🍫🍫🍫

1962 год

Сигнус и Друэлла Блэки были очень сильно взволнованы по поводу того, что их старшей дочери, Беллатрикс, уже скоро исполнится одиннадцать лет, а её магические способности так и не проявились. Вообще совсем никак. В то время, как девятилетняя Андромеда и семилетняя Нарцисса уже вовсю колдовали, даже не смотря на то, что им не стоило бы этого делать – опасно всё же пользоваться магией до обучения в Хогвартсе. Но лучше это, чем... Да, кажется их старшая дочь была сквибом. Как родители не старались создать какую-то стрессовую ситуацию для Беллатрикс, в которой её магические способности проявились бы – всё без толку.

У Блэков жестокие обычаи – как только Беллатрикс исполнилось 11 лет, они взяли и выставили девочку из дома. Если она сквиб, волноваться о ней незачем. Девочка понятия не имела, что ей теперь делать. Она вспомнила, что у неё должен быть двоюродный дедушка Мариус, который тоже был сквибом. Может, она бы могла его разыскать – если он, конечно, ещё жив, может, он бы её приютил. Но она понятия не имела, как это сделать.

Беллатрикс в растерянности шла по городу, абсолютно не понимая, что ей делать. Уже темнело и начинался дождь, где она могла хотя бы переночевать? К девочке подошёл какой-то мужчина и спросил, не заблудилась ли она, не требуется ли её помощь и где её родители. Она ответила правду – что родители выгнали её из дома. Мужчина не стал вдаваться в подробности, не стал спрашивать причину произошедшего, а отвёл девочку в детский приют.

Это было старое здание с высокими потолками и плесенью на стенах. Внутри было холоднее, чем на улице. Какая-то полноватая тётенька их встретила, мужчина сказал ей пару слов и удалился.

— Как же тебя зовут? — спросила тётенька.

— Беллатрикс.

— Какое необычное имя! — воскликнула тётенька, — Так обычно называют своих детей какие-нибудь аристократы.

Беллатрикс вздохнула.

— А фамилия твоя как? — продолжала тётенька.

— Блэк.

Фамилия тётеньку явно не удивила, она вполне обычная и более-менее распространённая.

— Роджер сказал, тебя выгнали из дома, как так вышло?

Ну не могла же она сказать тётеньке настоящую причину этого! Так что сделала такое странное выражение лица, будто бы ей очень-очень не хочется об этом говорить.

— Ну ладно, — сказала тётенька, — Меня зовут Мария, я тут помощница. Завтра ты познакомишься с директрисой, а сейчас я провожу тебя в спальню.

Беллатрикс была рада тому, что её сейчас отведут в спальню, но когда она увидела эту спальню, радость мигом улетучилась. В большой комнате с тремя трухлявыми окнами стояло множество, наверно, штук двадцать, кроватей и все, за исключением двух, были заняты уже спящими девочками, которых едва было видно при свете свечи, которую держала в руке Мария. Дома у Беллатрикс была своя спальня, точнее, две своих спальни, а еще гостиная и гардеробная. Тут "гардероб" заключался в маленьких тумбочках у каждой кровати. Впрочем, у неё и вещей-то не было. Мария выдала девочке какую-то явно прежде использованную, хоть и выстиранную, сорочку в мелкий розовый цветочек.

В приюте было плохо всё, кроме доброй тётеньки Марии. Директриса была злой и наказывала девочек за каждую малейшую провинность. Наказания могли заключаться в мытье пола или посуды. Беллатрикс думала о том, что она теперь как домашний эльф. Ужасно. Школьная учительница была такой же злой, как и директриса. А еда была отвратной – часто девочки понятия не имели, из чего состоит странная мешанина находящаяся в их тарелках. Девочки же тоже были противными – все над всеми подшучивали, издевались, ябедничали, подставляли... Беллатрикс не была такой, как они, она не понимала, зачем ей издеваться над этими магглами – она же и сама почти маггл. Вот если бы Беллатрикс была нормальной волшебницей – то издевалась бы над магглами, да! Тем временем магглы издевались друг над другом по каким-то странным пустяковым причинам. Они очень чудные создания.

1964 год

Одним январским днём, когда за окном валил комьями пушистый снег и светило солнце, в приют зашла уже немолодая супружеская пара. Это не было редкостью, но и регулярно случающимся событием тоже не было. Все девочки жили надеждой, что приходившие люди их заберут. Беллатрикс не питала надежд – она поняла, что, как правило, удочеряют младших девочек, лет до семи максимум. У неё, тринадцатилетней, уже не было никаких шансов.

Все девочки по команде директрисы выстроились в коридоре, а пришельцы принялись их рассматривать. Женщина бросила какой-то особенный взгляд на Беллатрикс. Нет, это ей так показалось, такого не может быть. Директриса отправила девочек назад в комнаты, а сама вместе с теми двумя отправилась в свой кабинет. Через какое-то время Мария заглянула в комнату и попросила Беллатрикс проследовать за ней.

Всё же, тот взгляд был не спроста – супружеская пара действительно решила удочерить именно её! Их звали Джорджина и Джордж Рид. Надо же, у них имена чуть ли не одинаковые, забавно. Риды хотели себе ребёнка, но не маленького, а уже относительно взрослую умницу-дочку.

Они уехали в США вместе с Беллатрикс. Риды жили в небольшом городе и владели небольшой сетью булочных, от чего имели неплохой доход. Богатыми, сродни родным родителям Беллатрикс, их было назвать нельзя, но они определенно не бедствовали. Булочки у них были очень вкусными.

Беллатрикс пошла в школу. Американская школа была совсем не похожа на ту в приюте, тут всё было так странно, по-другому. Множество подростков, не только девочки, а и мальчики. У них были какие-то банды, члены которых получали удовольствие от издевательств над чем-то им неугодными ребятами, более слабыми ребятами, которые не могли за себя постоять. Беллатрикс тоже неоднократно оказывалась их жертвой – её чуть ли не все в школе считали какой-то странной. А ведь Андромеда уже на первом курсе в Хогвартсе должна быть...

Единственным, с кем у Беллатрикс получилось найти общий язык, являлся одноклассник по имени Крис Бакет, худой русоволосый мальчик с карими глазами.

1969 год

Сеть булочных Ридов разорилась и закрылась, а мистер Рид как раз недавно взял машину в кредит, который теперь было абсолютно нечем выплачивать – всё своё состояние он потратил на попытки удержать булочные на плаву, которые успехом не обвенчались. Ридам пришлось отдать банку свой дом, чтобы откупиться, и так они остались без крыши над головой.

Тем временем Беллатрикс только закончила школу, а её отношения с Крисом из дружественных уже давно перетекли в романтические. Семья Бакетов была очень бедной – мать никогда и не работала, а отец раньше работал на шоколадной фабрике, но был уволен оттуда несколько лет назад. Не за какой-то проступок, просто весьма неординарный директор фабрики по имени Вилли Вонка в какой-то момент уволил абсолютно всех сотрудников, однако, фабрика не закрылась, а продолжала выпускать свой вкуснейший шоколад и прочие кондитерские изделия, кажется, разве что в ещё большем масштабе.

Так что Крис ещё во время учёбы начал подрабатывать на фабрике зубной пасты, а по окончании школы вышел на полный день. Это, конечно, его не озолотило, но денег на жизнь кое-как хватало.

Как только Бакет узнал о плачевной ситуации Ридов, он тут же предложил переехать к ним, ведь у них был пусть и ветхий и старый, но всё же дом. Так и произошло, а вскоре Беллатрикс родила их с Крисом сына, которого назвали Чарли.

1980 год

Чарли уже почти одиннадцать лет. Беллатрикс до недавнего времени продолжала надеяться, что её сын окажется волшебником, но этого всё же не произошло. Не удивительно, магические способности, как правило, передаются в случае со сквибами через несколько поколений, а не всего лишь одно. Но в этом особенном для волшебного мира возрасте Чарли ждали другие волшебные приключения.

Крис, конечно же, об этой тайной мечте жены понятия не имел – она не могла рассказать ему о том, что походит из семьи волшебников, так как в этом не было необходимости, а в таком случае это нарушало Статут о Секретности. Да и наверняка Крис счёл бы её сумасшедшей, расскажи она ему такое, ведь доказать существование магического мира никак не смогла бы. А вот если Чарли оказался бы волшебником – всё было бы иначе. Но он им не был.

В семье произошло несчастье – нет, никто не умер – дело заключалось в том, что мистер Бакет был уволен со своей фабрики зубной пасты, так как производство было автоматизировано – простыми словами, мистер Бакет был заменён роботом. Теперь у них было совсем туго с финансами.

Однажды мистер Вонка положил в пять плиток шоколада по одному золотому билету и объявил, что те дети, которым выпадет шанс найти билеты, получат возможность попасть на фабрику. После экскурсии каждый из них получит пожизненное обеспечение шоколадом, а один будет награждён неким особенным призом.

В мире начался ажиотаж – кажется, все люди мира выдвинулись на поиск этих счастливых билетиков. Все кроме Чарли, ведь у его семьи не было денег на шоколад.

Но вскоре наступил его одиннадцатый день рождения, в который мальчик получил шоколадку. Какая-то вероятность того, что внутри мог оказаться золотой билет, конечно, имелась, но была жутчайше мала. Нет, там ничего не было. Мистер Джо Бакет, отец Криса, дал Чарли десятицентовую монету, как раз столько стоила шоколадка, и пока все удивлялись такой щедрости, Чарли побежал в кондитерский магазин.

Он вернулся примерно через час. И зажимал в руке золотой билет. Джо опять всех удивил – встал с кровати и принялся выплясывать по комнате! Чарли рассказал, что люди предлагали выкупить у него билет за круглую сумму, и он подумал, что так будет лучше –  семья сможет прожить долгое время на эти деньги. Дедушка Джо ужасно расстроился, услышав такое предложение, и общими семейными усилиями было решено, что Чарли всё же пойдёт на фабрику, причём именно с дедушкой Джо, ведь тот знал Вилли Вонку.

И Чарли оказался именно тем ребёнком, что выиграл таинственный главный приз – Вонка предложил мальчику стать его наследником, то есть получить шоколадную фабрику. Вот только условием было покинуть семью, потому Чарли и отказался. После того, как сын рассказал о всех тех чудесах, увиденных им на фабрике, Беллатрикс стала уверена в том, что Вилли Вонка является волшебником.

А тем временем дела у семьи пошли куда лучше – мистер Бакет вернулся работать на фабрике, только теперь он стал мастером по ремонту машин, и получал зарплату выше, нежели прежде, в те времена, когда работал закручивателем крышечек на тюбиках зубной пасты.

Вскоре этот странный человек, Вилли Вонка, снова оказался в доме у Бакетов. Он изменил своё решение – Чарли будет его наследником, а все Бакеты переедут на шоколадную фарбрику.

<center>***</center>

Внутри фабрика была чем-то просто фантастическим. По ней можно было гулять часами, рассматривая все эти диковинные места и штуковины. И даже за несколько месяцев всё не обойти.

Однажды в окно их дома, располагающегося внутри шоколадной фабрики, залетело какое-то чудное синенькое существо с маленькими стрекозиными крылышками и большими широко открытыми чёрными глазами. Существо противно пищало, так что Беллатрикс стала пытаться его поймать с целью выдворения из дома.— Что ты делаешь, мам? — спросил Чарли.

— Пытаюсь поймать этого пищащего вредителя.

— Где?

Как выяснилось, никто кроме Беллатрикс не мог ни видеть, ни слышать это существо. Что ж, повезло им, ибо пищало оно действительно противно. Когда подвернулась возможность, девушка спросила у Вонки о синем пискуне.

— Это Корнуэльская пикси, — сказал Вонка. — Если честно, даже не знаю, откуда у меня тут парочка таких завелась. Только вот их могут видеть только волшебники... Ты, Беллатрикс, что ли?..

— Не волшебница я, но рождена в семье волшебников, — ответила она.

— Ах, вот как. А из какой же ты семьи?

— Блэки.

— Вот как. Блэки из тех, кто очень трепетно относится к чистоте своей крови...

— Потому они выгнали меня из дома в возрасте одиннадцати лет.

— Твои родители – Друэлла и Сигнус Блэки?

— Верно, но откуда...

— Мне много всего известно. Кстати, твоя двоюродная бабушка* была моей ближайшей соратницей.

— Близжайшей соратницей? — Беллатрикс сильно удивилась.

— Да, ведь я – Геллерт Гриндельвальд, — с этими словами облик Вилли Вонки начал преображаться и через несколько секунд перед Беллатрикс стоял теперь самый что ни на есть настоящий Гриндельвальд, такой, какого она когда-то давно, в детстве, кажется, видела на фотографиях. Только куда старше.

— Но как вы... здесь...

— Думаешь, мне было сложно сбежать из Нурменгарда? Мне, сильнейшему волшебнику? А этот глупец Дамблдор и в ус не дует, думает, я всё ещё там, а я лишь использовал простейшее заклинание, — Гриндельвальд рассмеялся.

— Но почему вы... Открыли кондитерскую фабрику?

— Хороший вопрос. Видишь ли, первая моя попытка захватить мир закончилась полнейшим крахом. И я решил попробовать сделать это абсолютно другим методом – шоколадом. Как видишь, у меня получилось.