красное пятно, похожее на гриб. – Произнёс Сеня.

– Это? – Вольга быстро пролистал галерею, нашёл нужное фото и снова протянул смартфон Сене.

– Оно!!! – сразу же воскликнул Сеня. Его губы затряслись. и он их прикусил, как всем показалось до крови:

– Неужели нашёл? – тихо прошептал он.

Сеня пытался сдержать накатившие на него слезы, но это ему давалось с трудом. Иван Иванович подошёл к другу и обнял его, как мать обнимает расстроенное дитя.

– Поплачь, друг! Ты его нашёл...Мы его нашли и выполним то, что обещали.

К ним подошёл третий и с высоты своего роста обнял обоих, насколько хватило его длинных рук.

– Простите... – одними губами он попросил прощения у всех присутствующих.

Парни молча кивнули, понимая, что чувствовали сейчас взрослые седые мужчины, давшие когда-то клятву мести...

На следующий день гостей ждал сюрприз. В 10 часов утра в дверь позвонили, и Иван Иванович, открыв дверь, застыл на пороге: перед ним стоял Алёша с кипельно-белыми волосами. Они были распущены и струились крупными волнами по плечам, ниспадая почти до самых лопаток. Но по сравнению с предыдущей длиной, сейчас волосы были короче сантиметров на десять, не меньше.

Глаза Алёши наливались глубоким космическим светом. Они были черные, как омут, бездонные и манящие, а из глубины к поверхности порхали черные с золотым отливом «светлячки» и создавали эффект Броуновского движения. Время от времени золотые искринки плавно переходили в серебряный цвет и тут же быстро возвращались к «золоту». Иван Иванович не мог оторвать своего взгляда от Алёшиного, как ни старался. Всего несколько секунд хватило, чтобы полностью попасть под влияние магнетизма Алёши.

– Здравствуйте, Иван Иванович! Не ожидали? Я рад видеть вас! Очень рад!

Алёша сделал шаг в квартиру, и Иван Иванович машинально отступил, пропуская его внутрь. Алёша разделся и прошёл в комнату. Иван Иванович следовал за ним, как на привязи, не отрывая своего взгляда. Со стороны это смотрелось так, будто он ожидал очередную команду, чтобы тут же ринуться исполнять её.

В комнате на диване сидел высокий тощий пожилой мужчина и с удивлением наблюдал за происходящим.

– Доброе утро! Давайте знакомиться. Я – Алёша. Мы с Иваном Ивановичем знакомы.

Алёша протянул руку для рукопожатия.

– Андрей Иванович... – мужчина, привстав, пожал Алёше руку и медленно опустился на диван, пристально глядя в глаза Алёше. Одной секунды хватило, чтобы попасть под очарование молодого красавца.

– Садитесь, Иван Иванович... – Алёша смотрел на «стариков» и улыбался. – Сейчас вы позовёте третьего и будете выполнять мои команды. Вы поняли?

Мужчины одновременно тряхнули головой и снова уставились на Алёшу.

– Зовите!

– Сеня! – Мужчины одновременно позвали третьего.

– Ну, что у вас тут... – из кухни вышел третий мужчина, Сеня, и поперхнулся на полуслове: его взгляд был пойман Алёшей.

– Проходите, садитесь рядом с друзьями. – Алёша сам был удивлён, как легко подчинялись мужчины.

«Наверное, возраст сказывается, поэтому управлять такими людьми легче... Может стоит задуматься о профессии, связанной с гипнозом?» – подумал Алёша. Стоя рядом с сидящими мужчинами, Алёша улавливал их запахи, Смешиваясь друг с другом они сливались в один аромат, приятный для постороннего человека. Эти трое на химическом уровне были частицами одного целого. Вероятно, поэтому они и дружили с самого детства. Сейчас от них веяло осторожностью, удивлением, недоумением и ожиданием. Все три запаха были разными, но они прекрасно сочетались друг с другом. И только один аромат был более мощным и объединял всех троих: аромат мести – в комнате пахло сильно озоном...для Алёши. Другие, по понятным причинам, этого не чувствовали.

– Подождите меня минутку, я открою дверь гостям.

Алёша вернулся в прихожую и впустил четырёх своих друзей. Глеб заходил последним и снимал происходящее на видео.

Как только все вошли и разделись, Вольга обратился к Алёше:

– Ну, как всё произошло? Проблемы были?

– Это оказалось намного легче, чем я себе представлял. Наверное, это из-за возраста.

– Ну тогда давай продолжим?

– Без проблем. – Алёша повернулся к старшим мужчинам, спокойно наблюдающими за происходящим.

Богатыри рассредоточились по комнате, присев, где смогли, и одновременно притихли. И только Глеб с камерой в руках плавно передвигался по комнате, не прекращая съёмку.

– Ну, уважаемое старшее поколение, ответьте мне, пожалуйста, вы меня хорошо слышите и понимаете, что я говорю? – обратился к сидящим на диване «старикам» Алёша.

Все трое дружно кивнули.

– Тогда слушайте внимательно: всё, что сейчас происходит, вы помнить не будете. Только лишь, как я сюда пришёл. Во время разговора, как только вы услышите слово «поцелуй», те, кто на тот момент будет сидеть с краю, целует в щёку того, кто будет сидеть в середке. Вы можете вставать, ходить, заниматься своими делами, всё как обычно, только парней вы видеть не будете, только меня. Поняли? Их здесь для вас не существует. Всё поняли?

Мужчины кивнули. И парни тоже.

– А вы нафига киваете? – хихикнул Алёша.

– Рефлекторно – ответил Глеб. – я тоже дёрнул головой.

Парни тихонько засмеялись, а сидящие на диване гости даже не улыбнулись.

– По моей команде вы выйдете из транса. Внимание, как только я щёлкну пальцами, вы очнётесь...раз...два...

И Алёша звонко щёлкнул указательным и средним пальцами.

Секунды через три мужчины переглянулись. В глазах плескалось удивление.

– Сеня, а ты чего тут расселся? Ты завтрак приготовил? – подал голос Иван Иванович.

– Так вы же оба меня позвали!

– Мыыы??? – дуэтом воскликнули оба друга.

– Пошутили?! Нашли, когда шутки шутит. Нам скоро возвращаться, а мы ещё не обговорили детали.

Сеня фыркнул и недовольно вернулся на кухню готовить завтрак.

– Мы его звали? Я что-то такого не помню.

– Я тоже, Вань...Интересно, кто над кем потешается!

– Странные дела творятся в этой квартире. ­– заходя в комнату с подносом, произнёс Сеня. – Я помню, что только достал из холодильника продукты... Захожу на кухню, а поднос уже заставлен тарелками с бутерами...Я совсем не помню, как я их нарезал... Наверное, волнение в последнее время сказывается.

Сеня бурчал и расставлял тарелки, чашки... В этот момент Добрыня подсунул ему чайник с кипятком со словами «Осторожно, не обожгитесь».

Сеня с удивлением посмотрел на свои руки, державшие непонятно откуда взявшийся чайник, на друзей.

– Я с ним... я и его принёс? ... Чего молчите?

– Да мы как-то не обратили на это внимание.

– Садись! Давай позавтракаем, а потом будем разбираться про летающие чайники и самонарезающиеся бутерброды. – предложил высокий и тощий Андрей Иванович.

Сеня разлил чай по чашкам, и только поставил чайник на стол, как прозвучало слово:

«Поцелуй!»

Иван Иванович и Андрей Иванович обняли с двух сторон Сеню и оставили на каждой щеке смачный поцелуй.

– Мужики! Вы ёб...сь, что ли? – Сеня, мужчина в возрасте, вдруг густо покраснел, как подросток.

И тут они заметили остальных... Им понадобилось время, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя.

– А вы как тут оказались? ­– с удивлением спросил Сеня.

– А мы здесь всё время были...– Вольга виновато посмотрел на гостей. – Простите, мы решили продемонстрировать наше «секретное оружие» в действии.

– Вот я дурак!!! – вдруг воскликнул Иван Иванович. – как я мог упустить этот момент?! Я же прекрасно осведомлён про способности Алёши. Вот это я лоханулся! Ну, видимо правильно, что я решил передать бизнес Вадиму – старею...

– С помощью Алёши и Добрыни мы хотим заставить «антиквара» приехать к вам, якобы на переговоры с нами. А вы уж постарайтесь придержать его подольше, чтобы мы успели выполнить наше задание.

– В моём лексиконе нет такого слова «придержать» ... Есть – «получить свой долг сполна и с процентами»! – тихо, но твёрдо произнёс Сеня.

– Кстати, простите за трюк с чайником. Это я вам сунул его в руки... – Добрыня виновато посмотрел на Сеню.

– Да, ладно! Не важно...

Как ни странно, но все облегчённо вздохнули. И все почувствовали уверенность, что их план «Лёня» увенчается успехом. Ну, не сомневались они теперь. Гости быстренько попили чай, и все мужчины стали детально разрабатывать план: кто встретит «антиквара», куда его поселят, как организовать охрану, как его брать и где его потом разместить, и вообще, что с ним делать... На следующий день гости вернулись к себе домой и занялись подготовкой к операции.

А Илья отправился самолично на свою бывшую работу. Такие вопросы, которые нужно было решить Илье по телефону не обсуждались. Поболтав со знакомым из технического отдела, Илья решился обратиться со своей необычной просьбой:

– Короче, дружище, ...есть у меня одна частная просьба... мне нужен человек, который с электроникой на ты. Мне нужна помощь... И чтобы этот человек не задавал лишних вопросов. Сделал, получил оплату, и растворился...

– Хакер, что ли?

– И что ты такой умный?! Он самый. И лучше, кто-нибудь не из наших и вообще не из нашего города... У вас есть же сведения о таких спецах? Можешь кого-то порекомендовать? Не торопись только, подумай...

– Ну, есть у меня такой человечек. Спец от бога. Но он, как бы это выразиться помягче... капризный. Уговорить его на незаконную деятельность будет очень сложно. Но у каждого есть своя цена...Если я его уговорю помочь тебе, то что я за это буду иметь?

Илья вдруг подумал про Вольгу: «Может, он сможет помочь? Есть же у него болячки, или кто-то в семье, может, болен?»:

– У тебя болит что-нибудь? – поинтересовался Илья.

– Так, по мелочам... серьёзного такого ничего нет... А вот у дочки...

– А что у дочки?

– У неё ножка одна приволакивает. Врачи говорят, что это последствия родовой травмы. Девочка растёт и начинает комплексовать. Врачи сказали, что нужно обратиться к психологу, чтобы характер не портился.

Илья, ничего не говоря, вышел в коридор и позвонил Вольге.

– Слушаю тебя, Илюша – голос Вольги звучал ласково и спокойно.

– Тут такая ситуация. Есть, кажется, спец по электронике. Но его очень сложно уговорить. Тот человек, что может это сделать интересуется, что он за этот будет иметь...

Илья подробно передал разговор с технарём по поводу его дочери.

Вольга помолчал несколько секунд и ответил:

– Знаешь, что, дорогой, а давай-ка мы не будем затягивать это дело. У меня сегодня свободный вечер. Мы можем приехать к нему домой и посмотреть девочку. Может, там не такое уж сложное лечение требуется. Или по крайней мере уточним диагноз – вдруг врачи ошиблись. Врачи тоже люди...

– Хорошо, я чуть позже перезвоню тебе... или СМС-ку скину.

– Лучше перезвони! – Вольга просто лишний раз хотел услышать голос Ильи.

– Ладно, перезвоню...

Вернувшись в кабинет, Илья кратко выложил информацию.

‒ Сегодня вечером, я привезу тебе спеца, которому верю безоговорочно. Он посмотрит твою дочь. Денег он не берёт. Только услуга за услугу. Ничего тебе рассказывать не буду – сам увидишь. И дочь чтобы тоже была. У мужчины только сегодня свободный день. Давай адрес!

Технарь машинально написал на стикере адрес. Илья тут же перезвонил Вольге и уточнил время визита.

– Мы приедем к половине восьмого. Будьте все дома. До встречи.

И, не давая опомниться спецу, вышел из кабинета...

Вечером в половине восьмого Илья и Вольга сидели на скромном, но удобном диване, а перед ними стояла девочка 12-ти лет, с чуть искривлённой фигурой. Это не очень было заметно, но проявлялось при походке. Девочка нервничала, и вместе с ней её родители. Да и как тут не нервничать, если за 10 лет мытарств по врачам проблема так и не была решена. Сколько сил и нервов было потрачено, не говоря уж о финансах. А тут какой-то знахарь, который взялся ниоткуда, собирается за один вечер решить эту проблему.

Вольга посмотрел на девочку, улыбнулся и попросил её пройтись по комнате. Девочка стеснительно прошлась туда-сюда и остановилась напротив Вольги. Он протянул руку, посадил её рядом с собой и, спрятав её ладошку в своих больших и тёплых ладонях, заговорил:

– Верочка, ты боишься, правда?

Девчушка кивнула.

– Боишься боли, или меня?

– Боли...

– Знаешь, иногда выздоровление проходит через боль. В таких случаях надо потерпеть. Зато результат превосходит все ожидания. Сначала я тебя просто посмотрю, а потом мы уже решим, что делать дальше. Ты согласна?

Голос Вольги звучал спокойно и нежно, обволакивая душу девочки, как мягкий кокон. Девчушка посмотрела на Вольгу и согласно кивнула.

Вольга встал, подвинул свободный стул и предложил Илье пересесть на него. Девочку уложили на диван.

‒ Мне необходимо положить ладонь на её сердце. Вы позволите это сделать? ‒ обратился к родителям Вольга.

Девочка была в том возрасте, когда началась формироваться женская фигура, и уже были заметны две маленькие выпуклости, которые со временем превратятся в женские груди, две манящие завлекалочки для подрастающих пацанов.

Мама с папой переглянулись и оба кивнули в знак согласия.

‒ Ну, тогда начнём...

‒ Не волнуйтесь...‒ тихо успокоил родителей Илья. ‒ Это всего лишь диагностика, и она не болезненна.

Вольга тихонько разговаривал с девочкой, задавая ей ничего не значащие вопросы, тем самым отвлекая её от процедуры, а сам, как обычно, осторожно положил ей левую руку под затылок, а правую опустил на область сердца. Рука Вольги была большая и почти полностью покрыла грудную клетку ребёнка.

‒ А теперь мы с тобой помолчим. Я тебя послушаю. Если я тебе задам вопрос, ты можешь смело отвечать, хорошо?

‒ Хорошо...

В комнате наступила полная тишина. Вольга внимательно следил за выражением лица пациентки. В какой-то момент глаза девочки расширились, и Вольга тут же спросил её:

‒ Что-нибудь почувствовала?

‒ Да...

‒ Расскажи...

‒ Тепло.

‒ Где?

‒ На затылке...

‒ А сейчас ты его чувствуешь?

‒ Да...Только на шее...Оно двигается...

‒ Куда двигается?

‒ Вниз...по спине...

‒ По позвоночнику, наверное?

‒ Да...по позвоночнику...

‒ Скажешь, если оно усилится, или наоборот ‒ пропадёт.

‒ Здесь оно горячее. ‒ она указала на область сердца.

‒ Хорошо... Подержим чуть подольше здесь и дальше пойдём.

Через минуту полторы девочка снова подала голос:

‒ Тепло исчезло...

‒ Я понял...Как появится, сразу скажи...

Тепло пропало в области таза, ниже поясницы, но выше копчика. И больше не появилось.

‒ Ну, всё понятно.

Вольга убрал свои руки, попросил девочку лежать и обратился к родителям:

‒ Где мы можем переговорить?

Родители тревожно переглянулись. Если нужно поговорить без свидетелей, то, значит, дело довольно-таки серьёзное.

‒ Пройдёмте на кухню. ‒ предложила мама.

‒ Илья, побудь с малышкой, пока мы будем беседовать.

Уже на кухне, сев за стол, Вольга сразу же взял инициативу в свои руки.

‒ Это не родовая травма. Если бы это была родовая травма, я, вполне вероятно, не смог бы быстро помочь девочке. Но, к счастью, это не так, хотя внешне очень похоже на установленный диагноз... Но у меня есть вопрос: кто из вас ронял ребёнка? И советую не спешить с ответом.

Родители недоумённо переглянулись.

‒ В каком смысле – ронял ребёнка? ‒ спросил отец.

‒ Где-то в год девочку уронили. В результате было травмировано крестцово-подвздошное сочленение. Если есть боль, то она имеет односторонний характер. У таких людей изменяется походка, появляется хромота. За столько лет, боль прошла, она её практически не чувствует, или просто настолько привыкла, что для неё это естественное состояние. Исправить это я могу, но...

Вольга замолчал и посмотрел на родителей.

‒ Говорите, не пугайте нас...

‒ Это будет очень больно. Но быстро. Хватит даже одного сеанса. Если отключать болевые рецепторы, я могу промахнуться с точностью, и тогда может понадобиться не один и не два сеанса. И даже тогда не будет стопроцентной уверенности в положительном результате. ‒ Вольга снова пытливо посмотрел на хмурых родителей.

‒ Из того, что вы сейчас сказали, какое отношение имеет то, кто ронял ребёнка? ‒ нервно задала вопрос мама.

‒ Самое непосредственное. Во время процедуры оба родителя должны будут помогать мне. Их энергетика поможет справиться девочке с болевыми ощущениями. Тот, кто причинил ребёнку травму, не должен принимать участие в процедуре. Иначе толку от лечения не будет... Так кто же из вас... осмелится признаться?

‒ Это было не падение... ‒ тихо произнесла мама.

‒ Одну минуту...‒ остановил её Вольга. Он подошёл к ней и быстро, не спрашивая разрешения, произвёл диагностику самой мамы.

Женщина сидела, как истукан, не шевелясь. И только её глаза выдавали, что она в данную минуту испытывает необычные ощущения. Вольге хватило и одной минуты, чтобы понять и определить состояние мамы девочки.

‒ Галина, и часто у вас бывает депрессия? ‒ спросил он у неё после диагностики.

‒ А...вы... как поняли...

‒ У вас была родовая депрессия, и вы её не лечили. Почему вы так тщательно её скрывали? Боялись, что вас в психушку упекут?

Муж с удивлением повернулся к жене:

‒ Ты страдала и скрывала? Почему? Галь, ты мне не доверяла?

‒ Я...

‒ Ты боялась из своей сестры?

‒ Ты знаешь про Лизу? ‒ женщина с удивлением и явным опасением посмотрела на мужа.

‒ Конечно знаю. И всегда знал. И про деда твоего по материнской линии тоже.

‒ Господа... Вам лучше выяснить отношения без посторонних. Сейчас на кону стоит здоровье вашей дочери. Так что же случилось?

Женщина смахнула набежавшие слёзы и, сделав глубокий вдох, ответила:

‒ Это был единственный случай, когда я в минуту психоза ударила её...я её пнула ногой, не сильно, но она упала...А после я стала замечать, что она часто плакала, когда её брали на руки...

‒ Я понял... Девочка на подсознательном уровне помнит ваш пинок, поэтому она любит только отца... Не вините её за это... Вам ещё придётся долго замаливать свой проступок перед ней. ‒ Вольга глубоко и с сожалением вздохнул. ‒ Так что вы решили? Как будем восстанавливать вашу дочь? Быстро, но со стопроцентной гарантией и через боль, или...

‒ Никаких «или»! ‒ перебил Вольгу Николай, отец девочки. ‒ Только быстро. Что нужно делать?

‒ Ничего, просто держать её за руку и разговаривать с ней.

‒ Идёмте!

Отец встал и направился в комнату к дочери. Следом за ним шёл Вольга и замыкала шествие мать.

Вольга показал Николаю, как держать дочь за руку. Илью он попросил придержать ей ноги, напомнив про сеанс лечения Вадима. Илья сразу всё понял и не стал задавать лишних вопросов.

‒Галя, вам лучше сесть подальше и, пожалуйста, соблюдайте тишину, чтобы вы ни увидели, и ни услышали... просто оставайтесь на месте.... Вы меня поняли? ‒ предупредил маму Вольга и неожиданно добавил: ‒ Потом я и вам помогу...

*****