Под покровом ночи. [Забавы Богов]

Аид АидонеусЕго руки всегда были прохладными. И по его словам несли только боль и смерть, но ты знала, что прикасаясь к тебе эти руки несут любовь и наслаждение. Он снова попытался отстраниться, спрятать ладони с длинными пальцами в карманы брюк, но ты ловко перехватила их, притягивая к себе укладывая на талию.Алые глаза с болью и отчаянием заглянули в твои лучащиеся нежностью и радостным предвкушением единения с любимым человеком. Тянешься к тонким губам, но он отворачивает голову, пытаясь отгородить от тебя занавесом волос.- Не надо. Ты не знаешь, что делаешь, - тихо произносит он. Его голос тает в ночных звуках: шелесте листьев, тихом завывание ветра. Качаешь головой, прижимаясь к его груди своей грудью, ёрзая на коленях Бога подземного царства.- Знаю. И хочу этого.Твой голос заставляет его прерывисто вздохнуть, прикрыть глаза. Наклоняешься к губам, целуя их нежно, осторожно, словно боишься спугнуть зверя. И чувствуешь, как руки на талии напрягаются, сжимают, притягивают к себе с не дюжей силой. Поощряя его проводишь кончиком языка по прохладным губам, и он открывает рот, сливаясь с тобой в страстном поцелуе. Как бы он не отпирался, не боялся своей сущности, причинить боль тебе – желание берёт верх. И вот он уже забыв о всякой осторожности запускает прохладную руку под тонкую маечку, касаясь подушечками пальцев животика. Очертив пупок, он ведёт вверх. Ты дрожишь, сжимая его плечи. Оторвавшись от твоих губ, Аид шумно выдохнул и тут же припал к шее, впиваясь в неё, оставляя алый засос.- Осторожнее со своими желаниями, - низким голосом шепчет тебе в ухо, от чего по позвоночнику бегут мурашки. Пальцы расстёгивают лифчик и наконец накрывают груди, идеально умещающиеся в его ладонях, будто созданные для его рук и прикосновений.Первый протяжный стон срывается с губ, когда он большими пальцами круговыми движениями начинает массировать набухшие вершинки. Бог облизывает пересохшие губы, смотря на тебя с жаждой во взгляде. Ёрзаешь на его коленях, прося больше ласки и внимания.- Моя нетерпеливая девочка, - усмехается Бог подземного царства, неторопливо целуя искусанные губки. Зарываешься пальцами в его волосы, не позволяя отстраниться. Но это не мешает ему сорвать с тебя майку и лифчик, наконец обнажая желанное тело. Вскрикиваешь от неожиданности, а он лишь усмехается наблюдая за твоим покрасневшим, таким милым и любимым им личиком. Не спуская с тебя взгляда наклоняется к груди и обхватывает сосок губами, лаская его.Тело содрогается, тугой узелок скручивается внизу живота, куда скользит его прохладная ладонь, пуская по коже мурашки. Его глаза вспыхивают тёмным страстным пламенем, когда ты сжимаешься, закусываешь нижнюю губку, цепляясь дрожащими пальцами за его широкие плечи. Если бы ты только знала, как ему нравится любоваться тобой такой взволнованной, возбуждённой и нетерпеливой. Скорее заставь его раздеться и окунуться в сладостный мир ночи.Утро будет таким же сладким и наполненным ласк. Преграда наконец рухнет между вами. Теперь Аид без страха и метаний будет прикасаться к тебе.­Тот Кадукеус- Владыка Тот, не надо, - жалобно прошептала ты, изгибаясь под сильным мужским телом. Стоя на четвереньках на кровати, под Египетским Богом Мудрости, ты проклинала Юи и всех своих несносных одноклассников-бого­­в за то, что подбили на нелепую шутку над строгим учителем. А ведь он так ценил тебя за прилежность, скромность и исполнительность! И тут такая лажа.Хмыкнув, мужчина навис сверху, упираясь одной рукой в постель, а другой обхватив тонкую талию. Его бёдра интимно прижимались к заду, заставляя тебя краснеть, поджать пухлые губки.- Маленькая негодница, - его рычащий голос коснулся слуха, выбивая все мысли из головы. Низ живота свела сладостная истома. Длинные пальцы неторопливо очертили изгиб талии, скользнули по короткой юбочке, опуская на оголённую кожу бедра. Длинные пальцы забрались под ткань юбки, поглаживая внутреннюю часть бедра, вырывая из груди всхлип. Руки задрожали, и ты опустилась на покрывала, изогнувшись в спине, прижимаясь к его паху попкой. Тело пробивала дрожь, щёки пылали. Хотелось провалиться под землю от стыда и смущения.- Владыка Тот, - снова попыталась заговорить ты, но тут же подавилась новым стоном, уткнувшись лицом в светлые покрывала. Горячие пальцы прикоснулись к самому сокровенному месту, поглаживая его сквозь кружевную ткань трусиков. Мужчина издал смешок, наклоняясь к тебе, прихватывая зубами хрящик уха.- Мы только начали, маленькая негодница. Я научу тебя манерам и уважению к старшим.Его низкий рычащий голос заставил сжаться в тугой комочек нервов. Наклонившись к твоей шее, Тот провёл по ней языком, оставляя влажную дорожку, а потом прихватил нежную кожу зубами. От его тела исходил нестерпимый жар, который проникал в тебя, растворяясь. Сильные руки легли на ягодицы, сжимая их, задрав юбочку.- Пожалуйста, прекратите! – снова всхлипываешь ты, чувствуя, как внутренняя агония лишает последних крупиц воли и тебе остаётся только поддаться напору учителя, наслаждаться его ласками и сгорать от предвкушения чего-то большего, особенного.- Что такое? – прошептал он охрипшим голосом, стягивая с хрупкого плеча белую рубашку, чтобы оставить свой отпечаток на коже, такой идеально белой, ярко контрастирующей с его загорелой кожей. – Не сдерживайся. Так не интересно.- Владыка Тот, - новый всхлип. Длинные горячие пальцы отодвинули кружевную ткань, наконец прикасаясь к обнажённой нежной коже, доставляя неописуемое удовольствие. И ты уже ничего не помнишь. Лишь его сильные руки, влажные губы на своей шее, горячее дыхание и хриплый голос, нашёптывающий что-то интимное, возбуждающее и такое порочное.Забудь, не сдерживайся, поддайся его «наказанию». Вся ночь впереди. А утром властный Бог позволит тебе на несколько часов дольше понежиться в кровати, в его объятиях, забив на занятия.­