Часть 2. Глава 11.

- Я проделывал это бессчетное количество раз. Сбился на семьдесят восьмой попытке, потом попробовал еще пару десятков раз, прежде чем начать отсчет заново. Даже сам иногда удивляюсь, что меня настолько хватило. Странно, что я не сошел сума. Хотя в этом я тоже не уверен. Знаешь это состояние очень похоже на сон, у тебя бывало так, будто весь мир вдруг раскалывается на две половины. Ты стоишь на одной стороне, такой пустой и холодной, а все остальные, реальные и якобы нормальные, по другую сторону. А в голове стоит вопрос, почему я другой? Это моя вина или их? Почему этот мир кажется таким скучным и далеким? И чем больше я смотрел на них, таких счастливых и наивных, тем сильнее было мое желание продолжать работать. Наверное, я говорю очень странные вещи, да?

Мне хотелось что-то ответить на это, но я не очень понимала, о чем идет речь. Гаррет вел меня по своему дому в безумной спешке, словно радуясь, что наконец-то он сможет поделиться этим секретом с другим человеком. По сути, так и было. Запертый в собственном доме, более того, в своей голове, он был уязвимым для депрессивных мыслей. Каждый день они сжигали его изнутри. Чувство вины, одиночество, раскаяние, обреченность - он позволил этим эмоциям захлестнуть себя. Подавить. Единственным способом выжить, стала его навязчивая идея что-то сделать, изменить, подчинить. И никого не было рядом, чтобы его спасти.

- Ты все поймешь, когда увидишь. Только не бойся, ладно? Оно очень восприимчивое к эмоциям других существ. Постарайся быть на нейтрале.

- Оно? Что это? О чем ты говоришь?

Мы прошли по комнате некогда служившей этому дому прихожей. Там, где должна была быть дверь, теперь была неаккуратная кирпичная стенка, выкрашенная в ярко белый цвет. Окна по бокам закрыты ставнями, и единственным источником света была тусклая лампочка, с которой Гаррет явно не утруждался вытирать пыль.

- Просто постарайся не кричать. Вид неприятный, я знаю, но к этому можно привыкнуть.

- Если бы ты мне сразу сказал...

Гаррет раздраженно махнул рукой. Что бы это не было, даже у кузена не хватало слов это описать. Мы направились вниз. Лестница, ведущая в подвал, нещадно скрипела под нашим весом. Здесь не было освещения, и единственное, что помогало мне идти, были вялые блики от оставшейся наверху лампочки. Что же я делаю? Я полностью доверяла Гаррету, но тихий, внутренний голос твердил, чтобы я немедленно убиралась оттуда. Меня внезапно взбудоражила странная энергия, исходящая из подавала. Мы остановились. В воздухе повисла напряженная тишина, именно в такие моменты в фильмах ужасов из угла выпрыгивает маньяк с бензопилой или еще что похуже. Жутко хотелось засмеяться или сказать что-то, пусть даже очень глупое и совсем ни к месту. Но вместо этого я старательно прислушивалась, ища источник этой энергии. Ничего. Ни малейшего шороха или вздоха из глубины подвала не исходило. Только раздражающе быстрый стук моего сердца.

Тогда Гаррет взял меня за руку и осторожно стал вести вперед в темноту. Помимо моей воли, мое тело попыталось вырваться из его захвата, но он держал крепко. Что за ужасный эгоист, прекрасно зная, что меня пугает эта неизвестность, он упорно тащил меня дальше. Его рука на ощупь была ледяной.

- Сейчас я включу верхний свет, - едва слышно шепнул Гаррет, - Старайся не двигаться.

И он отпустил мою руку. Двигался он бесшумно, так что меня не покидало ощущение, что он и вовсе ушел из подвала, оставив меня на растерзание неизвестному чудовищу. В приступе паники я вспомнила, что оставила свою сумку наверху. Теперь уже поздно возвращаться. Если на меня нападут, то это лишь результат моей глупости и ничего больше.

Тусклый свет загоревшейся лампы, тем не менее, не уступал самому яркому прожектору. Глаза привыкли к темноте, пришлось их закрыть на какое-то время, но Гаррету не терпелось увидеть мою реакцию.

- Грей, не отводи глаза. Оно не опасно.

Я ощутила, что он встал где-то позади меня, видимо, чтобы перекрыть мне пути к отступлению. Он не пытался меня удержать, но от него веяло почти детским нетерпением, человека, который ожидал похвалу. Медленно открыв глаза, я уставилась... на огромную клетку. Мой взгляд выхватывал удивительно яркие краски, окружавшие нас со всех сторон, но рассматривать, что это было, не хватало сил, глаза непременно возвращались к обитателю этого странного подвала. Его кожа была белоснежно белой, как холст бумаги. Оно напоминало человека, но отличия были видны. Отсутствие носа, глаз, волос и рта. Структура его тела напоминала скелет, на который хаотично налеплены куски гипса и глины, на руках не хватало нескольких пальцев. На ногах они и вовсе отсутствовали. Оно сидело неподвижно. Голова повернута в сторону света, и хоть оно его и не видело, временами оно качало головой в такт двигающегося потока пыли.

- Перед тобой одна из моих последних работ. Одна из лучших надо сказать, - гордо прошептал Гаррет и существо невольно повернуло голову в нашу сторону. Я не могла выдать ни слова. Внутри бурлила неконтролируемая дрожь из-за странного вида этого существа. Возможно, привыкнув к нему, я и смогу это подавить, но сейчас в горле застрял комок. Заставив себя отвести глаза, я осмотрела комнату. Все пространство занимали картины, выполненные в самых нелепо ярких красках. На всех странные, бесформенные существа, напоминавшие того, что сидел в клетке. Но по сравнению с ним, их схожесть с человеком была далека от идеала.

- Кто он? - только и смогла вымолвить я.

- Это начальная стадия фамильяра, - пояснил Гаррет, и существо, привлеченное новыми звуками, медленно начало двигаться к нашему краю клетки, - Знаешь, создать персонажа на самом деле очень сложно. Нужно учесть множество нюансов, мелочей которые и делают его живым и настоящим. Если у тебя нет предрасположенности к его созданию, как, например, у меня, то это очень сложно разработать. Чем-то напоминает спорт, только там рано или поздно, если у тебя есть сила воли, ты все же добиваешься того, чего хочешь. Мне же приходится стараться сильнее других, а в итоге получается лишь жалкое подобие человека.

- Но фамильяр в доме тети выглядит совсем как человек. Она говорит и думает.

- Я же говорю, не мое это, создавать людей, - в голосе Гаррета появилось раздражение, и существо тут же испуганно отшатнулось от него, - Самое забавное, что они пытаются учиться. Некоторые из моих попыток, пытались имитировать мои движения. Те, у кого были рты, пытались издавать звуки, а некоторые даже пытались рисовать.

Во всем этом - в клетке, существе, и даже в поведении Гаррета было что-то неправильное. То, что он экспериментировал. Или то, что это существо находится в клетке, хоть его существование и противоречит законам природы. Фамильяра притягивала моя жалость, оно хотело протянуть ко мне руку, но энергия Гаррета тут же оттолкнула ее от меня.

- И зачем это все? Чтобы суметь создать существо, которое будет тебе служить? Какой в этом смысл?

- А ты думаешь, что фамильяры нам только прислуживают? Нет. Вовсе нет. Что если я скажу, что они окружают нас каждый божий день? Потомки персонажей созданных нашей семьей. Они ловко маскируются среди людей, но они пустые. В их глазах нет эмоций. Они и мыслить не могут, что уж говорить о любви. Жалкое подобие человека, вот они кто.

- И где логика создавать еще одного?

Гаррет устало вздохнул:

- В том-то и дело. Я хочу создать вовсе не фамильяра, а человека. Но все мои труды псу под хвост. Если я не могу создать живую куклу, куда мне людей оживлять?

Так вот в чем дело? Вот откуда чувство вины. Он ведь написал смерть отца. Он хотел искупить вину за это и за тот пожар, унесший голос тети Арии.

- Так ты хочешь вернуть отца? Поэтому ты это делаешь? - я не могла скрыть своего облегчения, весь ужас происходившего был логически объяснен. Но Гаррет как-то странно не меня посмотрел. Неужели я ошиблась?

- Отец получил по заслугам, - тихо сказал он, и от этого шепота фамильяр в панике забился в самый темный угол клетки, - Его смерть не была случайностью. Как и тот пожар. Единственное о чем я жалею, так это о том, что я не мог сделать это раньше.

- Что ты говоришь?

- Правду. Никто, кроме меня и мамы, не знает, что Стефан... умер в тот день... Погиб при пожаре.