глава-2/Николь Дэвис

  настоящее

Йена открыла дверь в одно мгновение, не дав мне осмотреться. Нужно было быстрее закончить это и свалить домой. Йена выглядела растерянной, а её улыбка была натянутой, ненастоящей — и это было ни к чему. Я не ждала, что меня примут с распростёртыми объятиями, мы ведь не семья.

— Проходи, — сказала Йена, указав на вход.

Я лишь помотала головой. — Откажусь.

Подъезд был старый, потрёпанный и страшноватый, аж дрожь пробирала. Но из её квартиры лилось очень много света — для меня, наверное, даже слишком. Можно было предположить, что у неё дома уютно, но такие места точно не для меня. Времени на чашку кофе или даже чая у меня не было, вернее, я не хотела его выделять. Мне ещё предстояла встреча с Лу'ной, которая позвала меня на разговор.

После неловкого молчания Йена продолжила: — Тогда чего пришла? — в недоумении спросила она. — Хочешь что-то сказать? Давай.

— Я думала, ты не откроешь. Звонила, но ты не ответила, поэтому пришла.

— Звонила? У меня телефон разбился. Не было времени нести в ремонт, да и денег нет. — Она неловко убрала руку, стала более напряжённой.

— А, да, — подхватила я. — Можешь не оправдываться. Я пришла поговорить, разговор недолгий, буквально минута.

Йена лишь ждала, пока я начну.

— В общем, можем теперь отстать от новенькой? Я считаю, мы достаточно отомстили, так ведь? — спросила я и добавила: — Её жизнь и так пошла по швам, думаю, ей и без нас фигово.

Лицо Йены изменилось. Теперь она была напряжена, в её глазах читалась злость, которую я не могла понять.

— Ты вообще помнишь, что она сделала? — со злостью спросила она. — Ей без нас хуже? Что это вообще значит? Что такого у неё могло произойти? Мы же ничего не делали? Опять травля в интернете? Или что? — она потихоньку стихла.

— Ты не видела новости? — спросила я.

Йена была в недоумении, будто и вправду не догадывалась. — И что же у неё случилось?

— Её мама сегодня умерла. Скончалась. Её не успели спасти, — ответила я и продолжила. — Она упала с лестницы по дороге домой.

Зрачки Йены мгновенно расширились. Её глаза метались из стороны в сторону. Она выглядела ещё более растерянной.

— Когда? — её голос стал мягче, и в нём явно звучало сожаление.

— Сегодня вечером. Ты вправду не в курсе? — поинтересовалась я. — Об этом уже все знают. Ты же знаешь, кто её отец. Тем более, полиция начинает расследование.

— Это несчастный случай? — спросила Йена.

Возможно, она надеялась, что я отвечу «да». Но я и сама понятия не имела — детали дела не раскрывают.

— Сейчас это не имеет значения. Просто перестанем её трогать. — Хорошо, — смогла выдавить Йена.

— Теперь мы друг другу не нужны, — ухмыльнулась я. — Ты была исполнительна в своей работе, молодец. Можем наконец расторгнуть наши договорённости и больше никогда не видеться.

Я собиралась уходить, как вдруг Йена сказала: — В смысле не видеться? Какие договорённости? Разве мы не помогали друг другу? — недоумевала она.

— Да, — ответила я. — Ты помогала мне. Ничего больше.

Йена выглядела озадаченной. — Разве мы не сблизились? Хотя бы для того, чтобы видеться? Нас же объединяла не только Анжелика.

— Мы чужие друг другу. Мы никогда не сближались, — ответила я. Что ещё она ожидала услышать? У меня нет друзей. Больше нет. — Забудь мой номер и не звони мне.

Она лишь потерянно смотрела на меня, будто пытаясь найти хоть каплю надежды.

Я развернулась, чтобы уйти, и ощутила, как меня схватили за руку. Естественно, это была она. Я дёрнула руку, прежде чем она успела что-то сказать. Йена сморщилась,похоже от боли, и отвела ладонь в сторону. «Что, она настолько слаба?» — промелькнуло у меня в голове.

Напоследок я успела разглядеть на её руке что-то белое, будто гипс или повязка. Возможно, мне показалось. Да и у меня не было времени думать об этом. Мне было гораздо интереснее узнать, зачем меня хочет видеть Л'уна. А до Йены мне не было никакого дела.

Даже когда я спустилась по лестнице, свет из её двери продолжал бить мне в глаза. Она всё ещё стояла и смотрела вслед.

три дня спустя

День,возможно и начался бы обычно,но,кажется опрос не входил в мои планы-так же,как и звук скорой,и вой полицейской сирены.Я думала,ничто не сможет причинить мне боль после слов Луны три дня назад.И уж точно не Йена.

«Мы начинаем ценить что-то, только когда теряем» — промелькнуло у меня в голове. И я даже не знала, что было хуше: то, что не ценила, или то, что потеряла? Нет. Ситуация оказалась куда страшнее. Я потеряла именно потому, что не ценила.

Эти мысли не давали покоя — так же, как и журналисты, жаждущие заснять все подробности крупным планом. Я пыталась думать о хорошем. Например, о том, как родители Йены поспешно оттолкнули всех стоящих рядом. Скорая не уехала сразу из-за них, и если с ней и вправду что-то случится...

Её родители не плакали. На лице отца не было ни морщин, ни испуга. В тот момент мне так и хотелось ударить его — но это не те светлые мысли, о которых мне стоило думать. Её мать испугалась — только не за дочь, а за сына, которого они, видимо, не смогли оставить дома и взяли с собой.

Скорая помощь с молниеносной скоростью захлопнула двери и умчалась прочь. Журналисты потихоньку расходились — зрелище закончилось. Полиция уехала ещё раньше за недостатком улик. Им придётся ждать, пока Йена придёт в себя — как, впрочем, и мне.

Люди тоже расходились. Им стало скучно — хотя пришли они сюда тоже лишь от нечего делать. А я оставалась неподвижно стоять на том же самом месте — в самом центре

И в моей памяти всё ещё ярко мелькала картина: я шла домой, увидела скорую, затем полицейскую машину — обе мчались в одну сторону. И просто из любопытства решила посмотреть, что же случилось в том заброшенном переулке.

Но увидела перед собой не кого-то, а её. Йена лежала без сознания в луже крови. А на её лице виднелись свежие следы ударов.