Исчезновение

Леона толкнула врача, вырвалась из больницы и вскочила в первую попавшуюся маршрутку. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. В голове пульсировала одна мысль: 

«Они уже здесь. Они нашли меня». 

Дома её встретила мать, бледная, с тенью тревоги в глазах. 

— Ты что тут делаешь?! Ты должна быть в больнице, у тебя сотрясение! 

— Всё нормально,  бросила Леона, проскальзывая мимо,  я пойду в свою комнату. 

Мать что-то крикнула ей вслед, но она уже не слушала. 

Комната. Родная, знакомая до боли. Но сейчас она казалась чужой, будто кто-то уже побывал здесь, пока её не было.  Леона рванула к шкафу, вытащила рюкзак.  «Документы. Деньги. Вода. Что-то из еды».  Руки дрожали. Где-то за окном мелькнула тень, слишком большая, слишком неправильная.  «Они близко».  Она схватила медальон, и в тот же миг металл вспыхнул алым огнём, обжигая пальцы.  — А-а-а!  Боль пронзила тело, как ток. Комната поплыла перед глазами, краски смешались в кроваво-чёрный вихрь.  Последнее, что она увидела,  мать, вбегающую в комнату с криком…  А потом тьма.  Холодный песок под щекой. Шум прибоя. Солёный ветер, смешанный с запахом гниющих водорослей.  Леона открыла глаза.  Перед ней простиралось море, но не голубое, а чёрное, как чернила. Над водой клубился туман, а вдалеке виднелись острые скалы, усеянные чем-то белым… Костями.  И тогда она услышала песню.  Мелодия струилась в воздухе, обволакивая разум, как шёлковые путы. Голос нежный, манящий, смертельный звал её.  «Подойди… Окунись в воду… Здесь так спокойно…»  Леона попыталась встать, но тело не слушалось. Песня проникала в кровь, в кости, выжигая волю.  «Нельзя… слушать…»  Но она уже видела их.  Три фигуры на скалах.  Это были сирены.  Не русалки из детских сказок, а чудовища в облике дев.  — Первая  с кожей, как перламутр, но вместо ног — извивающиеся щупальца.  — Вторая  с крыльями коршуна, когтистыми и перепачканными в крови.  — Третья прекрасная, как сама смерть, но когда она повернулась, Леона увидела, что у неё нет глаз, только пустые чёрные впадины.  Их губы шевелились, но звук шёл отовсюду, будто море само пело для неё.    «Ты устала… Останься с нами…»  Леона судорожно вдохнула и впилась ногтями в ладони. Боль на секунду прорезала дурман.    — Нет… прошептала она.  Одна из сирен засмеялась:  — Она сопротивляется.  — Редкость.  — Но ненадолго.  Леона потянулась к медальону, он снова горел, но теперь ледяным холодом.  И тогда…  Тень выросла из воды перед ней.  Высокий, в развевающемся плаще, с лицом, скрытым в глубине капюшона.    — Ты должна была снять его, прошипел он.— Теперь ты принадлежишь этому миру.Сирены взвыли, песня превратилась в визг.  Тень протянул руку.  — Беги. Пока они не разорвали тебя на части.Леона схватила его пальцы.  Мир снова разорвался.  И на этот раз навсегда.  Леона сжала медальон, и мир вздрогнул. Воздух вокруг загустел, заколебался, как вода в стакане. Её глаза потемнели, став глубже самой ночи.«Домой!»  Её голос прозвучал с такой силой, что песня сирен разлетелась, как хрустальный бокал. Тень замер, наблюдая, как Леона медленно отрывается от земли. Без крыльев, без усилий — просто поднялась в воздух, словно гравитация для неё перестала существовать.«Ты... ты прекрасна», — прошептал он, и в его обычно холодном голосе прозвучала неподдельная искренность.Сирены отползали назад, их прекрасные личины исказились страхом. «Она не должна была...» — начала одна, но Леона лишь щёлкнула пальцами. Тёмная волна ударила по ним, отшвырнув в море.Когда всё закончилось, Леона опустилась перед Тенью. Он неожиданно протянул руку, осторожно касаясь её щеки.«Я всегда знал, что в тебе есть нечто большее... Но даже в моих самых смелых мечтах я не представлял тебя такой», — его пальцы скользнули по её шее, вызывая мурашки.Леона почувствовала, как жар разливается по телу. "Хватит болтать", — прошептала она, но не отстранилась

(Конец главы)