Глава 21. Условия любви

От лица Селесты

Я спустилась к завтраку не как жена.Как женщина, которой слишком сильно больно, чтобы делать вид, что всё в порядке.Я была спокойна — снаружи.Внутри — как стекло, треснувшее от напряжения, но ещё не расколовшееся.

На кухне пахло кофе, хлебом и апельсиновым соком.Доминик уже сидел за столом.Взъерошенные волосы.Серая рубашка.Тот самый взгляд — сосредоточенный, но при этом ищущий меня.

Я села напротив.В молчании налила себе кофе.Сделала глоток.А потом — поставила чашку и заговорила:

— У меня есть условия.

Он замер.Сразу.Словно всё внутри него стало в ожидании.

— Если ты хочешь, чтобы мы продолжили, — сказала я ровно, не пряча взгляд, — я хочу, чтобы ты удалил её не только из телефона.А из своей жизни.

Он чуть приподнялся на стуле.Я подняла ладонь, остановив его.

— Это не обсуждается.Никаких «но».Никаких «мы давно не общаемся».Никаких «она просто написала».Ты — мой муж.А я не собираюсь делить тебя с привидениями.

Доминик молчал.

— Я хочу, чтобы она исчезла.Навсегда.Без имени.Без номера.Без доступа к тебе.Чтобы в случае, если она вдруг решит позвонить снова — высветилось просто: неизвестный абонент.

Я сделала паузу.Сердце било сильно, но голос не дрожал.

— Если подобное повторится хотя бы один раз...Я останусь.Но не как жена.Я стану долгом.Холодной.Отстранённой.Сплю с тобой в одной кровати? Нет.Обнимаю тебя? Нет.Разговариваю — только по делу.Это моё условие.Мой предел.

Доминик смотрел на меня.Тяжело.Глубоко.И не отводил глаз.

Потом он встал.Медленно подошёл ко мне.Достал телефон.Разблокировал.Нашёл контакт.И удалил.Прямо при мне.

— Готово, — сказал он. — Её больше нет.Ни в телефоне.Ни в моей жизни.Нигде.

Я смотрела на него.Не верила словам — верила поступку.

— Хорошо, — сказала я. — Теперь знай: это был единственный шанс.

Он наклонился.Хотел поцеловать.Я отстранилась.

— Нет.Не сразу.Ты должен заслужить снова...не тело.А меня.

И я встала.Оставила кофе.И ушла в сад — на свежий воздух, чтобы снова дышать собой.

А он остался за столом.Один.С условием, которое слишком хорошо знал:если потеряет — не вернёт.