Глава 46. Новоиспеченная Леди Малфой

— Не думала, что Малфой умеет быть таким, — пробормотала Джинни, наблюдая, как Драко и Гермиона медленно кружатся под музыку.

— Я тоже, — улыбнулся Блейз, наблюдая за парой со своего места.

— Подойду к ребятам, — озорно улыбнулась Джинни своему бойфренду, слезая с его коленей.

— Ты с ними за семь лет не наговорилась? — потянул он ее обратно, притянув за талию.

— Пару минут, — чмокнула она его в губы и удалилась в сторону стола с гриффиндорцами.

Спустя десять минут, возвращаясь назад к Блейзу, который болтал с Тео и Гермионой — она случайно зацепила взглядом фуршетный столик в углу. Драко стоял у края, напряженный, почти статуя, а перед ним, размахивая руками, что-то горячо шептала Дафна Гринграсс.

Гриффиндорка сделала шаг в сторону, подходя к соседнему столику и прячась за спиной Эрни Макмиллана.

— Драко, сколько можно? Когда ты скажешь? — нервно прошипела слизеринка.

— Дафна... отъебись. Серьезно, — рыкнул он, пытаясь уйти, но девушка схватила его за руку.

— Хватит! Выхода нет, и ты знаешь это! Или ты передумал? — с паникой в голосе спросила она.

— Ты хочешь испортить мне даже этот вечер? Я тебя предупреждал, Гринграсс: не подходи ко мне, — резко выдернул он руку.

— Ты просто тешишь себя иллюзиями! Хочешь, чтобы я сказала?!

— Только попробуй, — резко шагнул он к ней и сжал ее предплечье.

Его голос стал низким, почти звериным:

— Клянусь, я превращу твою жизнь в ад, если ты откроешь рот. И ты знаешь, что у меня есть все рычаги для этого.

— Когда? — перевела она тему.

— Через пятнадцать минут на Астрономической башне, — прикрыв глаза, ответил Малфой. — А до этого времени не трись около меня, ты поняла? — зло посмотрел он на однокурсницу. — Увижу тебя ближе чем на три метра около себя или Гермионы, и...

— Я поняла, — отступила девушка, теряясь в толпе.

Джинни постояла на месте еще секунду, глядя в спину Драко, а потом резко повернулась и пошла обратно, с быстро бьющимся сердцем. Она вернулась за стол, стараясь выглядеть непринужденно, но ее пальцы дрожали, когда она потянулась за бокалом.

— Гермиона, нам нужно поговорить, — тихо сказала она, коснувшись ее руки.

— Чуть позже, — поднялась Грейнджер, оглядываясь. — Драко! — позвала она парня, который двигался к выходу, не слыша ее, и попыталась пойти за ним.

— Гермиона, это важно! — сжала ее запястье Джинни.

— Джинни, уверена, это может подождать, — выдернула руку Гермиона. — Я вернусь через пару минут, — бросила она на ходу и почти побежала следом за Драко.

— Но это важно! — крикнула ей в спину Уизли.

— Не трогай их, пускай идет, — нервно сказала Пэнси.

— Слушай, не лезь... — хотела огрызнуться гриффиндорка, но потом заметила, что Паркинсон странно выглядит.

Слизеринка весь вечер была сама не своя, но сейчас выглядела так, будто умирает, несмотря на шикарное черное платье и идеальный макияж.

— С тобой все хорошо? — обеспокоено спросила Джинни.

— Нет, — отчеканила Паркинсон. — Но я не хочу об этом говорить.

— Где Гарри? — нахмурилась рыжая. — Вы поругались?

— Нет, не поругались, — облизнув губы, ответила Пэнси. — Он у стола гриффиндорцев.

Джинни наклонилась ближе, голос понизился до шепота:

— Что у Малфоя с Дафной?

— Что? — непроизвольно дернулась Паркинсон. — Что ты имеешь в виду?

— Я слышала, как они спорили. Дафна что-то ему говорила... угрожала. А он сказал, что проклянет ее, если она откроет рот. Что происходит, Паркинсон?

— Пэнси, пойдем потанцуем? — подошел к столику Гарри, улыбаясь своей девушке, которая смотрела на него глазами, которым позавидовал бы Бэмби.

— Да, конечно, — не грациозно поднялась слизеринка, пытаясь убраться от Джинни подальше.

— Паркинсон! — схватила ее за кисть гриффиндорка.

— Потом, Джинни. Все потом, — пробормотала она, не встречаясь взглядом, и утащила Поттера на танцпол.

— Нет, ну это ни в какие ворота уже! — вскочила со стула Уизли, двигаясь к выходу.

***

Музыка резко стихла, когда Гермиона вышла за двери Большого зала.

«Да куда он мог деться?»

Грейнджер направилась в сторону подземелий, как вдруг услышала знакомые голоса.

— Я сам все это знаю!

«Мерлин, да что происходит?» — она замерла, осторожно выглядывая из-за поворота.

Драко стоял в полутени, а напротив — Нарцисса.

— Драко, послушай меня, ты должен ей сказать, Гермиона не... — запнулась женщина. — Это зашло слишком далеко. Ты знаешь, я правда считаю ее милой девушкой, умной, но это все просто... — у вас нет будущего. Ты — Драко Малфой, а она — Гермиона Грейнджер. Это невозможно. И ты всегда это знал. Гермиона мне нравится, честное слово. Но, сынок... Да, все мы думали, что это закончится после истечения договора, но так не вышло.

— Мама...

— Ваш второй раунд «отношений» очень сыграл нам на руку.

— Какого черта ты...

— Но теперь, когда вас не связывает школа, — перебила его мать, — у вас нет причин быть вместе. Я понимаю: воспоминания, привязанность... — ее голос стал мягче, но не теплее. — Но это не повод рушить свою жизнь.

— Рушить?!

— Драко, мне жаль. Честно. Я бы хотела, чтобы все было иначе, но ты — тот, кто есть. А она — другая. Тебе надо ей рассказать... Дафна...

— Не смей говорить мне ничего о Дафне! — голос Драко сорвался. — Что за чушь ты вообще несешь?!

— Ты зря дождался выпускного, милый, так еще больнее...

Гермиона попятилась, ничего не понимая.

«Нарцисса против того, чтобы Драко сделал ей предложение? Но почему?» — стучали мысли в висках, заглушая сердце.

Надо было убираться отсюда побыстрее, пока ее не заметили. Девушка шла назад в сторону Большого зала, пытаясь сдержать слезы.

«Как это возможно? Почему? Она же говорила, что больше не верит во всю эту чушь про кровь. Она спасла Гарри. Освободила эльфов. Была... добра ко мне».

— Гермиона! — из темноты коридора вынырнула Джинни. — Я везде тебя ищу!

— Зачем? — хрипло отозвалась Грейнджер.

— Ты плачешь? Что случилось?

— Нарцисса... — всхлипнула шатенка. — Она против.

— Против чего?

— Против меня. Она не хочет, чтобы Драко делал мне предложение.

— Почему ты так решила? — нахмурилась Джинни.

— Я слышала их разговор только что.

— Гермиона, мне надо тебе кое-что сказать, — подвела ее к подоконнику Уизли. — Присядь.

— Ты меня пугаешь, — напряглась Грейнджер.

— Я не знаю, что это все значит, но что-то происходит. Я слышала разговор Гринграсс и Малфоя в зале: они ругались, и она спрашивала, когда он расскажет что-то. Я спросила у Пэнси об этом, но она стала такой бледной... будто ее сейчас вырвет.

— Дафна?

— Да, они договорились встретиться на Астрономической башне.

— Спасибо, — резко рванула в ту сторону Гермиона.

— Стой! — попыталась остановить ее Джинни, но подруги и след простыл. — Мерлин, да что происходит вообще? — взмахнула руками гриффиндорка и понеслась назад в Большой зал.

Гермиона бежала по лестнице вверх, заставляя алый шлейф развеваться позади, как пламя. Золотистые босоножки отбивали отчаянный ритм, встречаясь с каменными ступенями. Уже на подходе к Астрономической башне, девушка замедлилась, переводя сбившееся дыхание, и тихо преодолела последние два десятка ступеней, входя в место назначения.

На площадке Астрономической башни стояли двое.

Дафна положила ладонь на грудь Драко, лицо которого было мраморно-неподвижным, а глаза цвета луны смотрели в звездное небо, как будто все происходящее не имело к нему отношения.

— Ты сделал правильный выбор, Драко, — сказала ему слизеринка.

— Оставь меня одного, — глухо ответил он, не двигаясь.

— Что происходит? — шагнула на площадку Гермиона.

Она пристально наблюдая за рукой однокурсницы, которая резко убралась с груди ее парня, оставляя за собой блик.

— Гермиона... — задержал дыхание Малфой, переводя испуганный взгляд на гриффиндорку.

— Драко, почему она... Что это? — схватила она в тиски руку однокурсницы.

На безымянном пальце Гринграсс сверкало знакомое кольцо с изумрудом.

— Драко? — перевела она растерянный взгляд на бойфренда.

— Больно! — попыталась вырваться Дафна.

— Закрой рот! — гаркнула на нее Грейнджер, испепеляя слизеринку взглядом.

— Гермиона, я все объясню, — подошел Драко, положив ладони ей на плечи.

— Что ты мне объяснишь? — вырвалась она, отпуская руку девушки. — Давай же! Я с радостью послушаю, почему кольцо, которое я нашла в нашей квартире, красуется на пальце долбанной Гринграсс!

— Нашла? — в панике переспросил Драко.

— Что. Здесь. Происходит?! — прошипела Гермиона, сжав кулаки, чувствуя, как гнев и отчаяние подступают к горлу.

— А происходит то... — начала Дафна с ленивой, почти сладкой ухмылкой.

— Дафна, вон! — прорычал блондин. — Немедленно исчезни отсюда!

— Драко...

— Сейчас же! — сорвался он.

Сильный порыв ветра уронил на его лоб прядь волос. Он шагнул к перилам, оперся руками о холодный камень и сделал глубокий вдох, будто пытаясь собраться с мыслями.

— Почему на ней мое кольцо? — резко развернула его Гермиона, встречаясь с глазами цвета луны, которые смотрели на нее... как раньше.

Холодно.

— Это не твое кольцо, — ответил он ровно, без тени сомнения.

— Что значит... — растерянно пробормотала Гермиона. — Но... оно было в нашей спальне.

— Ты хотела сказать, в моей спальне, Грейнджер, — поправил он ее.

— Грейнджер? — вообще ничего не понимая, уставилась на парня гриффиндорка.

— Мне жаль, — выдохнул он, прикрыв глаза.

— Что значит — тебе жаль? Я не понимаю, — нервно рассмеялась Гермиона. — Что значит, «тебе жаль»?!

— Все кончено, — сжав зубы, ответил он.

— Кончено? — попятилась назад она.

— Да. Мы закончили.

— Драко, но я люблю тебя! — прошептала она, как будто это могло его остановить.

— Это пройдет.

— Но... ты говорил, что любишь меня. Ты...

— Слова, — пожал он плечом.

— Слова? — вцепилась она в его руку, заглядывая в глаза. — Нет. Нет! Это не слова! Я видела это в твоих глазах, в твоих прикосновениях — ты любишь меня! Что изменилось? Что за бред? — хаотично бегали глаза Гермионы, пытаясь считать хоть одну эмоцию на лице любви всей ее жизни.

— Это просто слова, — его голос дрогнул, но он не поднял взгляд.

— Драко, — ее руки нежно легли на его лицо. — Посмотри на меня, милый. Ты не можешь так поступить. Просто расскажи мне, что произошло, и мы все решим. Вместе. Мы всегда решали все вместе. Ты же меня любишь. Я знаю, ты любишь. Ты бы никогда не оставил меня.

— Я уже тебя оставляю, — упорно не смотрел он ей в глаза.

— Нет, — всхлипнула Гермиона.

— Мне жаль.

— Но почему? Я... — уже не контролировала слезы гриффиндорка. — Это Люциус? Он тебе угрожал наследством? Плевать на это, Драко, плевать! У нас есть мы, и этого достаточно! — целовала она его лицо. — Ты обещал мне... обещал, что никогда меня не оставишь. Ты говорил, что ты не играешь тогда, после нашего первого раза. Ты же не лжешь, никогда не лжешь. Скажи мне правду.

— Хватит, — резко оттолкнул он ее от себя.

Не сильно, но достаточно, чтобы она пошатнулась.

— Все кончено. Что, не ясно?

Он сделал шаг назад — и его губы растянулись в бездушной усмешке.

— Мы справимся? — горько хохотнул он. — Я — Драко Малфой, а ты просто дура, если решила, что я сделаю тебя своей женой. Да, ты оказалась не такой скучной, как я думал. Да, нам было весело вместе, но все... школа закончилась. Мы закончились.

— Драко, прекрати, — сжав кулаки, прошипела она. — Немедленно перестань!

— Что перестать?! — крикнул он. — Говорить правду?! Я не могу жениться на грязнокровке!

— На грязнокровке?!

— Да, на грязнокровке! Слушай, Грейнджер, — холодно посмотрел он на нее, снова надевая малфоевскую маску. — Я признаю: все вышло из-под контроля. Но мне больше не нужна твоя помощь, я добился своей цели — Малфои снова на вершине.

Он ухмыльнулся.

— Мне повезло: процесс оказался лучше, чем я предполагал. Изначально я не планировал продолжать все это, но ты влюбилась в меня, а я хотел затащить тебя в постель — все складывалось просто отлично. В начале года у меня не было ничего, а тут: девушка-героиня, отношения, которые выглядят нормальными со стороны, секс — глупо было не воспользоваться такой возможностью.

— Возможностью? — прошептала Гермиона, неверяще смотря на него широко открытыми глазами. — Я все еще была возможностью для тебя?! — закричала она.

— Ты мне понравилась, детка, — он наклонился ближе и, к ее ужасу, провел пальцами по щеке, вытирая слезу. — Но я никогда не планировал продолжать это все после выпуска. Разве я когда-то строил какие-то планы с тобой? Разве мы это обсуждали? Ты правда думала, что я откажусь от имени, семьи, наследства ради тебя? — снисходительно улыбнулся он.

— Это все Люциус, да? — всхлипнула она.

— При чем здесь он? — фыркнул Драко. — Я и сам все это понимаю.

— Драко, если это шутка — перестань!

— Думаешь, я шучу? — резко отдернул он руку.

— Почему она?! — закричала Гермиона. — Почему Дафна?! Почему ты ей сделал предложение сегодня. В день выпускного! Когда только что целовал меня на танцполе у всех на глазах?! В день, когда говорил, что я — самая красивая?!

— Потому что мог, — отвернувшись лицом к перилам и всматриваясь в ночное небо, ответил парень.

— Мог?! Ты мог?! А как же я?! — она схватила его за плечо и резко развернула к себе. — Ты любишь меня!

— Я уже сказал, это просто слова...

— Да ты что?! — прорычала она, смотря на него. — Тогда давай: посмотри мне в глаза, Малфой, и скажи, что не любишь меня! Посмотри на меня!!!

Драко перевел лунные радужки, встречаясь с ее карамельными глазами, налитыми слезами, и замолчал, рассматривая ее лицо.

— Ну же, давай! — кричала она. — Скажи мне: «Я не люблю тебя! Никогда не любил!» Говори!!! — толкнула она его в грудь обеими руками. — Скажи мне!!!

— Гермиона...

— Скажи это, гребаный мудак! Скажи мне!!!

— Я... не люблю тебя, — смотря ей прямо в глаза, ответил парень.

— Скажи: «Я люблю гребаную Дафну и хочу прожить с ней всю жизнь! Хочу детей от ебучей Гринграсс!» Говори!!! — в ярости кричала девушка, уже не узнавая свой собственный голос. — Скажи мне в глаза: «Я использовал тебя!»

— Я люблю гребаную Дафну и хочу прожить с ней всю жизнь. Хочу детей от ебучей Гринграсс, — ровным тоном повторил он.

Гермиона на секунду застыла — потом, закрыв рот рукой, пошатнулась и с глухим звуком опустилась на холодный камень. Она уже не пыталась контролировать слезы.

— Мерлин... — пробормотала она, захлебываясь рыданиями. — Господи... Боже мой.

Она задыхалась.

Она умирала...

Гермиона знала, что такое боль — доказательство тому красовалось на ее руке. Но это ни в какое сравнение не шло с тем, что она испытывала сейчас. Ей казалось, что в ее теле сломались все кости, порвалась каждая мышца, а в глаза налили кислоты — вот, что она ощущала, сидя в ногах у любви всей своей жизни, который даже не смотрел на нее.

Ее тошнило, зрение затуманилось от слез.

— Я не хочу... — пробормотала Гермиона, обнимая себя руками. — Я не хочу испытывать это... Мерлин, — всхлипывала она, задыхаясь.

— Гермиона... — напрягся Драко, — ты дышишь?

Он коснулся ее плеча, но гриффиндорка отползла от него, смотря на парня безумными глазами.

— Не прикасайся ко мне!

— Дыши, слышишь?

— Пошел к черту! Какое тебе, — сделала она рваный вдох, — дело?! Я могу хоть сдохнуть здесь, тебя это больше не... — всхлипнула она, — касается.

— Гермиона...

— Не смей! — закричала она. — Закрой рот! Ты не можешь называть меня по имени! Забудь его! Проваливай! Депульсо! — вскрикнула она, наводя на парня палочку.

Драко полетел к огромному телескопу посередине площадки.

— Я ненавижу тебя! — поднялась на ноги Гермиона, все еще рвано дыша и наблюдая, как парень поднимается. — Ненавижу, Малфой! Забери это все! — сорвала она с себя браслет и подвеску и кинула в него. — Я НИКОГДА тебя не прощу!

— Я знаю, — тихо сказал он. — Знаю, принцесса.

— НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК!

— Гермиона! Мерлин, что происходит?! — ворвалась в башню Джинни, подлетая к подруге.

— Джинни, — всхлипнула Грейнджер и стиснула ее в объятиях.

— Что ты сделал? — перевела полный презрения взгляд на Малфоя девушка.

— Разбил сердце, — ответил парень, вытирая кровь с виска.

— Проваливай! — закричала Джинни, глаза ее горели от слез и ярости.

— Ей плохо, — попытался подойти Драко.

— Потому что ты рядом! — рявкнула она, выставив руку. — Пошел нахуй отсюда, я сказала!

Простояв еще пару секунд в прострации, Драко двинулся к выходу и скрылся в темноте лестницы.

Джинни гладила подругу по голове, приговаривая, что все будет хорошо, что она со всем справится. Минут через пять, когда рыдания стали тише, а дыхание хоть как-то выровнялось, Гермиона медленно отстранилась.

— Милая, посмотри на меня, — прошептала Джинни, поднимая заплаканное лицо подруги. — Что он сделал?

— Он выбрал ее... То кольцо, он отдал его Дафне, — еще сильнее заплакала девушка.

— Не может быть, — послышался ошеломленный голос Блейза.

Он появился в проеме двери, рядом стоял Гарри с Картой Мародеров в руках.

— Ты говорил, что он не такой! — вскинулась Джинни со слезами на глазах. — Блейз, ты уверял меня, что он влюблен в нее!

— Но я... он любит Гермиону, — пробормотал Забини, ничего не понимая. — Я клянусь... я...

— Да ты что? — зло усмехнулась Джинни. — Похоже на то, что он ее любит?! Он сделал предложение Дафне!

— Что?! — широко открыв глаза, воскликнул Поттер.

— Мерлин... — выдавила Гермиона, приложив руку к губам. — Меня сейчас... вырвет...

— Давай, — начала ей помогать подняться Джинни. — Гарри, помоги мне!

Поттер подхватил Гермиону на руки, быстро спускаясь в сторону ближайшей ванной, пока Джинни бежала рядом держа подругу за руку.

Когда Блейз шагнул за ними, Джинни резко обернулась и выставила вторую руку, как барьер.

— Даже не смей! — посмотрела она на Забини с разочарованием в глазах. — Даже не смей.

Когда гриффиндорцы скрылись в темноте лестницы, Блейз понесся вниз, схватив карту Мародеров и ища глазами Драко. Он бежал, не разбирая пути, пока не ворвался в гостиную Слизерина, полную смеха, шума и хлопков шампанского. Он подлетел к лучшему другу, который, по всей видимости, только вошел в помещение в надежде забрать алкоголь.

— Ты ебнулся?! — прорычал Забини, перехватывая его за лацканы и прижимая к ближайшей колонне.

Все перевели озадаченные взгляды на друзей, пока Забини нависал над Малфоем, хаотично бегая глазами по лицу блондина, который молчал. Блейз ничего не слышал — только гул крови в ушах и собственный бешеный голос:

— Что ты, блять, творишь?!

Драко не отвечал, все еще смотря на него пустым взглядом.

— Как ты мог? — сорвался на шепот он, заглядывая в глаза друга. — Почему?

— Блейз, — устало ответил Драко. — Сделай это, пожалуйста.

— Всенепременно, — прорычал мулат и с хрустом врезал кулаком прямо в челюсть друга.

Толпа ахнула. Драко завалился назад, еле устояв на ногах, и прижал руку к носу — кровь потекла между пальцами.

— Блейз, ты что творишь?! — подбежала к парням Дафна, пытаясь взять лицо жениха в руки, чтобы оценить ущерб.

— Не трогай меня, — прошипел Малфой, резко оттолкнув невесту.

Параллельно с этим Пэнси мягко оттянула от него Забини, смотря на него заплаканными глазами с мольбой.

— Пожалуйста, не надо, Блейз. Ты не понимаешь, — текли слезы по ее щекам.

— Какого хера, Дафна?! — перевел взгляд полный ярости на однокурсницу мулат. — Что происходит?!

— А что происходит? — невозмутимо ответила она, вытирая дрожащие пальцы о подол платья — У нас через неделю свадьба. Мы будем тебя ждать, Блейз.

— Через неделю? — расхохотался Забини истерическим смехом, но через пару секунд заорал: — Вы что, блять, ебнулись оба?!

В этот момент дверь в гостиную Слизерина затряслась от удара, заставив стены задрожать, а книги посыпаться с полок. Через секунду все повторилось, а затем — третий оглушительный взрыв разнес каменную дверь в общежитие.

Среди вороха пыли и осколков стоял Гарри Поттер.Он не отрываясь, не дыша, смотрел прямо на своего бывшего-нынешнего-школьного-врага. Гриффиндорец сделал шаг, под десятком взглядов затихших слизеринцев и медленно двинулся в сторону Драко, который не сводил с брюнета глаз.

— Гарри! — попыталась подойти к нему Пэнси, но была остановлена Блейзом, который схватил ее за руку и оттянул назад от Поттера, который выглядел так, будто готов на убийство.

Поттер подошел вплотную к Драко.

— Я пришел тебе сказать, Малфой, — тихо сказал он, несмотря на то, что его трясло от ярости, — что твой отец, наверняка, тобой гордится. Ведь ты такой же ублюдок, как и он.

Драко стоял неподвижно. Даже не дернулся.

— Ты, блять, говорил мне, что не сделаешь ей больно намеренно, — закричал он на пределе своих возможностей. — Я хочу тебя сейчас убить даже больше, чем хотел покончить с твоим Хозяином, гребаный ты моральный урод! — он резко вскинул палочку и вжал ее в подбородок Драко, приподняв тому голову.

Драко не моргал, не пытался вырваться.

— Но я этого не сделаю, знаешь почему? — прищурился Поттер.

— Почему? — ровным тоном ответил Драко с полной апатией в глазах.

— Потому что та девушка, которой ты разбил сердце. Моя лучшая подруга, которую ты уничтожил сегодня, умоляла меня не трогать тебя, — зло ухмыльнулся он. — И знаешь, она права. Но не из-за того, что такую грязь, как ты, и руками не хочется касаться — а потому что я не смогу сделать тебе больнее, чем ты сегодня сделал себе.

Он резко толкнул палочку сильнее, как будто желая проткнуть ему череп.

— Хочешь предсказание, Малфой? — растянул губы в жуткой улыбке гриффиндорец. — Сегодняшний день — день, когда ты совершил самую большую ошибку в жизни. Представляешь? Не тогда, когда получил метку. Не тогда, когда чуть не убил Дамблдора. И даже не тогда, когда впустил в школу Пожирателей. Нееет, — покачал головой Гарри. — Сегодня. В день, когда лишился единственного человека, который тебя любил. Ты и сам знаешь, что тебе так больше не повезет, Малфой. Я не прикончу тебя сегодня, ведь ты уже мертв, — оттолкнул его Гарри и вышел в полной тишине.

— Не слушай его, дорогой, это просто... — подала голос Дафна, но вынуждена была замолчать, когда Драко перевел на нее такой взгляд, что волосы девушки встали дыбом, а ноги обдало могильным холодом.

— Если кто-то подойдет ко мне ближе, чем на милю... — прошипел он. — Я кину в него Круциатусом.

Он взял бутылку огневиски со стола, не глядя, и ушел через разрушенный проем, не оборачиваясь.

***

Спустя пять дней

Часы неотвратимо констатировали, что секунды уплывают в прошлое. Гермиона лежала на широкой деревянной кровати на Гриммо, уставившись на балдахин с полной апатией во взгляде. С выпускного прошло... с утра Гарри вроде бы говорил, что уже пять дней.

Девушку это не волновало.

Ее вообще больше ничего не волновало, ведь что вообще может интересовать мертвого? А Гермиона Грейнджер умерла на Астрономической башне в тот вечер.

«Поистине проклятое место».

Она не пошла на экзамены — было плевать. На тумбочке лежал ворох писем, но желания читать их за эти дни так и не нашлось. Стремлений не было вообще. Гермиона даже вспомнить не могла, что значит хотеть чего-то.

Она никого не могла видеть, только Кикимер приносил ей еду, даже не пуская язвительных и расистских комментариев по поводу крови волшебницы — видимо, она выглядела уж очень хреново. Гарри заглядывал по утрам, чтобы убедиться, что подруга еще дышит, и она была ему благодарна за это. Он и сам был похож на человека, которого перемололи, обожгли и собрали обратно как могли.

Она бы продолжала лежать в позе эмбриона еще неделю, но, видимо, ее нервы настолько истончились, что организм сдался. Влетев в ванную, она упала на пол перед унитазом, и те три жалкие ложки йогурта, которые вынудил ее утром съесть Поттер, вернулись назад. Не грациозно поднявшись с пола, девушка вошла в душ впервые с ночи выпускного и, сидя на каменном полу кабинки под струями воды, даже не могла найти сил, чтобы заплакать.

Наверное, у человека есть какой-то лимит слез, и, когда черта пересечена, то у него забирают и это: возможность оплакать то, чего лишился еще раньше.

Вытерев волосы полотенцем, Гермиона вернулась в комнату и натянула чистую футболку, которую оставил Гарри. За время ее отсутствия на столе появился суп, который довольно неплохо пах, а живот издал громкий голодный вой. Сдавшись, девушка села и коснулась губами первой ложки, параллельно косясь на письма.

Отложив приборы, она начала перебирать конверты: Хогвартс, Отдел Магических Популяций, пять писем от Макгонагалл и одно от... Нарциссы. В ней поднялась такая волна гнева, что тарелка полетела на пол, а письмо было разорвано в клочья. Тяжело дыша, она вцепилась в стол, чтобы побороть головокружение от таких резких движений.

— Гермиона! — рядом раздался голос Гарри.

Он подскочил, подхватив ее под локоть.

— Я же просил сказать мне, когда ты решишь встать. Ты съела один йогурт за пять дней — надо было позвать меня.

— Эта сука еще смеет мне писать, — прошипела гриффиндорка, откидываясь на подушки.

— Кто? — насторожился Поттер, не отпуская ее запястья.

— Нарцисса.

— Что пишет?

— Я не знаю, — отрезала она, стирая тыльной стороной ладони что-то, что могло бы быть слезой. — Я раскромсала письмо от этой лицемерной чистокровной предательницы.

Гарри молча кивнул и повернулся к двери.

— Кикимер, принеси еще порцию, — позвал домовика Гарри, смотря на разбитую тарелку супа на полу.

Через минуту суп был подан, и Гарри поднес ложку к ее губам, но Гермиона отвернулась.

— Гарри, я не хочу.

— Гермиона, пожалуйста, просто сделай как я прошу. У меня нет на это сил, — обреченно прошептал Поттер.

Гермиона перевела взгляд на лучшего друга и только сейчас заметила как хреново он выглядит: темные круги под глазами, недельная щетина, взлохмаченные грязные волосы.

— Ты нашел ее? — почти неслышно спросила она.

— Нет, — прикрыв глаза, ответил Поттер.

— Они друг друга стоят, — ухмыльнулась Гермиона со злостью. — Эталонные представители своего факультета. Что там Блейз? Его тоже Джинни с собаками после выпускного ищет?

— Нет. Они у него, — пожал плечами Гарри. — Хоть у кого-то все нормально.

— Он не знает, где Пэнси?

— Нет.

— Может он может спросить у... — вздохнула Гермиона не в силах произнести то самое имя.

— Блейз сказал, что они не общаются.

— Ну, может, на свадьбе пересекутся, — зло хмыкнула девушка.

— Он сказал, что не пойдет.

— Ты будешь продолжать ее искать?

— Да.

— Как знаешь, — равнодушно пожала она плечами.

От этого жеста чуть приподнялась футболка, открыв костлявую линию ключиц.

— Тебе надо сдать экзамены, Макгонаггал завалила меня письмами, — снова поднес ложку ко рту девушки Поттер. — Ты можешь сделать это завтра.

— Хорошо, — кивнула Гермиона, съедая еще ложку. — Завтра с утра сдам. Достань мне, пожалуйста, порт-ключ до Австралии. Я не могу здесь находиться.

— Я предполагал, что ты захочешь отвлечься — уже заказал, — мягко ответил он.

— Нет, Гарри, — покачала она головой. — Ты не понял. Я не вернусь.

— О, — только и смог выдавить из себя Поттер.

Она слабо улыбнулась и, протянув руку, обняла его, вжавшись в плечо.

— Спасибо, — прошептала Гермиона. — Спасибо, что ты рядом. Прости, что я не в состоянии тебя поддержать.

— Я все понимаю, Гермиона, — сказал он, осторожно гладя ее по спине. — Не думай об этом.

***

— Гермиона, — взяла ее за руки директор, как только гриффиндорка вошла в кабинет, — вам уже лучше?

— Нет. Давайте покончим с экзаменами, — отстранилась девушка. — Простите, я не настроена на светскую беседу.

— Я понимаю, все готово. Прошу за мной.

Спустя четыре часа, сдав все пергаменты, и на автомате сварив зелье на «Превосходно», Гермиона перенеслась на Гриммо. Она сразу нашла глазами Поттера, который сидел с нечитаемым выражением лица и пялился в газету.

— Привет, — поздоровалась она. — Что там у тебя?

— Ничего, — резко убрал за спину корреспонденцию парень.

— Очень убедительно, — фыркнула она. — Но мне, к счастью, плевать. Я поднимусь за вещами.

Спустя полчаса Гермиона спустилась вниз, держа в руке бисерную сумочку, куда сложила всю одежду, что у нее осталась, после того, как гриффиндорка спалила все наряды от Нарциссы. Она слышала шум воды, раздающийся из ванной, когда вошла на кухню, и, присев на стул, покосилась на сегодняшний выпуск «Ежедневного пророка».

Шестое чувство в истерике кричало, чтобы она не открывала газету, но Гриффиндор не прислушивался к инстинктам. Она развернула страницу — и время остановилось. Карамельные глаза встретились с лунными, которые смотрели на нее с колдо.

Драко Малфой стоял у арки из белоснежных лилий, обнимая за талию Дафну Гринграсс, которая была одета в белое платье и счастливо улыбалась.

В семье Малфоев пополнение

Сегодня, четвертого июня, мрачный Мэнор открыл свои ворота для поистине светлого праздника: единственный наследник рода Малфой связал себя узами брака со своей однокурсницей Дафной Гринграсс (ныне — Дафной Малфой).

Новость всколыхнула все магическое сообщество, ведь еще неделю назад вся Британия была убеждена, что наследник чистокровного рода состоит в романтических отношениях с Героиней войны — магглорожденной волшебницей Гермионой Грейнджер. Их роман весь год не сходил со страниц газет, а наша редакция принимала ставки, поженятся ли бывшие враги. Что ж, лично моя сработала.

Тем не менее, такая поспешная свадьба вызывает искреннее недоумение, ведь еще на выпускном мисс Грейнджер и мистер Малфой были парой!

«Мы всегда были предназначены друг другу и знали, что в конечном итоге будем вместе, — рассказала нам новоиспеченная миссис Малфой. — Этот год был сложным, так как наши отношения претерпевали непростой период, но жизнь встала на круги своя, когда мы осознали, что никто в мире не подходит нам лучше».

«Я с детства знал, что Дафна — моя будущая жена. Мне надо было пройти определенные уроки, чтобы принять, что наш союз единственно возможный. Я благодарен за весь опыт, который привел меня в сегодняшний день», — поделился Драко Малфой.

У Гермионы в ушах зазвенело, но она продолжила читать:

«Я рада присутствовать здесь, и, как мать, с нетерпением ждала дня, когда смогу увидеть своего единственного сына у алтаря. Мы счастливы принять Дафну в семью», — прокомментировала решение сына леди Малфой.

Праздник поистине великолепен: все же свадьбы семей такого уровня — событие, которое может только восхитить. Мы всей редакцией поздравляем молодую пару, а также передаем свои наилучшие пожелания скорейшего выздоровления Гермионе Грейнджер, которая, как сообщают наши источники, даже не пришла на выпускные экзамены, что совершенно не свойственно умнейшей волшебнице современности.

Видимо, болезнь принцессы Гриффиндора действительно серьезна, однако переживать не стоит — ведь от разбитого сердца еще никто не умирал.

Рита Скитер,

Пишу этот материал, чокаясь за молодых!

Она медленно отложила газету. Очень аккуратно. Как будто боялась, что если пошевелится — развеется по воздуху также, как Волдеморт.

— Тебе не стоило это читать, — произнес Гарри, стоя в дверях.

Он откинул мокрые волосы со лба, и его взгляд был осторожным, как у того, кто приближается к дикому зверю.

— Мне много чего не стоило делать, — педантично сложив газету, ответила Грейнджер и встала со стула с каменным лицом.

— Готова? — протянул ей порт-ключ, завернутый в платок, Поттер.

— Готова, — коснулась зеркальца Гермиона и пропала с хлопком.

Меня мог сбить трамвай, 

внедорожник на МКАДе,

пьяный мотоциклист.

Я могла бы попасть под поезд, Бога ради,

просто не глядя — вперед и вниз.

Убить током, сгрызть волком, банально — упасть.

Со мной могла случиться любая беда, напасть:

грабитель с ножом в переулке, 

случайный выстрел, 

разборки в гетто.

Я могла бы пропасть в дурке, 

в походе, в болоте, 

умереть от инфаркта

во время крутой оперетты.

Но у дьявола были особые планы, 

он оказался мнительным — я понадобилась живой.

Чтобы сгинуть мучительно,

он просто взял и познакомил меня с тобой.

Продолжение следует...

______________________________

Парам-парам-пам🤷🏻‍♀️ не этого вы ожидали, скорее всего.

Пожалуйста, не орите на меня🙈 Я все и так знаю.

Есть и хорошая новость: продолжение уже в статусе "завершено". Прежде чем перейти по ссылке, поделитесь впечатлениями об этой главе. Ладно, вы все же можете на меня наорать (*обреченный вздох, полный понимания).

А еще я буду рада вашему лайку за мои старания: знаю, что читать это было тяжело, но писать... ничуть не легче, вы уж поверьте.

Оставили отзыв?

Точно?

Уверены?

Что насчет лайка?

Тогда добро пожаловать в «Малфой. Грейнджер. Правда»: