Глава 16

            Рик чувствует себя не только выжатым лимоном, но и последним ублюдком, когда рано утром он сталкивается с Кери, что устало дремала возле его двери. Он приближается к ней бесшумно, стараясь делать как можно тише шаги, но она все равно раскрывает глаза и поднимает голову. Смотрит в его сторону, поджимает губы. Рик останавливается, затаивает дыхание.

- Это ты, Уокер? – Она обеспокоена. Обычно она называет его по фамилии, когда очень злится или когда волнуется за него.

- Кери, почему ты не в своей комнате?

- Я ждала тебя. Я не могла просто так отсиживаться, когда ты из-за меня влип. Я попыталась подняться на четвертый этаж, чтобы все объяснить Симоне о случившемся. Ты ведь отказывался что-либо говорить ей, так? – Рик кивает головой, грустно улыбается. Ему хочется подойти к ней и обнять. Она волновалась за него, это не могло не согревать душу, но он стоит на месте, смотрит сквозь нее. Он не имеет права прикасаться к Кери после вчерашней ночи. – Но Псы не пропустили меня. Сказали, что скоро сам спустишься. Я ждала тебя всю ночь. Почему ты был у Симоны так долго? Что она тебе говорила?

Кери поднимается с пола, опираясь двумя руками об стену. Хочет сделать шаг вперед, но останавливается. Рика совсем не слышно. Даже его дыхания. Но сладкий запах духов Симоны говорит, что он все еще стоит здесь. Рядом с ней. Но почему-то долго молчит. Кери начинает нервно играть пальцами.

- Почему ты молчишь? Не хочешь говорить мне?

- Я пообещал быть с тобой честным, Кери. Я не хочу тебе лгать. – Рик громко сглатывает. Сознаваться в предательстве всегда очень тяжело. – Симона хотела перевести меня на четвертый этаж.

- Не говори, что ты пришел попрощаться. – Голос Кери начинает дрожать. Одним рывком она оказывается около Рика. Тянется своей миниатюрной ладонью к его, но Рик запрокидывает руки назад. Отводит взгляд, как провинившейся ребенок.

- Она хотела это сделать, но я все уладил.

- Каким образом?

- Я... - Он не может это сказать. Все его нутро противится. Ведь это признание разрушит их и так пошатанные отношения. У него не было другого выбора. Если бы он не переспал с Симоной, она бы перевела его на четвертый этаж и ни о каком побеге речи бы не шло. Он сильно любит Кери, чтобы оставит ее в Доме Уродов.

Язык не поворачиваться сказать ей правду, но Кери сама все прекрасно понимает.

Рик замечает, как она краснеет и отстраняется от него, сгорбившись. Он чувствует между ними холод. Он крепчает все сильней с каждым шагом Кери, пока она не сталкивается со стеной.

- Я выведу всех, обещаю. Мы не оставим твоим друзей, Кери. – Она прикрывает глаза, запрокидывает голову. – Ты меня слышишь?

- Отлично, - говорит, тяжело вздыхает. – Скажешь после, что нам нужно делать для побега.

- Конечно.

Кери грустно улыбается одним уголком губы. Отстраняется от стены. Уходит. Но совсем не в свою комнату.

- Ты куда?

- Не важно.

Она останавливается напротив двери Бакстера. Стучится. Через минуту Бакстер открывает ей, и она проходит к нему.

Рик чувствует себя последним куском дерьма. Он еще долго смотрит на место, где стояла Кери, пока не звучит дрель для подъема. В это время все постояльцы должны проснуться, сделать всю утреннюю рутину, одеться и по второму звонку спуститься в столовую.

Следует принять душ. Рик встает под быстрые струи горячей воды. Вся грязь вчерашней ночи стирается с тела, но только не из головы. Сейчас, впервые жизни Рик хочет заплакать. Обычно, так и делают люди, когда теряют для себя близких и любимых, особенно, когда они в этом виноваты. Рик корчится от боли внутри, словно какой-то монстр поселяется в его душе и безжалостно грызет его, но он не может заплакать. Он никогда этого не делал, даже когда его родители резко пропали из его жизни. Говорят, что мальчики не должны плакать. Но и знаете ли вы, как это трудно и мучительно переносить боль без слез на глазах?

Рик разбит. Повержен. Уничтожен. От мысли, что он предал Кери, как Гордон-ублюдок, становится гадко. Он – не Гордон, но почему-то поступил с ней, как и он.

Неожиданно кто-то стучит в дверь. Но Рик не собирается открывать. Он не хочет никого видеть.

Постояв еще немного под душем, Рик отключает воду, сушится неохотно, слепо кидает полотенце в корзину для грязных вещей, одевается и выходит из ванной комнаты. Он только переступает порог, как вновь кто-то стучится. Кто это может быть? Рик не спешит открывать незваному гостю, но он, видно, очень хочет быть принятым. Рик сдается. Этот гость слишком упертый.

Он недовольно открывает дверь и видит на пороге Стрикена. Он готов был увидеть кого угодно, но только не этого мальчика. Зачем он вообще пришел? Но Рик, что странно, рад видеть его. Стрикен спустился к нему, как ангел, к грешнику для раскаяния.

- Проходи, - хрипло говорит Рик и раскрывает дверь пошире. Стрикен заходит немного смущенно и зажато, запрыгивает на кровать и устраивает руки на коленках.

- Если хочешь, ты можешь высказаться мне, что копится на душе, - изрекает он, немного испуганно. – Твое душевное состояние причиняет мне боль. В районе груди. – Он указывает пальцем на сердце.

- Я совершил по отношению к любимому человеку гнусный поступок, - признается Рик. Это так странно, разговаривать с маленьким мальчиком и ждать успокоения. Ждать теплых добрых умных снов, ждать совета.

- А этот поступок совершен ради нее?

- Да.

- Тогда Кери поймет твою ситуацию и простит тебя, - улыбается он и обнимает Рика.