6. Перерождение. Алексей Леонтьевич Попович. Часть 3.

Алёша прошёл медкомиссию за четыре дня. На пятый день он официально приступил к исполнению своих обязанностей.

Стас по достоинству оценил сноровку и расторопность Алёши. Клиенты быстро сообразили, какой великолепный кадр появился в ресторане, и Алёша был загружен по самые...по самое «нехочу».

Пару раз Стас подвозил Алёшу домой, когда направлялся в дачный комплекс. В одну такую поездку он напомнил Алёше:

– Дядя Максим всё ещё ждёт твоего звонка.

– Ах, да! Я совсем закрутился и забыл... А кто он тебе?

– Дядя...брат мамы. – Стас вдруг подумал с удивлением, что он мог бы этого и не говорить, но язык, похоже, жил своей жизнью.

– Не в курсе, что за работу он мне предлагает?

– Работа модели. Он высоко ценится в своих кругах и его выставки объехали всю Европу и Азию. Осталось покорить обе Америки и Африку. Все модели, которые он открыл, теперь работают во многих зарубежных агентствах. Только у него своеобразный подход. Он сначала вынашивает идею, её воплощение и всё такое, а потом только начинает искать модель. Для своей последней задумки он полгода искал подходящий типаж, пока ты не появился у нас. Так что, если у вас срастётся, то этим ты обязан будешь моему отцу. Советую согласится. Не пожалеешь.

– Стас, а с харасментом мне не грозит столкнуться? Сейчас же сплошь и рядом...

– Не грозит! – резко перебил Алёшу Стас. Дядя Максим слишком принципиальный. Верен своей семье.

– Хорошо, я подумаю. Визитка у меня сохранилась. Тем более мне нужны деньги – хочу квартиру обставить.

Алёша думал недолго и на следующий день они договорились встретиться.

В свободное от работы время Алёша приехал в студию дяди Максима. От увиденного у него чуть глаза на лоб не вылезли: Таких фото он ни в одном журнале не видел. А если и были, то они и десятой доли не отражали того, что увидел Алёша на висячей галерее.

«Неужели и я смогу выглядеть так же шикарно?» – подумал Алёша.

Но додумать ему не позволили. Двое девчушек, видимо ассистентки, подхватили под руки и чуть ли не выволокли на площадку. Он стоял под софитами и слегка щурился от яркого света. А напротив него стоял дядя Максим и двое его подручных из ресторана. Они молча взирали на него и периодически двигались то влево, то вправо, то заставляли его поворачиваться в разны стороны. Что-то сказав ассистентам, дядя Максим вышел из студии.

Алёша остался стоять.

«Ну, и что? Что стоИм? Кого ждём? ...Стульчик бы принесли. А то сегодня ещё успею натоптаться. Ноги не казённые, а мои собственные» – с раздражением подумал Алёша.

И как по мановению волшебной палочки, одна девчонка принесла стул, вторая прикатила столик с мобильной студией визажиста. Они усадили его на стул и запорхали вокруг него. Что они делали с его лицом, Алёша мог только догадываться. Но прикосновения были приятными и от девушки приятно пахло.

Когда закончили его гримировать, на голову нацепили чёрный парик и надели на него белую рубашку с черным бантом. Брючки чёрного цвета на нём были свои – классика же! И всегда в тренде. В зеркало ему не давали смотреться. А было так любопытно, глянуть на свой получившийся образ.

Его опять провели на площадку, поставили стул, усадили на него, покрутили, повертели и крикнули в никуда: «Готово!»

Из-за ширмы вышел дядя Максим с навороченным фотоаппаратом. Второй такой же стоял на штативе посреди студии. Парни подошли к софитам и стали ставить свет по указке дяди Максима.

– А теперь вспомни что-нибудь из своей жизни, что тебя разозлило, расстроило, короче, мне нужны эмоции, когда ты и злишься, и сдерживаешь себя одновременно.

Алёша вспомнил, свои первые дни в армии, командира, пеший финиш, лазарет...Он даже не заметил, как вокруг него носился метеором (и откуда столько прыти у мужика глубоко среднего возраста?) дядя Максим и безостановочно щёлкал кнопкой. И в какой-то момент он резко остановился.

Алёша очнулся от своих воспоминаний и посмотрел на фотографа. Тот быстро пересматривал кадры, потом удовлетворённо хмыкнул и подозвал Алёшу к себе.

Пока Алёша направлялся к нему, тот подключил камеру к проектору, софиты откатили в стороны, приглушили свет и в студии наступила тишина, как перед первыми кадрами фильма.

Ожидание, наверное, самое волнительное чувство человека. Какие только мысли не проносятся в голове, пока ждёшь. Вот и у Алёши мысли носились, как шальной табун по степи.

– Смотри... – односложно сказал дядя Максим и нажал на «пуск».

На экране вспыхнуло первое фото.

Алёша сделал глубокий вдох и у него вдруг задрожали губы.

– Это я? – дрожащим голосом спросил он. – Это действительно я?

На фото Алёша был прекрасен. Игра теней и макияжа делали его лицо и взгляд неземными. И не понять, то ли девушка смотрит тебе прямо в глаза, то ли парнишка.

– Представляешь, что получится, когда фото отредактируют? Ты себе цены не знаешь. ...Это тоже ты...и это ты...и это... Ты модель-андрогин. Тебя можно будет снимать и в женском, и в мужском обличье. Всё зависит от антуража и задумки... Время есть у тебя?

– Есть. Мне к 12 на работу, плюс время на дорогу...

– Тебя отвезут. Иди переоденься за ширмой, там всё уже готово.

А переодеться нужно было...в женское вечернее платье и туфли на каблуках. Только вот с размером туфелек неувязочка вышла – маловаты оказались. И Алёша вышел из-за ширмы в платье и с туфлями в руках.

Дядя Максим мгновенно уловил (что значит Профи!!!) изюминку образа.

– Так и оставайся – босиком! А туфли держи в руках!

И начался марафон под названием «фотосессия».

Алёшу фотографировали во всех видах! И в женском образе, и в мужском. Каждый наряд примерялся к разным парикам. И к рыжему, и к белому, родному цвету, и к чёрному. И в результате, первая в жизни Алёши фотосессия подняла его самооценку на несколько порядков выше: он, наконец-то, признался сам себе, что внешностью его бог не обидел. После окончания сессии дядя Максим пообещал скинуть ему на почту отредактированные фото, как он сказал – для истории.

– Сегодня были пробы. Если ты согласишься – заключим контракт. Я сделаю из тебя такого красавчика, что все без исключения будут стелиться у твоих ног. Сменим имидж. Волосы не стриги. Пусть отрастают. За два года они вырастут ниже плеч. А при соответствующем уходе вырастут ещё быстрее.

– Я согласен! Готовьте контракт. Но ресторан я не брошу. Мне нравится эта работа.

На работу Алёша не опоздал – его, как и обещали, привезли вовремя.

«Если всё, что сейчас со мной происходит, сбудется, то я не только мебелью обставлю квартиру, но и машину в будущем смогу купить. И ни от кого не буду зависеть. А потом и об учёбе подумаю. Сейчас, задача номер один – сколотить «капитал». – думал Алёша, входя в ресторан.

Устраиваясь на работу, Алёша выдвинул единственное требование: один из его выходных должен совпадать с выходными недели. И ни при каких условиях Алёша в этот день работать не будет.

В этот день у него проводилась плановая «охота»! Он зависал в ночных клубах, изменив полностью свою внешность и оттачивая своё «феноменальное» мастерство. Если сначала он использовал случайных партнёрш, то немного осмотревшись, пообвыкнув к обстановке, Алёша намётанным глазом вычленивал из толпы состоятельных и богатых, очень богатых, случайно забредших овечек и целенаправленно вёл их на заклание: поделиться немного своим благосостоянием. Сумму его «жертвы» определяли сами. И сразу было видно, кто жадный, а кто щедрый на дары. Та карта, что была оформлена в армии на его имя Марусей, была сродни запа́сного аэродрома для терпящих бедствие самолётов. Он её ласково называл «моя Кубышка». Судьба улыбнулась ему, и те деньги, которые дарились ему его армейскими партнёршами, были нетронуты и являлись своего рода стартовым капиталом; для чего, Алёша сам ещё не решил. Но они, как магнит, притягивали со всех сторон суммы, не баснословные, конечное, но регулярные.

Когда Алёша сменил контингент своих развлечений, он сменил и тактику получения халявных средств: в ход пошли наличные. Большие суммы он предпочитал получать в подарок, от которых он, как бы, отнекивался, а потом, приняв, отправлял их уже в кубышку. Очень аккуратно и ласково Алёша внушал своим «донорам», что их тайная связь ни к чему не обязывает, за пределы любовного гнезда не выйдет, а посему не стоит опасаться огласки и неприятных последствий.

*****

В один из рабочих дней Алёша впервые увидел Любимую Женщину Стаса. Она пришла в ресторан пообедать, а заодно и пообщаться с ним. Алёша про себя подумал, что хорошо, что все его столики заняты, а то пришлось бы обслуживать эту красавицу. А там было на что посмотреть! Жгучая брюнетка со светлыми карими глазами, высокая, стройная, с насмешливым взглядом, она привлекала все взоры к себе.

«Как они подходят друг к другу! И чего Стас не женится на ней? Уже давно бы киндерёнки по квартире бегали». – подумал Алёша. И ни он, ни Любимая Женщина Стаса, не догадывались, что, благодаря ему, Алёше, она в скором времени приобретёт официальный статус.

Первый Новый год после армии Алёша встречал на работе. Все сотрудники ресторана бегали, как савраски, все взмыленные и без узды. Гости веселились до упаду, а обслуга сновала между столами, едва успевая заменять и подносить блюда.

Стас безвылазно сидел в зале за стойкой бара на своём «поджопнике», как он выражался, и зорко следил за порядком. Даже Владимир Ильич собственной персоной находился в ресторане, правда в своём кабинете. Ему компанию составили жена, дочь, деверь – дядя Максим со своими двумя подопечными. Тесновато было, конечно, но зато не в обиде – вся семья в сборе. Жена дяди Максима была в командировке, Любимая Женщина Стаса – в рейсе, она работала стюардессой.

Слава Богу, гости попались адекватные, веселились от души, но не дебоширили. Для их развлечения Стас пригласил шоумена, и тот добросовестно отрабатывал свои деньги. Порой, Стас ловил его заинтересованный взгляд на Алёшу и про себя усмехался: дохлый номер, парниша! Этот мальчик находится на другом берегу. Стас уже знал, что Алёша ярчайший пример активного бабника. Коллектив ресторана небольшой, шила в мешке не утаишь. Половина женского персонала уже побывали в его постели и остались в полном восторге. И что удивительно, никто не расстраивался по поводу того, что они не задерживались надолго в этом предмете мебели (то есть – в его постели!). В свободные минутки женская половина коллектива с удовольствием обсуждали и делились своими впечатлениями. До Алёши, конечно, доходили слухи, но он совершенно не обращал внимания.

А Алёша ни сном, ни духом не ведал, что он в этот вечер занимает мысли, по крайней мере, двух человек.

Народ стал расползаться по домам в четвёртом часу утра. И в пять часов самые стойкие покинули заведение. Швейцар закрыл дверь, опустил жалюзи на окнах и ресторан де-факто завершил свой рабочий день. 1 и 2 января были официальными выходными. Официанты быстро убрали столы, сняли скатерти, отправив их в стирку, и собрались за одним столиком чисто символически проводить уже ушедший и встретить уже наступивший год. Стас, как только за последним посетителем закрылась дверь, убыл в кабинет к своим родственникам.

Коллектив дружненько опрокинул пару стопочек, закусил и стал отчаливать по домам. Многие были на своём личном транспорте и захватили с собой попутчиков. Алёша, так получилось, был единственным, кому нужно было ехать в другую сторону. Он по-товарищески взял на себя обязанность убрать столик, а потом уже вызвать такси, чтобы поехать домой. В тот момент, когда он убирал стол, «руководящая» компания покинула свой кабинет и веселясь направилась на выход: праздник закончился, происшествий нет, а значит, год закончился удачно, и начался тоже.

– А ты почему не поехал домой? – удивлённо спросил Владимир Ильич, проходя мимо Алёши.

– Я сейчас уберу стол и вызову такси.

– Тогда, не в службу, а в дружбу, в кабинете, пожалуйста, тоже прихвати грязную посуду, а за это получишь ещё один выходной. Или тебе лучше деньгами? – засмеялся Владимир Ильич.

– Мне оба варианта подходят, но выбор за вами. А мой выбор – я бесплатно это сделаю, в качестве новогоднего подарка! – заулыбался Алёша.

– Я тебя понял! С Новым годом, Богатырь! Я рад, что ты в нашем коллективе.

«Руководство» попрощалось и дружной компанией укатило по своим домам.

В ресторане остался Алёша и Стас, не считая охранника, который находился у монитора видеонаблюдения.

– А ты почему не уехал?

– А кто закрывать будет? Пока всё не проверю, я домой не уеду. Это моя обязанность.

Алёша ничего не сказал. Он завершил уборку и направился в кабинет директора. А там было всё убрано! Алёша с недоумением посмотрел на Стаса. Тот довольно улыбался.

– Не обижайся, пожалуйста, мама с сестрой всё убрали. Они считают, что сотрудники не должны за ними прибирать. А папа просто пошутил. Он слегка навеселе.

– Да я не обижаюсь. Мне даже лучше, быстрее домой попаду. Мне ещё такси вызывать. И не факт, что оно приедет быстро. Алёша достал из заднего кармана брюк телефон и стал набирать номер.

Стас молча подошёл, забрал из рук Алёши «аппарат» и аккуратно вернул его в карман, приблизившись на опасно близкое расстояние, и сказал:

– Не надо вызывать такси. Я отвезу тебя.

– Хорошо. Я буду только рад. Если честно, то я слегка подустал.

– Тогда одевайся и пошли. Жду тебя в машине. – Стас накинул на себя куртку, закрыл кабинет и вышел из ресторана, не дожидаясь Алёшу.

Пока Алёша переодевался, в голове его ужом вертелась мысль: неспроста Стас так близко приблизился сейчас к нему.

«Что же ты, Стас, задумал? На вшивость меня проверить хочешь? Это вряд ли!

Выйдя из ресторана, Алёша направился на стоянку. Стас сидел с закрытыми глазами, слегка откинувшись на спинку кресла. Глядя на него, Алёша вдруг подумал: «Вот с ним бы я переспал. Хоть я и люблю девочек». Обойдя машину, он открыл дверь пассажира, плюхнулся на сиденье и весело брякнул:

– Поехали, Володя!

Стас с удивлением посмотрел на Алёшу.

– Что? ... Анекдот такой есть, не слыхал?

– Нет.

– Поехали, по дороге расскажу.

Стас завёл мотор, лихо развернулся и выехал со стоянки. Алёша уселся поудобнее и начал:

– Генералу дали нового водителя. Он сел в машину, увидел нового человека и спросил: «Как фамилия?». Водитель отвечает: «Меня зовут Володя». «Понятно, а фамилия как?» – «Зовите просто – Володя» – «Мне не нужно знать твоё имя, мне нужно знать твою фамилию». – «Просто – Володя», упёрся водитель. Генерал: «Сынок, я всех водителей называю только по фамилии». – «Вам лучше звать меня по имени. Навряд ли вы будете обращаться ко мне по фамилии». – «Я приказываю: Фамилия!» – солдат вздохнул и смущаясь назвал свою фамилию: «Любимый». – «Поехали, Володя!».

Когда до Стаса дошёл смысл последней фразы, он так заливисто смеялся, что следом за ним и Алёша зашёлся весёлым смехом.

– Классный анекдот! ... ха-ха-ха... нет, правда, классный! ...Поехали, Володя! Богатырь! Ты мне поднял настроение!

«С чего бы это у него было неважное настроение? Может, неприятности? Или с Любимой Женщиной поссорился? – подумал мельком Алёша.

Так, весело балагуря, они доехали до Алёшиного дома. Стас зарулил на стоянку, нашлось в этот час свободное место и повернувшись к Алёше, попросил:

– Пригласи меня к себе.

– Зачем?

– Давай отметим Новый год. А то мы с тобой весь вечер другими были заняты. А так, хоть поболтаем по-человечески, не в рабочей обстановке. Да и не особо хочется сегодня быть одному.

– А почему Твоя Любимая Женщина не пришла сегодня?

– Она в рейсе. Прилетит только четвёртого января.

– Ну, ладно, одинокий ковбой (песня такая есть у Пресли), пошли! Расслабимся. Наши половинки сегодня не с нами.

– А у тебя выпить есть?

– Есть немного.

Они вышли из машины. Стас открыл багажник и спросил:

– Ты что предпочитаешь? Коньяк, водку, вино?

– Предпочитаю на «Ш» – сказал Алёша и пояснил: – шпирт, шампанское, шамогон, шипучку, шо нальють!

– Тогда коньяк! – засмеялся Стас и вытащил из коробки бутылку.

Они зашли в квартиру, разделись и Алёша повёл своего гостя на кухню.

– Ты первый, кто посетил мой дом. Я никогда не привожу сюда посторонних. – неожиданно признался Алёша.

– Почему?

– Не доверяю. – Алёша открыл холодильник и стал доставать сыр, ветчину, овощи, лимон.

– Никому?

– Никому! ... Так, у нас есть водка, вино, пиво. Что пить будем?

– Коньяк. Тем более, что ты такой ни разу в жизни не пробовал.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Ты почти прав, но всё же ошибся в одном: я вообще никогда не пил коньяк. Я практически не пью. Если только чуть-чуть в компании, как сегодня.

– А что так? – поинтересовался Стас.

Собирая бутерброды, Алёша ответил не сразу.

– Мне с лихвой хватило родителей...

Алёша наре́зал кружочками лимон, уложил его ромашкой на тарелку и посолил.

– Ты зачем лимон посолил? – удивился Стас.

– Закусишь лимоном коньяк, тогда поймёшь, зачем. – ухмыльнулся Алёша. – Садись, готово.

Они уселись за стол. Стас взял бутылку и разлил коньяк по рюмкам.

– Этот коньяк не продаётся. Нигде. Это спецзаказ. Его делают на кюрдамирском заводе в Азербайджане только для своих. Мне в подарок одноклассник презентовал коробку. Так что сейчас мы с тобой продегустируем. Я раньше уже его пробовал. Мне понравился. Не уступает французскому. И, главное, пьётся легко, и голова не болит.

Они выпили. Алёша закусил лимончиком. Глядя на него и Стас рискнул отведать солёный лимон. Он совсем не ожидал, что это будет так приятно.

– Ты где про лимон и соль узнал? Я даже не предполагал, что это будет настолько необычно.

– Командир части так любил уплетать лимоны. Просто посолит, даст настояться и в течение дня по кружочку уминал практически целый лимон.

Они сидели, выпивали и делились воспоминаниями из своей жизни. В голове начинало слегка «шуметь», они немного расслабились, начали вспоминать смешные истории из своей юности и смеяться над ними.

Стас веселился, но параллельно ему вспомнился один момент из его самой ранней молодости.

Была у Стаса маленькая тайна. Он никогда никому не рассказывал про неё, и никогда не расскажет. Стас любил женщин. Но один раз его, как говорят в народе, чёрт попутал. На первом курсе в его группе учился парнишка. Было в нём что-то такое женственное: невысокого роста, крашенные волосы, мягкий взгляд и очень нежный, приятный голос. Внешне его можно было бы назвать даже красавчиком, если бы не шрам на губе. Любой, кто видел его впервые, сразу же думал про «заячью» губу. Но на самом деле, в седьмом классе на уроке физкультуры во время спринта на 60 метров перед самым финишем он споткнулся и со всего размаха растянулся прямо на финишной черте, заняв первое место. Но платой за него была рассечённая губа: он врезался в осколок стекла. Так и остался шрам на губе. Из-за этого недостатка парнишка стал очень стеснительным. Стасу было жалко его, и он старался всегда его поддержать, а если нужно, то и защищать от насмешек. Стас видел, что парень относится к нему больше, чем как к другу, но не обращал на это внимание. И однажды, когда в общаге на всех этажах гремела гулянка, парнишка в туалете вдруг прижался к нему и молчал, не решаясь поднять на него глаза.

– Ты чего? – мягко спросил Стас, стараясь не обидеть его грубым тоном.

– Ты мне нравишься... я хочу с тобой переспать...Я знаю, что ты натурал, но я ничего не могу с собой поделать. Тебя это ни к чему не обязывает... просто... – и, словно очнувшись, парень оторвался от Стаса и хотел было уйти, но Стас схватил его за руку и резко притянул его к себе. Он приподнял его подбородок, посмотрел в глаза и поцеловал его в губы. Сначала мягко, ласково, а потом крепче. Что на него нашло тогда, Стас до сих пор не знает. Может алкоголь по мозгам саданул, может просто жалость к парнишке проснулась, но он ласково погладил его по голове и прошептал:

– Куда пойдём?

– Ко мне, я один живу в комнате.

– Только я не знаю, что и как... я ни разу... - Стас смущённо замолчал. Ему неловко было говорить на эту тему.

– Не волнуйся, мы попробуем. Я тоже никогда ни с кем близко не был.

Они быстро прошли в комнату паренька, заперлись на все замки и завалились на кровать. Стас был как в угаре. Когда он немного пришёл в себя, они уже были голышом и целовались беспрерывно.

«Будь что будет. Разок можно попробовать. Зато буду знать, что чувствует человек, занимаясь любовью с партнёром своего пола». – подумал Стас.

До самого «конца» они не дошли. Просто не решились, да и знаний в этом вопросе не хватало. Но приласкали друг друга они от души! Особенно парнишка. Он так его ласкал, так ласкал, что Стас запомнил это на всю жизнь. Эти ласки ему очень понравились. Он ни на секунду даже не вспомнил, что где-то там, в компании, осталась его подружка, которая потом не простила ему его «бегства».

Стас с парнишкой договорились не придавать большого значения «происшествию». Ну, помогли друг другу получить удовольствие, сделали приятное. И всё! Они продолжали общаться, как и прежде, ничего в их отношениях не изменилось, только во втором семестре парнишка не появился в университете. В последствии Стас узнал, что он перевёлся в другой «универ» в другом городе. Стас заподозрил, что причиной перевода стал тот единственный случай их близости. И где-то в глубине души он испытывал сожаление, что потерял хорошего друга. Он смог запрятать эту историю глубоко на задворки памяти. И только пару раз Стас вспоминал, как ласкал его парнишка. И в такие минуты ему было интересно, как сложилась его судьба. Но он ничего не делал для того, чтобы узнать хоть что-нибудь.

И сейчас, глядя на Алёшу, Стас думал, что они с тем пареньком очень схожи.

– Стас! Ты куда улетел? – Алёша внимательно смотрел на Стаса.

– Да так, вспомнилось кое-что.

– Расскажешь?

– Прости, не могу, не моя тайна. – Стас кривил душой.

Он прямо посмотрел в глаза Алёше и онемел: они были черные, как омут, бездонные и манящие, а из глубины к поверхности порхали черные с золотым отливом «светлячки» и создавали эффект Броуновского движения. Не глаза, а чёрный авантюрин! Стас смотрел в эту бездну и не мог оторваться. Он забыл, о чём он только что говорил. Голова слегка кружилась от алкоголя, в горле пересохло, и он непроизвольно сделал глотательное движение. 

Чёрный авантюрин:

– Чего ты хочешь? – мягко спросил его Алёша, не отрывая от Стаса взгляда и не мигая.

– Я хочу тебя поцеловать...

– А если я дам тебе себя поцеловать, ты дашь мне тебя трахнуть?

Стас напрягся, пытаясь поймать ускользающую мысль, но не мог её уловить из-за пристального взгляда Алёши.

– Дам. – наконец-то он вымолвил, словно через силу.

Алёша встал со своего места, подошёл к Стасу и, наклоняясь к лицу, вытянул свои губы трубочкой. Стаса как магнитом притянуло к губам Алёши. Поцелуй был недолгим, но нежным. Он притянул Алёшу к себе, усадил на колени верхом и снова погрузился в сладостный поцелуй.

– Пойдём на кровать, прошептал Алёша Стасу в ухо, когда они прервали поцелуй.

Как оказались они на кровати, Стас вспоминал с трудом. Тот небесный поток горячих чувств, что испытывал Стас, уносил его в далёкие необъятные дали. Ему хотелось ощутить всё ещё и ещё раз. Он понимал, что они с Алёшей переступили черту, но он ни на йоту не пожалел об этом. Этот опыт стоил того, чтобы его получить.

Уставшие и удовлетворённые они вырубились, прижавшись друг к другу. А когда проснулись, за окном было уже темно. Телефоны у обоих были разряжены, и это, может, было даже к лучшему: по крайней мере им никто не мешал. Оба были зверски голодны. Стас дёрнулся встать, но непроизвольно ойкнул: его задница болела, словно в неё пнули кованным сапогом.

«Он и вправду меня трахнул!!! Вот тебе и мелочь! Ай да Богатырь! Это же я хотел его... Но это было чертовски приятно! Офигительно приятно, хоть и больно. Чёрт, он оказался прав, когда говорил, что трахнет меня! Точно колдун!» – подумал Стас.

– Тебе очень больно?

– Перетерплю. Я же мужик.

– Помочь?

– Сам справлюсь. Я в душ... Можно?

– Разумеется. Там на зеркале мазь специальная. От геморроя. Но она эффектная.

Стас взял свои вещи и как был голышом, так и отправился в ванную комнату.

Быстро одевшись, Алёша отправился на кухню. Пока Стас приводил себя в порядок, Алёша подогрел запечённую форель с овощами, благо он приготовил её 30 числа, потому что знал, что времени у него до выходных не будет, заварил травяной чай и сел в ожидании Стаса. Тот не заставил себя долго ждать...

– М-м-м, как вкусно! – воскликнул Стас. Ты сам это делал?

Алёша кивнул, не отвечая – его рот был забит рыбой под завязку.

Они уплетали еду, периодически перекидываясь ничего не значащими фразами, попили чай и убрали посуду.

– Стас, я думаю, нам нужно прояснить нашу с тобой ситуацию. – дружески произнёс Алёша, оперевшись о столешницу рабочего стола.

– Я тоже так думаю.

– То, что произошло, произошло по обоюдному желанию и согласию. Мы с тобой удовлетворили наше любопытство, получили ответы на свои вопросы. Это ни к чему не обязывает, просто частичка жизненного опыта. Ты согласен?

– На все сто! – Стас спокойно смотрел на Алёшу.

– Я не хотел бы терять в твоём лице друга. Я хотел бы, чтобы мы остались друзьями без всяких обид. Как ты на это смотришь?

– Только положительно. – Стас протянул Алёше руку, – Будем друзьями!

Алёша пристально посмотрел на Стаса. А Стас снова увидел этот «авантюриновый» взгляд.

– И ещё: женись ты уже, наконец, на своей Любимой Женщине! Она столько лет тебя ждёт и любит! Она замечательная. И рожать ей уже давно пора! Не затягивай со свадьбой! Это приказ друга. – не отрывая взгляда, произнёс Алёша.

– Наверное, ты прав. Пора уже определиться.

– Тем более она так хорошо пахнет!

В глазах Стаса промелькнул явный испуг:

– Только попробуй приблизиться к ней ближе, чем на пять метров. – убью!

– Я пошутил!!! – заливисто засмеялся Алёша. – Вот теперь я точно уверен, что ты женишься, и побыстрее!!!

Они расстались, и Стас уехал домой, чтобы полностью изменить свою жизнь, и уже кардинально изменившийся сам.

Они с Алёшей, действительно, стали друзьями, причём – близкими.