Глава 8. Глубина в крови

Алекс

Он бежал. Лес хлестал ветками по лицу, воздух рвался в лёгкие, но всё казалось чужим.Словно мир стал искажённым — влажным, гулким, будто он бежал не по земле, а под водой.

В груди будто пульсировала капля — тяжёлая, чужая. Сердце било тревогу, но в голове звучал голос:"Вернись. Вернись ко мне."

Он упал у подножия старого дерева и закрыл уши руками.Но голос не исчез. Он звучал внутри.Он знал этот голос.Голос Капитана.

— Ты вкусил воду, Алекс. И она оставила тебя не таким, как был.— Уходи…— Макс уже один из нас. И ты — почти.— Я… не такой. Я не хочу быть, как вы!— А выбор… был ли он?

Алекс зажал рот, чтобы не закричать. Лёгкие будто заполнились влагой. Он ощущал, как вены внутри зудят, как кожа хочется стать прозрачной.Он плакал. И с каждым вдохом, плакал водой.

Макс

Он сидел в комнате, голый по пояс.Кожа на груди начинала просвечивать. Видны были не кости и не сердце, а что-то другое — словно в нём бился жидкий узел света. Как фонарик удильщика.Он провёл пальцем по плечу — с него скатилась капля. Солёная.Он уже не нуждался в сне.Ему больше не нужно было тепло.Он отпустил всё, что было человеческим.

"Зачем сопротивляться, если можно просто стать собой?" — думал он.

Он вспомнил, как было там, в глубине. Там не было боли. Не было мыслей. Только тишина, холод и вечность.Но Алекс…Его сердце всё ещё горело. Он не давал Максу уйти полностью.

— Зачем ты пришёл за мной? — прошептал Макс, глядя в зеркало. — Ты мог жить. Мог забыть.

Он тронул своё лицо.Оно уже было другим. Не его. Глаза — белые. Кожа — бледная. Вены — синие, как глубина.

Но в груди что-то дрогнуло.Остаток. Искра. Тот, кем он был до воды.И эта искра… болела.А значит, он всё ещё жив.

Алекс вернулся утром. Бледный. С мокрыми следами на одежде, будто он провёл ночь в болоте.Макс стоял у окна.

— Я… не спал, — сказал он.

— Я тоже, — ответил Алекс.

Они смотрели друг на друга. Один — почти исчезнувший, другой — на грани.

— Макс, — прошептал Алекс, — я не дам тебе утонуть. Даже если сам уйду на дно.

Макс улыбнулся. Настояще. На секунду — по-человечески.А потом закрыл глаза.

— Тогда поторопись. Я… падаю всё глубже.