Part Thirty Nine

Все уже подвыпившие, я не исключение, но я всё прекрасно понимаю и осознаю.

На этой вечеринке я познакомилась с девушками, женами парней, правда жена была всего одна (Авани). Я неплохо сдружилась с сестрами Д'амелио, Дикси девушка Гриффина, а у Чарли какие-то мутки с Чейзом.

Громкая музыка, светодиоды, много людей.

В какой-то момент я поняла, что не вижу никого из знакомых мне, ни парней, ни девушек. Сплошные незнакомые лица. Я засуетилась.

После пожара парни купили новый дом и он был в разы больше старого. Один этаж под землёй и три над. Зачем? Непонятно, по-моему и старый был достаточных размеров, но как хотят, есть деньги - пусть покупают. Правда, пока что я путаюсь в доме и комнатах.

Я помчалась к лестнице, на каблуках не очень-то удобно подниматься, тем более на третий этаж. Я прекрасно понимала, что меня вряд-ли кто тронет в этом доме, ведь Хосслер всем представил меня, как его девушку, но от взглядов мужского пола мне всё равно было не по себе.

Я на третьем этаже, так, моя спальня с левой стороны, а спальня Джея напротив. Свою комнату я постоянно путаю с комнатой Энтони.

Я стою возле двух дверей, одна из них моя, другая Энтони, я попробовала прислушаться, но музыка орет, не черта не слышно. Я дернула за ручку двери и чуть приоткрыла ее. Ой черт. Я сразу закрыла дверь. Так, ну эта комната точно не моя, ведь там Энт и Авани.

Я открыла вторую дверь, это моя комната, ну хоть со второй попытки.

Я устала от платья, каблуков, макияжа, прически, очень хотелось в свою привычную одежду.

Я закрыла дверь на ключ, чтобы не дай бог никто не зашёл, как это сделала я, варварски ворвавшись в комнату Ривза.

Душ, какое блаженство, под горячими струями я чуть не уснула. Я уже в своей кровати, но тут в голову врезалась идея зайти к моему парню. Однако не привычно его так называть. Я надела тапочки, невзначай взяла виски и вино, пошла к Джейке.

— Туки-туки, можно?

— Родная, конечно входи, можешь даже без стука, так и быть, — Джейден лежал на кровати с ноутбуком, но при виде меня сразу отложил его в сторону.

— Ты что, не дай бог голым тебя увижу, травма на всю жизнь, — ой, чую, заплачу́ за свои слова, Джей поднял бровь, я решила перевести тему, — Давай вместе выпьем? — легкий кивок, я налила себе вино, а Джейдену виски. Мы сидели на диванчике на его балконе и общались, вываливали всё, что было на душе.

Крепкий виски, красное вино, миллион чувств.

В какой-то момент мы стали целоваться, сначала просто, а потом страстно, температура и в комнате, и тела, начала подниматься. Я уже сижу на коленях Джейдена, мои руки прижимают его ближе, а его исследуют моё тело. Джей оторвался от меня поднял и переложил на кровать, стал целовать шею, переходя на ключицы.

— Ты уверена? — он нависал надо мной, тяжело дыша.

— Давай уже, — простонала я, приподнявшись, чтобы ухмыляющийся Джейден снял с меня верх.

***

Я открыла глаза с мыслью, что мне очень тяжело, не самое большое удовольствие. Хосслер чуть ли не лежал на мне, аж дышать тяжело. Я аккуратно высвободилась из под его туши. Низ живота приятно ныл. На часах было десять утра, вероятно, все спят.

Я нашла свою одежду и вышла из комнаты Джейдена, закрыв шторы, чтобы ему не мешал свет. В своей комнате я выпила противозачаточные, потом утренняя рутина. Я спустилась вниз, людей там не было, но горы мусора присутствовали, поэтому я начала убираться, а позже готовить, приготовила русские блинчики, две тарелки, чтобы всем точно хватило. Заварила чайник, думаю напитки нальют себе сами, не маленькие. Сегодня я еду в поликлинику, зрение проверять, поэтому в три мне надо выходить. До выхода времени много, я пошла будить народ, захватив бутылки с водой и таблетки от головы.

В основном я разбудила всех по-человечески, так как понимала, что головы у всех раскалываются напополам. К Ривзам я вообще не решилась заходить, лишь в дверь постучала.

Не повезло, разве что, Ваудам, Брайсу и Джейдену.

На трёх мы с Норой прыгнули, я с криками, Нора с лаем. На одного я прыгнула с поцелуями. Думаю второе приятнее, но не всем дано, поэтому довольствуются чем есть.

— Джейка, подъем, утро! — мы с Норой прыгнули на него, я поцеловала Хосслера, он углубил поцелуй.

— Действительно, доброе, — он блаженно улыбнулся, я ещё раз чмокнула его в губы. Он взял мою кисть и поцеловал кончики пальцев. Один из моих пальцев теперь кривой и это сильно заметно. Когда я только связалась с этой бандой, я попала в аварию, сломав палец, который довольно быстро сросся, но не ровно. Джей постоянно целует этот палец, он говорит, что это моя изюминка, а не изъян, как говорю я.

Вскоре на кухне были уже сонные макушки, большинство благодарили за таблетку, а некоторые бухтели из-за «мягкого» подъёма. Но за завтрак спасибо сказали все! То-то же.

Пока все завтракали я поднялась в комнату. Настроение порисовать, я не профессионал, но большой любитель. Сегодня хотелось порисовать на холсте, а не на одежде. Я люблю рисовать масляными красками, хоть это и долго. Я решила, что сначала сделаю набросок карандашом, а потом буду красками работать.

Я решила изобразить густой лес и опушку, на которой стоит пенек, а на нем сидит ребенок.

Время приближалось к трем, я быстро собралась, не забыв закинуть медицинскую карточку в сумку. Я зашла в комнату Джея и предупредила, что ухожу. Весь дом был на голове, все куда-то собирались, что-то кричали.

Меня просвещать не планируют. Ладно. Иногда меня захватывает страх, что все закончится. Спокойно, без лишних слов, истерик и объяснений. Молча, непринужденно, по-английски.

Я села в свою машину и поехала в поликлинику. Кабинет офтальмолога, обычно там работают обиженные на всю жизнь бабки, не люблю этого врача.

Я зашла, поприветствовала, на меня недовольно посмотрели, вау, как приятно. Я быстро прошла тест. Это оказались не привычные буковки, а аппарат, я просто должна была смотреть в одну точку, а потом мне скажут зрение.

Зрение, как я и знала, ухудшилось. На левом глазу -2, на правом -1,75. Впринципе, не так плохо, можно восстановить легко, больше не будет такого напряга и недосыпа, как в Лас-Вегасе, по крайней мере надеюсь, наивно верю и кажется зря._________________1004 слова. Чувствую некое выгорание. Я очень хотела закончить историю к 17 июля, ведь потом уезжаю в лагерь, но, черт, у меня не получается уложиться в сроки. Я боюсь, что когда вернусь и продолжу писать, всем уже не будет интересно. Don't know, sorry.