Глава 48. О монстрах и людях. Часть II

Боги Иллюзорного мира частенько повторяли, что страдание облагораживает смертных. Правда, они не уточняли, каким образом. Этель же благородной себя совсем не чувствовала. Она лежала в своей комнате, укрывшись с головой одеялом, будто оно как-то могло уберечь её от ужасов окружающего мира. И, в какой-то мере, одеяло даже справилось со своей задачей, ибо спустя некоторое время, Этель смогла забыться и уснуть. Но поспать долго девочке не удалось. Её кошка решила, в очередной раз, обследовать прикроватный столик и столкнула с него флакончик с духами. Упав, тот с громким хлопком разбился. Этель подскочила от неожиданности. Но рука её соскользнула с края кровати и девочка самым нелепым образом упала на пол. Выругавшись, она уже собралась вставать, но поняла, что-то тут не так. Мир вокруг потерял свои краски. Все предметы будто были нарисованы карандашом. Только кошка, нахально сидящая на столике, сияла странным фиолетовым светом. И тут Этель поняла, что произошло и чуть не закричала от радости, но вовремя сдержалась. Она взглянула на свою руку, та выглядела самым обычным образом. Странно, но девочка не видела собственного сияния.

— Слушай, - сказала она, обращаясь к кошке, что с любопытством смотрела на нее своими яркими изумрудными глазами - а что если... Не, бред, какой-то... Но я должна попытаться. Как думаешь, Элион меня может заметить?

— Дурррак! - мурлыкнула кошка, спрыгнула со столика и ушла восвояси.

— Вот вот. Даже ты это заметила.

Этель вышла из комнаты прямо через стену. Заметив, в коридоре пару слуг, она сначала испугалась, но быстро поняла, что они её в упор не видят. Проходя из комнаты в комнату, Этель смогла добраться до помещения, где три служанки обмывали тело Милли. Какой же всё таки она была красивой! Но одного взгляда Этель хватило, чтобы понять - надежда потеряна. Теперь девушка больше походила на прекрасную, но сломанную куклу. От её тела не исходило живого сияния. Оно стало просто предметом, тусклым, ненужным, бесполезным. Милли там больше не было. И всё это из-за Этель, из-за её глупости и трусости. Ну почему? Почему она не расправилась с этой ведьмой, когда была такая возможность? Ведь тогда, Милли, скорее всего осталась бы жива. Какая же она дура!

И тогда Этель поняла, что такое смерть. В полной мере почувствовала страшную неизбежность и собственную беспомощность перед ней. Ведь действительно ничего, ничего уже нельзя было сделать. Но девочка никак не хотела принимать реальность.

— Милли, Милли, вернись! Тебе нельзя умирать! - закричала она.

Одна из служанок насторожилась, но не в силах ни увидеть, ни услышать Этель, она не смогла понять, откуда у неё вдруг возникло странное ощущение чужого присутствия.

— Думаешь, если будешь орать, мертвец сможет тебя услышать?

Этель обернулась на голос и увидела Рону. Та стояла чуть поодаль, нахмурившись и скрестив руки на груди.

— Я пытаюсь сделать хоть что-то!

— Бесполезно.

— Нет! Должен быть способ! Она же умерла из-за меня! Это неправильно. Так быть не должно.

— От твоего желания, увы, тут ничего не зави...

Тут пространство сотряслось от страшного крика. Он был настолько переполнен страданием, что даже слышать его было больно. И самое ужасное - Этель узнала этот голос.

— Из!

Серая стена перед нею расползлась, как истлевшая ткань, и сквозь прореху Этель увидела мрачную пещеру, освещенную тусклым, светом факелов. И в этом неверном, дожащем свете можно было разглядеть головы и спины двух безобразных монстров. Изгоя девочка не видела, но он явно был где-то там. Этель бросилась было к прорехе, но путь ей преградила Рона.

— Стой! Не надо тебе туда!

— Рона, свали!

— Оставь его! Он погубит тебя!

— Ты дура? Как я его брошу!? Из-за моей тупости и так погибло два человека! Больше я такого не допущу!

— Но послушай, нельзя тебе туда! Ты можешь не вернуться!

— Да пошла ты, знаешь куда! - крикнула Этель, оттолкнула Рону и прыгнула в прореху.

И тут её взору открылась ужасная картина. Те два безобразных монстра истязали Изгоя. Он уже даже кричать не мог. От такого зрелища Этель стало дурно, но в то же время её захлестнула жгучая волна ярости.

— Прекратите, ублюдины! - дико закричала девочка и не узнала собственный голос. Будто она сама превратилась в монстра.

Оба чудовища разом повернули головы. И Этель поняла - они её видят. Но, как ни странно, это девочку ни сколько не испугало. Она была слишком зла. Один из чудовищ, похожий на огромного, мохнатого волка, зарычал и двинулся в её сторону.

— Да что ты говоришь! - выкрикнула девочка - А ну брысь!

Чудовище отлетело к стене. Не успело оно оправиться от удара, как его швырнуло к потолку. Несколько сталактитов обрушились вниз. Полиморфу происходящее совсем не понравилось. Подобное вмешательство не входило в его планы. Он настолько разозлился, что даже не задумался над вопросом, откуда тут взялась странная девчонка и почему на неё не действует его дурманящий дым. Монстр схватил большой камень и швырнул Этель. Не долетев до цели, камень вернулся к нему. Полиморф едва успел отскочить. Пещера содрогнулась и на него с потолка стали падать камни. Уворачиваясь от них полиморф крикнул едва стоящему на ногах мохнатому чудовищу:

— Убей её! Убей!

Тот приготовился к прыжку, но его, уцелевшей рукой, схватил за горло Изгой. Со страшной силой он дернул голову монстра к полу, кое-как смог навалиться на него и обхватить за шею. Вложив последние силы Изгой стал душить тварь. А Этель, тем временем продолжала закидывать камнями полиморфа. Один из них выбил ему глаз. Завывая от боли и ярости, понял, что столкнулся с слишком сильным противником и разумнее было бы отступить. Но для него месть стала смыслом жизни, и отступать он просто не мог. С трудом отбиваясь и уворачиваясь от летящих в него камней, он двинулся к девочке. Но, когда он оказался рядом с другим монстром и Изгоем, Этель, боясь навредить любимому, прекратила атаку. Заметив это, полиморф издал звук, отдаленно напоминающий смех.

— Ах вот оно что! Как же это я сразу не догадался? Ты хоть понимаешь, во что вмешиваешься и кого спасаешь? Он же убийца. А я просто хочу отомстить. Он убил мою сестру. Она была ненамного старше тебя. Она была такой доброй, такой искренней, весёлой. А теперь её нет. Понимаешь? Он её убил! Не стоит он тебя. Оставь его и дай мне исполнить свой святой долг мести.

В груди Этель зашевелилась горячим клубком жалость. Но девочка уже успела понять, что в мире, полном жестокости, милосердие - слишком большая роскошь.

— Да пошел ты, знаешь куда!

Она пристально посмотрела в единственный глаз чудовища, воздух вокруг наэлектризовался и полиморф взвыл. Этель чувствовала его боль и страх. Всё внутри неё протестовало. Собственная жестокость приводила в ужас. Слезы текли по щекам. Но девочка не отпускала полиморфа, только крепко, до боли сжимала кулаки. Ужасное мгновение, казалось, длилось бесконечно. Но, наконец монстр упал, судорожно дёрнулся в последних конвульсиях и обмяк. Где-то на задворках сознания Этель маячила мысль, что убийство разумного существа просто так для неё не пройдёт, потом ей будет плохо, очень плохо. Но это потом. Сейчас были дела поважнее.

Она бросилась к Изгою и с трудом отцепила его от издохшего монстра. По началу казалось, что герой не подавал никаких признаков жизни. Но прислушавшись, девочка услышала его дыхание. А потом он с трудом раскрыл глаза и вцепился уцелевшей рукой ей в запястье. Этель чуть поморщилась от боли, но руку высвобождать не стала. Она боялась смотреть на то страшное зрелище, в которое превратилась большая часть тела героя, но краем глаза заметила, что раны его начали быстро заживать.

— Ты ведь не умрёшь? - захлебываясь слезами, спросила девочка.

Изгой проигнорировал вопрос, внимательно глядя ей в глаза.

— Что ты такое?

— Да какая тебе разница?

Девочка улыбнулась. Несмотря на ужасные обстоятельства, очень приятно было находиться с ним рядом. В первый раз они были так близко. Этель даже стало чуточку страшно от этого непривычного сильного чувства. Казалось, оно было больше неё самой, даже больше всего мира. Этель убрала прилипший к лицу любимого черный, пропитанный кровью и потом, локон и заговорила дрожащим голосом:

— Знаешь, ты... - но закончить фразу ей не дали...

***

Феб сидел у входа в пещеру, шепча колыбельные Спящему и тревожно оглядываясь. Он не был точно уверен, что Изгой не попытается снова использовать его, как наживку для монстра. Подобные мысли спокойствию совсем не способствовали и заставляли крепче сжимать заряженный арбалет. Но скоро из пещеры стали доноситься звуки. Далекие, искаженные эхом. Однако по ним всё же можно было догадаться, что происходило. С довольной улыбкой Феб слушал визги монстров. Судя по всему тварям здорово доставалось. Но тут Феб услышал то, что заставило его вздрогнуть от ужаса. То был крик человека. Крик искорёженный болью и страхом. Это было плохо. Очень плохо. Феб бросился было в пещеру, но замешкался. Он помнил приказ Изгоя. К тому же, если герой не смог справиться с монстром, куда ему, жалкому смертному, лезть. И тут не вовремя вспомнилось, как Изгой, не так давно избивал его... Но Феб тут же устыдился подобных трусливых и мелочных мыслей. Изгой был не просто его командиром, он был его лучшим другом. А друзей в беде бросать нельзя, будь они хоть героями, хоть богами. Подбодрив себя этой мыслью и стараясь не думать больше ни о чём, Феб вбежал в пещеру. Он нёсся по темным сырым коридорам так быстро, как только мог. Один раз, впрочем, он упал, сбив колени и содрав кожу с ладоней. Но это его задержало ненадолго. Судя по звукам, бой продолжался, а значит, оставалась надежда. Но внезапно всё замолкло. Тишина вновь заполнила мрачные, холодные своды. И она напугала Феба куда больше, чем вопли и грохот. Он вложил стрелу в свой арбалет и бросился вперёд с криками:

— А ну, монстры, я вам щас всем задницы поотстг'еляю!

Услышав его безумные вопли, Этель вскочила на ноги, приготовившись защищать ещё не до конца оправившегося любимого.

Феб же влетел в залу и заметил лежащего на полу друга. Этель он видеть не мог, но, очевидно, что-то в нём почувствовало её  присутствие. Руки его сработали быстрее, чем мозг, стрела со свистом вылетела из арбалета и пролетела сквозь грудь девочки.

Этель удивлённо смотрела на ослепительно яркий, белый свет, бивший вместо крови, из образовавшейся раны. Девочка упала на колени. Изгой приподнялся, схватил её за плечи и торопливо заговорил:

— Тебе нужно возвращаться, иначе ты умрёшь!

— Но как же я тебя брошу? - растеряно спросила она.

— За меня не бойся! Я тебя найду, обещаю! Уходи! Быстрее! - последние слова Изгой выкрикнул, точнее попытался выкрикнуть, ибо сил у него было не так много. И девочка исчезла.

Феб, не понимая, что происходит, встретился взглядом со связанным Феликсом, про которого все забыли. Пониманию ситуации это не способствовало и парень бросился к Изгою.

— Что случилось? Что с тобой? Ты жив?

— Сможешь вытащить меня отсюда? - тихо спросил герой.

— Конечно!

— Напомни потом мне тебя убить.

***

На следующее утро Элион лежал у себя в комнате, попивая лекарство, страдая от несправедливости жизни. Но тут к нему без стука вбежала Марта.

— Что Марфушечка, извинится пришла? Ну ладно, так и быть, раздевайся. - усмехнулся он.

— Этель! Она не просыпается! - задыхаясь от быстрого бега, выкрикнула женщина.

Элион тут же вскочил с кровати.

— В каком смысле?

Вместе с Мартой он поторопился в комнату падчерицы, где увидел девочку, лежащую в кровати. Казалось, она мирно спала. Рядом стояла очень встревоженноая Ариадна.

— Что за дичь? - возмутился Элион. Он почувствовал, как будто стальной пресс вновь начал, со страшной силой, сдавливать его голову.

— Мне кажется, она "там". - обречённо сказала служанка.

— Не неси чушь!

Элион схватил девочку за плечи сильно встряхнул и закричал ей почти в самое ухо.

— А ну подъём, крольчонок!

Никакой реакции.

— Вставай, дура! А то я твою тупую кошку отравлю!

И снова никакого ответа.

— Бессонница... — только и смог сказать Элион, обхватил себя за голову и упал на колени.

🎵 Инкогнито - Тени на теле