Глава 6. Тревожные предчувствия

Ласковые лучи солнца проникали через сводчатые окна, наполняя роскошные покои Облачного дворца мягким светом. Фантас, развалившись на кресле и поглаживая толстого пушистого кота, наблюдал на большом, размером с напольное зеркало, экране истерику, которую Вольдо устроил прошлым утром при аресте. Эта сцена здорово позабавила бога, но на пытку он смотреть не стал. В его долгой жизни у Фантаса было множество возможностей наблюдать за подобными жестокостями, поэтому они не вызывали у него большого интереса. Всё же прав был Морфей, говоря, что причинять душевные страдания гораздо веселее чем физические. Фантас махнул рукой перед экраном и картинка сменилась. Теперь было видно какую-то дешёвую таверну. За столом в самом углу сидели трое мужчин и что-то живо обсуждали. Фантас приблизил картинку и прислушался к их разговору.

— Да ты брешешь. — сказал неприятный тип с рыжей замусоленной бородой.

— А какой мне резон? — спокойной спросил лысый старик в сером потрепанном плаще, наклонившись ближе к рыжему — Ведь за одни только эти слова меня могут казнить. Если это ложь, тогда в ней совершенно нет смысла. Я видел всё своими глазами. И теперь я знаю, есть люди с такой же силой, как у богов. А что будет если такой человек решится бросить им вызов? Вот что я вам скажу — власти этих престарелых безумцев скоро придёт конец!

— Да это ты престарелый безумец! Ты богохульник, вот ты кто! — заорал рыжебородый, схватив старика за отвороты одежды и вытаскивая его из-за стола — Из-за тебя нас всех тут казнят!

— Или вы сможете править миром. Смотря, что выберете... Для такого как ты, конечно, лучше жить в постоянном страхе, чем сделать что-то стоящее. — невозмутимо ответил старик.

— Отпусти его! Вдруг он прав? — вмешался третий — молодой худощавый парень.

— Вот ещё! Это всё выдумки безумных сектантов-детоубийц!

— А если нет?

— А вы что, за одно с ними? Может, вы и сами сектанты? А я хорошо помню, что сказал делать с такими великий Морфей. Вот я вам сейчас устрою!

— Да что ты можешь сделать? — презрительно спросил старик — Ты же просто трусливый сын жирной курицы, как и твой несчастный Морфей!

— Богохульник! — воскликнул рыжебородый и размахнулся, пытаясь ударить старика. Но тот, двигаясь на удивление быстро для своего почтенного возраста, увернулся от удара.

— Смотри, как бы ты сам не оказался богохульником. — сказал старик, подняв руки, и все столы взмыли под потолок. Старик резко опустил руки — столы с грохотом рухнули на пол, разваливаясь от удара и разбрасывая вокруг осколки посуды. Всех людей в таверне будто парализовало. Никто не решался ни шевельнуться, ни слова сказать. Слышно было только, как прокатился по полу чудом уцелевший стакан.

— Смерть богам! Да здравствует оракул! — сказал старик и исчез.

Фантас взирал на это зрелище с восторженной улыбкой, когда услышал за спиной знакомый голос.

— Неимоверные глупцы.

— Ай да Морфей! — воскликнул Фантас, обернувшись — Как ты их! Но не верится мне, что они на что-то решатся. Неужто им хватит наглости?

— О, поверь, мой брат Фантас. Не в силах управлять собою, смертные всё ж рвутся к власти над другими. И будут всё твердить, что жаждут справедливости, хотя они даже значенья слова этого не знают.

Фантас покачал головой и засмеялся.

— Однако, ловко ты их обманул. Будут теперь, как дураки искать своего оракула...

— А разве молвил я что нет его?

— В смысле?

— А разве ты не ведал? Какой же бог ты после этого? В живых остались несколько оракулов, я чувствую их силы.

Фантас вскочил с кресла, кот спрыгнул с его колен и убежал, чувствуя, что настроение хозяина резко переменилось.

— Как так-то? Взрослых? — спросил Фантас.

— О да.

— Так надо их убить скорее! Пошли этого Изгоя, пусть с ними расправится! А то от него вообще никакого толку.

— Зачем нам беспокоить зря героя? Почему бы не позволить им бросить вызов нам с тобой? И наконец мы вступим в бой с противником достойным.

— Да ну! У иллюзорных же нет ни единого шанса! Им никогда нас не одолеть! — сказал Фантас с меньшей уверенностью, чем ему хотелось бы — Я же прав? Ведь так?

Морфей задумался и поманил рукой красивую молодую служанку, вошедшую в покои с золотым подносом, наполненным фруктами. Девушка подошла, и он стал придирчиво перебирать виноградины. Найдя самую привлекательную ягоду, Морфей положил её себе в рот, медленно прожевал и, когда у Фантаса уже начало дёргаться нижнее веко, заговорил:

— Какая же игра без риска проиграть? Шанс хоть и крошечный, но всё же есть у них.

— Да ты совсем из ума выжил, Морфей! Одурца обожрался? — Фантас перешёл на крик — Надо найти их всех и уничтожить! Просто уничтожить! Зачем ставить под угрозу нашу власть и нашу жизнь?

Морфей довольно улыбнулся. — Я вижу страх в твоих очах, Фантас. Мне это нравится. Угроза смерти делает живым. А мне давно так жизни не хватало.

***Вокруг было темно, и сколько Этель не мотала головой и не приглядывалась, лучше не становилось. Поначалу, девочка решила, что ослепла, но сделав несколько неуверенных шагов, она увидела впереди силуэт.

— Эй! — крикнула Этель.

Человек впереди обернулся. Узнав его, точнее её, Этель улыбнулась. Миниатюрная девушка с русыми волосами и приятными чертами лица была ей знакома. Значит, это всего лишь сон. Где же ещё может появиться воображаемая подруга детства?  

— Рона, привет! Давно не виделись. Как поживаешь?

— Мы спим, Этель. — сказала Рона.

— Да, я в курсе. Что делать будем?

— Нам надо проснуться.

Рона резко повернула голову, будто услышав что-то. Через мгновение Этель поняла, что привлекло её внимание. Разговаривая с подругой, она не заметила, как на небе зажглись подобия звёзд. И теперь, в их тусклом свете видно было, как к девочкам приближалась толпа. Явно не дружелюбная толпа... Люди махали руками и кричали что-то неразборчивое. Этель обернулась к Роне, но та исчезла. Нужно было бежать, однако ноги не слушались, к ним будто по полному ведру воды привязали. Толпа подбежала к Этель и те, кто оказались ближе, схватили её за руки и за волосы. Девочка пыталась вырваться, но силы были не равны. Продолжая злобно кричать, толпа притащила Этель к вросшему в землю огромному плоскому камню и стала привязывать её к нему за ноги и за руки.

— Это сон... Это сон... Надо проснуться... — повторяла Этель. Но проснуться никак не получалось. Кошмар крепко вцепился в её сознание и отпускать не собирался.

— Помогите! — закричала Этель, и испугавшись собственного крика, раскрыла глаза. Она лежала на своём матрасе, в своей комнате, куда уже пробирался луч утреннего солнца. Взгляд упёрся в до тошноты знакомый потолок с растрескавшейся штукатуркой.

— Доброе утро, куколка! Думала, я тебя не достану?

И тут Этель поняла, что означает выражение "поджилки затряслись". Голос этого человека она меньше всего ожидала сейчас услышать. И больше всего боялась... Она вздрогнула, вскочила на ноги и увидела Элиона. Он безумно улыбался, поигрывая мясницким ножом.

— Ой... — только и смогла сказать Этель.

— Согласен. Лучше и не скажешь. — сказал Элион и полоснул ножом по горлу девочки. Россыпь алых капель окрасила стены...

И тут Этель проснулась. Её трясло. Дрожащие руки сами потянулись к шее, которая, конечно, была цела. Этель ощупала себя, осмотрела ладони со всех сторон. К огромной радости, она пришла к выводу, что на этот раз проснулась окончательно. Но ей всё равно было не по себе. Этель и раньше снились реалистичные сны, но никогда они не были настолько кошмарными. Стараясь прогнать ещё витавшие над разумом остатки видения, она встала и с трудом,  дрожащими руками, налила себе в кружку воду из кувшина. Было ранее утро, но солнце не заглядывало в комнату — небо затянула бледная вуаль облаков.

Выглянув в окно Этель увидела Марту с двумя большими кувшинами, наполненными водой. К женщине подошёл Элион и стал, судя по всему, предлагать свою помощь. Кончилось это тем, что он облил и себя и Марту. Опять. Не мог придумать чего-то нового. Они весело смеялись. Девочка со злостью заметила, как её мама улыбалась, отводила глаза и убирала прядь волос за ухо.

"Да она с ним заигрывает! Опять!" — со злостью подумала Этель. Будь Элион простым человеком, проблем бы не было. Марта переживала, что после гибели супруга, мужчины совсем не обращали на неё внимания. А её дочь прекрасно знала, что обращали. Ещё как обращали. Но Этель их отваживала, внушая им страх перед Мартой, чтобы все мужчины обходили её маму стороной.

Девочка ни сколько не сомневалась в правильности своих действий. Ведь Марта, как бездомная кошка, готова была пойти за первым, кто её приласкает. Но для Этель была омерзительна даже мысль, что какой-нибудь из местных алкоголиков будет прикасаться к её маме своими грубыми ручищами с грязью под ногтями. К тому же ей очень не хотелось, чтобы кто-то из них вздумал ею командовать. Этель с мамой и вдвоём прекрасно жилось. Не нужны им эти ничтожества. И Элион им, тем более, не нужен. Он ничем не лучше. Конечно, он немного странный и пугающий. Но, в конце концов, он всего лишь жалкий комедиант. Расфуфыренный павлин. И его необходимо остановить пока не стало слишком поздно!

Этель буквально опрокинула в себя воду из стакана, порядочно облившись, сжала кулаки, нахмурилась и выскочила из комнаты.

К Элиону и Марте уже присоединились несколько соседей, они весело смеялись.

— О, приветик, детка, ты креветка! - радостно воскликнул Элион, увидев девочку, и продолжил, обращаясь к остальным — Кстати, знаете, какие в Фебре креветки. У них такие забавные морды. Ну вот, куколка, я теперь из-за тебя есть захотел.

"Ты не хочешь связываться с этой женщиной, ты к ней больше не подойдешь." — пыталась мысленно внушить ему Этель. "Тебя забыл спросить, сопля зелёная." — получила она ответ в собственной голове. Как ни странно, на этот раз страха не было. Этель была слишком зла, чтобы бояться. Она снова попыталась проникнуть в разум гостя, но перед ней будто встала стена, девочка стала мысленно пробиваться через неё.

— Этель, зайка, что с тобой?! — услышала она мамин голос будто сквозь вату в ушах.

Что-то пошло не так. Девочка провела рукой у себя под носом и тупо уставилась на свою ладонь. Та была вымазана в крови. Марта обняла растерянную дочь за плечи и увела домой.

Элион скорчил удивленную гримасу и сказал ошарашенным соседям:

— Вот же ж бедняга! Всегда подозревал, что большой ум до добра не доведёт. Хорошо, что я дурак. Спасибо маме с папой — роняли меня часто. Пойду выпью за них.

🎵 Король и Шут — Танец злобного генияFlëur — Камень