21. У Всего Бывают Последствия

Аккуратно! Остросюжетная глава с элементами насилия.

Равнодушно смотрю на полицейского, который меня уже в течении двух часов расспрашивает о мотивах моего поступка. В допросной до одури душно, а голые белые стены раздражают, как и мужчина в форме, нервно постукивающий ручкой по столу.

Даже имя его не запомнила... Да и зачем? Говорить я с ним не собираюсь. Юрий Алексеевич, папин юрист, ясно дал понять по телефонному звонку, чтобы держала рот на замке.

Молчаливо отвожу взгляд на ноутбук, на котором очередной раз проигрывает видео с университетского двора. Смотрю на себя со стороны и внутренне не верю, что это действительно я. Но это я, ведь больше некому устраивать подобное фаершоу посреди учебного дня возле крыльца престижного университета.

Эмоционально отпустило, как только меня привели в участок. Причем нам сорвали лекцию посреди пары, а заявившиеся полицейские назвали мою фамилию и попросили пройти с ними. В шоке были все студенты ещё не отойдя от инцидента, произошедшего часом ранее, как уже стало понятно, кто именно стал виновником торжества.

Да уж, репутация у меня теперь весьма впечатляющая. Всем сердцем и душой надеюсь, что его это всё задело и подкосило. Хотя, учитывая, что заявление на меня он настрочил моментально, красноречиво говорит о его ярости. Что же, меня устроят любые его эмоции. Пусть думает обо мне как можно больше и чаще.

Интересно, теперь он понял, что оскорблять меня - равно вредить самому себе?

- Госпожа Авдеева, я понимаю, что вы ждете юриста, но поверьте мне, в такой ситуации - он бессилен. Вы не подозреваемая, а обвиняемая. Вы понимаете меня? Чем быстрее вы заговорите, тем быстрее закончим.

Обвиняемая.. Да. Всем нравится меня в чём-то обвинять, хотя я и не отрицаю, что поступила импульсивно.

Когда пришёл Стас я засомневалась, особенно сильно меня сбивал Тимофей, заговоривший о последствиях. Ковалёву хватило пары фраз, чтобы я не отрекалась от своей безумной идеи и довела дело до конца. Собственноручно - это было принципиально.

Почти не помню, как это случилось. Всё произошло под непробиваемым эффектом адреналина, когда я схватила канистру с бензином и зажигалку, отправившись к одиноко стоящему байку Бессонова. Горел он яростным пламенем, а через время громко, и, во благо без последствия, немного взорвался... Прям как я.

Красивое зрелище, принесшее мне удовлетворение и извращённое спокойствие.

- Вы понимаете, что умышленно уничтожили чужое имущество? За такое нарушение дают от двух лет лишение свободы, - распинается полицейский и тяжело вздыхает, когда я без каких-либо эмоций отпиваю кофе и беру из вазочки печенье. - Пострадавший указал, что вы намеренно это сделали после стычки с его подругой. У меня также есть заявление о том, как вы устроили драку.

- Девушкой, - хмыкаю я, решив всё-таки поправить мужчину.

Полицейский аж выпрямился, услышав от меня первые слова за всё время его монолога.

- Что, простите? - уточняет.

- Не с его подругой, а с его девушкой, - спокойно разъясняю я. - Я тоже хочу написать заявление на эту девушку, можно? - поддаюсь вперед, пытливо уставившись на мужчину.

- Вы издеваетесь надо мной? - не выдерживает полицейский и шлепает ладонью по столу.

Я откидываюсь на спинку железного и неудобного стула, сложив руки под грудью.

- Значит - нет? Почему? Я тоже пострадавшая сторона. Смотрите, как она меня приложила, - указываю на разбитую и зудящую губу. - Ещё и бедро ноет, и голова болит. У меня может быть сотрясение...

- Госпожа Авдеева, посидите пока здесь и подумайте о своих поступках. Кофе ещё желаете? - полицейский поднимается, учтиво замечая, как моя вторая чашка кофе опустела.

- Несите, - пожимаю плечами. - И печенье, если можно.

Мужчина, с полыхающей злостью в глазах, просто кивает и выходит из допросной комнаты, а за ним громко хлопает железная дверь.

Я откидываю голову назад и смотрю на выбеленный потолок, тяжело вздохнув. Копчик болит, и задница тоже... Такие неудобные стулья - противозаконно! Абсолютно неудобно сидеть на таком стуле и принимать тот факт, что меня ждёт перспектива судебных разбирательств.

Интересно, а суд учтет тот факт, как со мной обошелся этот самый пострадавший? Дома, в тумбе у кровати всё ещё лежит доказательство потери моей девственности с экспертизой... Надо с юристом посоветоваться.

Губы искажаются в ухмылке. Но ухмыляюсь не долго, когда губы начинают дрожать, а на глаза выступают слезы от усталости. Прикрываю веки и думаю, кого именно я наказала своим безрассудным поступком. Бессонов этим заявлением, как очередной плевок в лицо, показал, что ему безразлична моя месть.

Месть... Да, это не было наказание. Эта была оголенная и яростная месть, которая уже проникла в мои вены и жаждала свежей крови.

Двери распахиваются, и мужчина в форме возвращается, став у стола. Смотрит на меня несколько растерянно, поджимая губы.

- За вас внесен залог и оплачен ущерб. Я свяжусь в Господином Бессоновым и обговорю с ним его требования, затем вызову вас в участок. Пока вы свободны, но настоятельно прошу не покидать город. Можете идти, Госпожа Авдеева.

Я удивленно дергаю бровью.

- А как же два года лишения свободы? - встаю, разминая затекшие ноги и онемевшую задницу.

- Вы свободы, Госпожа Авдеева, - с нажимом повторяет мужчина, приглашающим жестом указав на дверь.

- Отлично! - всплескиваю руками, понимая, что он не издевается надо мной, как я над ним последние два часа. - Спасибо, Господин полицейский, - хлопаю его по предплечью, потому что до плеча едва можно дотянуться.

Поздно понимаю, как я охамела, судя по его взгляду, поэтому срываюсь с места и выхожу из допросной комнаты.

Мне вручают мои вещи, и я одеваюсь, оглядываясь. Родителей нет, как и самого юриста. Кто же внес залог? Или уже можно все проблемы решить на расстоянии?Задумчиво выхожу из полицейского участка и замираю истуканом. Напротив полицейского участка стоит Ковалёв, выкуривая очередную смердящую сигарету, облокотившись на свою машину.

- Как повеселилась? - довольно хмыкает парень, осматривая меня с ног до головы. - Хотя не отвечай. Мне пришлось ещё накинуть пару тысяч больно проворному фараону. Знатно ты его потрепала, Принцесса.

До меня смысл его слов доходит не сразу. Подхожу ближе и с таким же вниманием осматриваю Стаса.

- Это ты выкупил мою свободу?

- Я, Принцесса, - заявляет с особым ликованием. - Не парься. В наши дни деньги решают абсолютно всё. Прокатимся?

От чего-то хочется сделать шаг назад, и я едва сдерживаю в себе этот порыв. Сердце волнительно пропускает удар в груди, предостерегая. Стас, конечно, приятно удивил, но сейчас я должна обо всём подумать и разложить по полочкам свои мысли.

- Подкинешь домой? - прощупываю почву. - Боюсь, с предками предстоит долгий разговор.

- Я говорил с твоим отцом в универе. Твоего папашку знатно потаскали в деканате. Я заверил его, что волноваться не о чем и это наши личные разборки. Ты ведь уже большая девочка и должна отвечать за свои слова и действия, верно? - лукавый взгляд пробежался по моему лицу.

- Папа... - спотыкаюсь на слове, нахмурившись. - Он должен был прислать юриста.

- Он сейчас в другом городе и приехал бы только к позднему вечеру. Мы договорились с твоим отцом, что уладим всё сами. Да и сама ситуация предполагает только залог и оплату ущерба. Я ему уже позвонил и сказал, что ты свободная птичка. С универом тоже всё в порядке, не парься. Отчисление тебе не грозит, хотя выговор будет, - пожимает плечами Стас и откинув окурок, открывает для меня дверцу машины.

Моя заминка привлекает внимание Ковалёва, и он облокачивается локтем на дверцу.

- Чего мнешься?

- Чего ты хочешь?

Смотрим друг на друга и я чувствую себя неуютно. Этот коршун стоит надо мной, как над несчастной мышей и точно не располагает к себе.

- Свидание, - прямо отвечает Стас без каких-либо утаек и от сердца отлегает.

- Мне нужно к нему подготовиться. Я выгляжу неважно и очень устала. Давай в другой раз? - мило улыбаюсь и доверчиво заглядываю в его глаза.

- В машину, Принцесса, - повторяет Стас, с нажимом.

Стиснув зубы, сажусь в машину. Он садится за руль, но не спешит ехать, внимательно на меня посмотрев.

- Давай закончим этот день на позитивной ноте? Я всего лишь хочу отпраздновать нашу идеальную месть, которая никого не оставила равнодушным.

- Я только что вышла из допросной. Моё лицо в принципе не располагает к позитивной ноте и празднованию, - заметила я с укором.

- Ничего страшного. Заедем в салон и твоё миленькое личико быстро поправят. Затем... Переоденешься, - он оборачивается, и я инстинктивно тоже, обнаружив на заднем сидении несколько брендовых пакетов. - Поедем в хороший ресторан и поужинаем. Не хмурься, Принцесса. Нет такой войны, в которой победители не празднуют.

Несмотря на его обезоруживающую улыбку, взгляд у него достаточно холодный и категоричный. Шансов выкрутиться у меня нет. Пока нет.

Тяжело вздыхаю и откидываюсь на мягкое сидение машины.

- Ладно, газуй уже.

- Вот и славно, Принцесса.

***

Стас решил посетить ресторан в нескольких километрах от нашего города, что меня, несомненно, раздражает. Ресторан находится в развлекательном комплексе у леса, и вид, конечно же, открывается впечатляющий. Здесь в принципе не к чему придраться, кроме того, что моё мнение не учитывалось.

Парень предусмотрел абсолютно всё. Даже одежду, ценник которой заставил внутренне передернуться. Но это было лишь необходимостью, ведь в такие места не ходят девушки после драки с расчесанной губой и взъерошенными волосами, у которых на рукавах пальто запекшаяся кровь.

В салоне всего за час убрали почти все последствия сумбурного дня. Губы, правда, всё ещё пекут и видна ссадина, но её вид смягчил розовый блеск. Волосы идеально уложены в легкой завивке, а черное кожаное платье с провокационной молнией сзади, мне очень даже понравилось. Каблуки, правда, неудобные. Шпилька мне в принципе не особо нравится, но отлично дополнила образ.

- Какая-то ты больно задумчивая и унылая, - делает мне замечание Стас, подливая в мой бокал шампанское. - Не нравится блюдо?

- Всё замечательно, спасибо, - киваю и тянусь к прохладному напитку, который приятно охлаждает моё напряжение. - Кухня здесь тоже хорошая. Надо отдать должное шефу... Даже капуста на вкус и вид, как шедевр.

- У шефа две звезды Мишлен, - кивает парень, продолжая терзать ножом розовое каре ягненка. - Ты уже звонила родителям?

- Нет, - пожимаю плечами. - Отключила телефон.

- Они не будут волноваться? - он недоверчиво сузил глаза.

- Ты же всё решил и позвонил моему отцу, - напоминаю я.

- Я думаю, что им необходимо услышать что-то от дочери, а не от незнакомого парня. Позвони, - он кивает на мой отключенный телефон, который чисто по привычке лежит на столе.

- Сейчас? - удивленно переспрашиваю.

- Конечно. Не стоит их волновать, - убеждает меня Стас. - Можешь выйти на террасу и комфортно там поговорить. Только не забудь надеть пальто - замерзнешь, - наставляет меня Стас, чем, несомненно, приятно удивляет.

- Ладно. Ты мне закажешь десерт? - интересуюсь я, прежде, чем уйти.

- Конечно, - он растягивает губы в улыбке. - Сладенькая любит сладенькое? - насмешливо сверкает взглядом.

- Бери самое сладкое, которое только найдешь, - ответно улыбаюсь, и взяв телефон, иду через гардеробную на террасу.

Несколько минут не решаюсь набрать номер мамы, рассматривая заснеженный лес, который обвешан уличными фонарями. Здесь по-особенному красиво и приятно. Но не красота природы заставляет выдержать паузу перед звонком, а усталость и отсутствие желания скандалить.

Телефон в моих руках звонит сам, отсекая возможность собраться с мыслями.

- Господи, Василиса, меня едва сердечный удар не хватил! - сетует мама, встревоженно всхлипывая. - Что происходит? Где ты? Почему ты не вернулась домой? Я же волнуюсь, детка. Отец мне звонил, рассказал... С тобой всё в порядке?

Несколько секунд торможу, не привыкшая слышать материнское волнение без резких претензий и жестких высказываний в мой адрес.

- Не волнуйся. Всё в полном порядке. Я сейчас с другом, мы немного... Разговариваем. Тяжелый день был и мне нужно собраться с мыслями. Прости, что заставила тебя волноваться.

- Но ты же вернешься домой? - испуганно спрашивает мама. - Пожалуйста, Василиса... Не думай, я не стану ругать или спрашивать о чём-то, если ты сама не захочешь говорить.

От подобного разговора и маминых слов я чувствую вину. Нужно было позвонить раньше.

- Да. конечно. С чего бы мне ночевать непонятно где? - успокаиваю я маму.

- А этот друг... Ты с Кириллом?

- Нет. Не говори больше о нём со мной. Никогда, - черствею я, когда ощущаю болезненный укол в сердце. - Этот друг из моего университета. Просто общаемся, ничего большего.

- Хорошо, Василиса. Я жду тебя дома, ладно?

- Не стоит. Ложись спать. Возможно, я ещё задержусь на час или два, - предупреждаю я маму, которая шумно дышит в динамик телефона.

- Да-да, спасибо, что сказала. Но я всё равно тебя жду... Вот даже блинчики испекла и карамель с арахисом сделала. Ты же любишь, да? - я улыбаюсь. Приятно, когда обо мне волнуются, а не отчитывают.

- Люблю. Приду и всё съем, обещаю. Извини, мамочка, мне нужно идти, - мы прощаемся, и я отключаю звонок, с облегчением выдыхая.

Наша последняя ссора отлично расставила приоритеты для мамы. Не скажу, что я рада всему случившемуся, но в этом определенно есть свои плюсы.

Я вздрагиваю, когда телефон снова звонит в моих руках, отвлекая от раздумий. Смотрю на номер папы и не решаюсь ответить или скинуть звонок. Общаться с ним нет никакого желания, особенно, когда он на протяжении такого долгого времени не удосужился со мной связаться. Ему важная его новая женщина, а не я с мамой. Вот уж кто расставил приотритеты!

- Чего не отвечаешь? - я оборачиваюсь на Стаса, который выходит из-за моей спины и облокачивается на мраморные перила.

Непонимающе смотрю на парня. Сколько он так стоял за моей спиной? Жуть, как он тихо подкрался!

Отключаю звук и прячу телефон в карман нового пальто, устремив взгляд в зимний лес. Всё-таки сегодня худший день для какого-либо праздника, потому что во мне скопилось слишком много напряжения. А ещё я ослабла морально, чтобы веселиться или что-либо обсуждать.

- Он ушёл из семьи, - кратко отвечаю я.

- Ты злишься на него? - Стас подкуривает сигарету, пытливо прожигая взглядом мою щеку.

- Злюсь, - соглашаюсь я.

- Он тоже в твоём черном списке? - его любопытность заставляет перевести взгляд и посмотреть в глаза парня.

- Предлагаешь ему тоже отомстить? - спрашиваю я в ответ, замечая его нездоровый интерес.

- Твой отец - мужчина. Мужчин уводят женщины, - рассуждает Стас. - Хочешь, я сделаю так, чтобы его шлюху уволили из универа?

Нервно сглатываю.

- Мне это не за чем, - осторожно отвечаю я. - И нам в это лезть не стоит.

- Как скажешь, Принцесса, - соглашается Ковалёв и внезапно хватает меня за талию, припечатав к своему телу. Я, отведав сигаретного дыма, морщусь, что не скрывается от Стаса. - Прости, - он тушит окурок об слой снега на перилах и достает из кармана пластинку мятной жвачки. - Надо завязывать, чтобы соответствовать Принцессе, - задорно ухмыляется парень.

Я хочу отстранится, но Ковалёв залезает руками под распахнутое пальто и крепко сжимает меня за бедра, не позволяя сдвинуться с места. Поздно осознаю, что тоненькое платье и его брюки не скрывают выпирающую эрекцию парня. Вздрагиваю и поднимаю взгляд, различая обжигающую похоть в его глазах.

- Да, ты меня возбуждаешь, - нахально подтверждает Стас.

- Я чувствую.

- Нет. Ты почувствуешь, когда я его в тебя вставлю, - его ладонь опускаются мне на задницу, крепко сжав. От неожиданности я встаю на носочки и мои туфли скользят по кафелю, из-за чего я хватаюсь за его плечи, прижавшись к нему своей грудью. - Правильная реакция, Принцесса.

Я смотрю в его глаза, которые стают хищными в свете фонарей и ощущаю подступающую панику. Стас отворачивается и выплевывает жвачку. Теперь он смотрит на меня с голодным желанием.

Одна из его рук отправляется вверх по моему телу, минуя живот и обводя грудь, ощутимо опустившись на затылок. Понимая его намеренья, действую инстинктивно - отвлекаю его.

- Ай! - жалобно хнычу, едва он попробовал приблизить свои губы к моему лицу. - Я туфельку потеряла... - отворачиваюсь в поиске своей обуви, отчетливо услышав над ухом раздраженное цоканье языком.

Стас показательно-неохотно отпускает меня и я, качаясь на одной ноге, смотрю вниз. Парень берет мою руку и поднимает на своё плечо, при этом опускаясь возле моих ног. Поднимает туфельку и возвращает её на место, при этом скользя рукой от моей лодыжки до коленки.

- Вернемся? Я уже замерзла, - благодарно улыбаюсь и не давая возможности парню возразить, подхватываю его под локоть и веду в ресторан.

Ситуация между нами заметно накаляется. Я понимаю, чего он хочет и стараюсь держать расстояние, а он молчаливо осознает мои выверты, намеренно игнорируя моё желание ускользнуть из его рук.

Немое сопротивление с моей стороны и явное давление с его - не нравится ни ему, ни мне.

Заканчиваем ужин в бессмысленной болтовне. В желании отвлечь Стаса от мыслей и ситуации на террасе, мой рот не закрывается. Я хватаюсь за любую тему разговора, стараясь расположить парня к себе и дать понять, что я не против ухаживаний, несмотря на то, что уже отчаянно продумываю план отступления по дороге домой.

А думать нужно, ведь по его открытому взгляду, который он не скрывает, я читаю полыхающую похоть. И хоть он сейчас спокойно со мной разговаривает, вставляет шутки и поддерживает нашу беседу, я понимаю, что он запросит большее. Сегодня.

Когда садимся в машину, я чувствую себя смелее в словах и действиях. Шампанское ударило в голову и запустило мыслительный процесс, отсекая неуверенность.

- Я хоть и люблю зиму, но дорога вызывает у меня страх. Тебе не страшно ездить по такому катку? - продолжаю я заговаривать его зубы, доставая свой телефон, искоса наблюдая за парнем.

- С чего бы мне было страшно? Я отлично гоняю на Живых холмах, а там, как ты знаешь, больше вероятности разбиться всмятку, - расслабленно отвечает парень, уверенно держа руль.

- Мама волнуется, уже сотню сообщений отправила... - закидываю я свою удочку с наживкой, ожидая клюва.

- Напиши, чтобы не беспокоилась. Сегодня я о тебе позабочусь, - его рука опустилась на мою коленку и стремительно поднялась выше, оказавшись под подолом платья.

- Ты не знаешь мою маму. Любая ситуация доводит её либо до истерики, либо до сердечного приступа, - весело подмечаю я. - Ты же помнишь мой адрес? - улыбаюсь до отвращения угодливо и ласково.

- Конечно, помню, - кивает Стас, и я позволяю себе расслабиться. - Но лучше предупреди её, что сегодня у тебя планы. Не стоит волновать мать понапрасну, - договаривает парень, заставив меня резко, до хруста шеи, повернуть голову.

- Какие планы? - недоверчиво уточняю.

- Ты уверена, что посвящать свою мать о предстоящем сексе - разумно? - остро отвечает Стас, посмотрев на меня с пассивной угрозой и явным предупреждением.

- Но ты же не собираешься сегодня...

- Ещё как собираюсь, Принцесса. И ты тоже собираешься, - перебивает меня парень, крепко сжав мою ногу своими длинными пальцами. - Прекрати рыпаться или увиливать. За тобой должок.

- Но я не готова сегодня, - рассеяно говорю я, с опаской рассматривая парня.

- Я не Бес, Василиса. Со мной эта херня не прокатит и мариновать себя я не позволю. У меня уже член взрывается от стояка, - любые смешинки и мягкость стираются с его лица, а тон рвет пространство на ошметки, как холодное оружие.

Ковалёв снял свою маску хорошего мальчика и этим, несомненно, пугает.

- Да, но...

- Ещё слово и я разложу тебя на заднем сидении машины, - угрожающе рявкнул он, вернув свою вторую руку на руль. - Докатился, блядь. Уже тёлка ломается больше недели и вертит мной, как девственником, - шепчет про себя, но в гнетущей тишине я различаю каждое его слово.

Смотрю на Стаса, словно вижу впервые в жизни и вжимаюсь в сидение от подступающего и леденящего кровь страха.

На глаза неконтролируемо набегают слезы, а губы нервно подрагивают.

- Даже не думай распускать сопли. Меня это бесит, Принцесса. В твоём положении лучше, чтобы я оставался в настроении, - брезгливо окатывает взглядом моё лицо.

- Останови машину, Стас. Я никуда с тобой не поеду, - шепчу я. - Сегодня, - ставлю акцент, чтобы не злить парня и не доводить до крайности. Я вижу, что он сейчас, как пороховая бочка.

- Поедешь, Василиса. Поедешь и сделаешь всё, что я захочу, - утверждает он со злой ухмылкой, оскалившись.

- Останови машину! Сейчас же! - истерично кричу, крепко сжимая ручку машины одной рукой, а второй впиваюсь в сидение.

- Не выводи меня, - несмотря на рычание, он говорит спокойно.

Меня начинает трусить от осознания, что этот ублюдок собирается сделать и что домой он меня точно не отвезет.

- Я сказала останови! Останови! Останови машину! - я кидаюсь к ручному тормозу, и успеваю немного потянуть на себя, из-за чего сбивается скорость и машину начинает заносить.

- Сука, - грубо перехватывает меня за волосы и тянет в низ, из-за чего я изгибаюсь в неестественной позе.

Стас держит крепко и болезненно, когда я пытаюсь убрать его руку, которую остервенело царапаю ногтями.

- Сама напросилась, Принцесса.

Он тормозит, и ощутимо резко съезжает в карман на обочине дороги. Моё тело сотрясает от эмоций. Отпускает меня только когда он отстегивает ремень безопасности и выходит из машины. Действую также, успевая выбраться и встать на ноги, прежде чем он ко мне подойдет.

- Совсем уже крышей поехал? - кричу я, но замахнувшуюся ладонь замечаю слишком поздно.

Оплеуха такая жесткая и неожиданная, что я скольжу по снегу в туфлях и падаю на колени, упираясь в грязный снег руками. Ошалело вздергиваю голову, смотря на отморозка снизу-вверх, слыша в ушах пронизывающий звон. Он облокотился на капот руками и тяжело дышит, пока я прихожу в себя и осознаю, в какой оказалась западне.

Осмстриваюсь по сторонам. Мы одни, в пригороде, на совершенно пустой дороге глубоким вечером.

Жалостливо всхлипываю, ощущая разбитые колени. Пытаюсь встать, но ноги едва меня держат, а каблуки подводят, не позволив мне встать. Я только больше расчесала свои колени об жесткий асфальт с камнями и осколками льда.

- Я хочу домой, - у меня дрожит голос, который превратился в умоляющий шепот.

Ковалёв уже стоит надо мной и смотрит своим звериным взглядом, о чем-то размышляя. По взгляду вижу, что эти размышления ни к чему хорошему не приведут.

- Мы можем это сделать нормально, Стас. Тебе незачем меня принуждать. Я просто не могу сегодня. Слышишь? Не могу, - хнычу я, давая ему новые обещания.Он видит, что я вру ему в глаза от страха, который затянулся на моей шее удавкой. Видит и бесится. Хватает меня одной рукой за волосы и удерживает на коленях, опасно для меня осматривая глухую, темную местность.

- Сможешь. И сегодня, и завтра, и когда я тебе скажу, - жестко припечатывает он, свободной рукой дергая кожаный ремень на своих брюках.

- Ты что делаешь? Стас, ты не можешь этого сделать. Не здесь... И не так! - отворачиваюсь и упираюсь руками в его ноги, пытаясь отстраниться.

- Отчего же? Могу и сделаю. Не заставляй меня прибегать к крайностям. Отсосешь мне и я отвезу тебя домой, - я дергаюсь, когда он вынимает из петель свой ремень. - Не будешь истерить - закончим быстрее.

Он едва приспускает брюки и достает налитый возбуждением член, приблизив моё лицо к своему паху. Я эмоционально захлебываюсь от отвращения.

- Не ломайся. Если упадет от холода - выдеру тебя, как шавку, в машине, - угрожает он, а я поднимаю залитое слезами лицо, содрогаясь в рыданиях.

- Пожалуйста...

- Заебала, - рявкает он и в короткое мгновение кожаный ремень зажимает мою шею в тиски. Я, как скулящая сука, на личном поводке. - Покажешь свои зубы и нахрен все выбью, - предупреждает с особым упоением власти надо мной и давит на скулы с такой силой, что рот против воли открывается. Едва теплый член от холода оказывается в моём рту.

Боюсь не то, что укусить, а даже пошевелиться. Страх парализовал, только тело непроизвольно содрогается от удушливых рыданий.

- Уверена, что хочешь меня вывести из себя? Работай, - он грубо толкается мне в глотку, из-за чего я сжимаюсь и упираюсь ему в ноги, ощущая рвотный рефлекс. Гланды обжигает от боли. - Что, Бессонов забыл научить брать в рот? Тогда я научу... Губы сомкни. Ну? - я зажмуриваюсь и бессильно подчиняюсь, когда петля на шее опасно затягивается. - Языком шевели. Я не собираюсь трахать в рот дохлую рыбу.

Делаю. Делаю всё, что он говорит, лишь бы эта пытка закончилась. Эмоций и чувств так много, что я теряюсь между ними, балансирую только благодаря инстинктам самосохранения.

- Вот так, Принцесса, - одобрительно выдыхает Стас, продолжая остервенело дергать бедрами.

Слезы льются от боли в глотке, от неприятных ощущений тошноты, скручивающие мой желудок и унижения. Кашляю, не в силах вытерпеть подобное издевательство, но Стас ни секунды не дает на передышку.

- Ты можешь взять глубже, я же чувствую это, - заверяет он, потянув за край ремня вверх. - На меня смотри. Глаза, я сказал, открой!

Пришибленно смотрю, замечая в его глазах только звериную ярость и жажду. Он тяжело дышит, иногда прикрывает веки, но продолжает смотреть и получать извращенное удовольствие от моего унижения.

Я теряюсь во времени, когда каждая секунда кажется адовой вечностью...

- Отлично... Отлично, Принцесса, - шепчет он, и схватив меня за затылок, заставляет прижаться к нему так плотно, что мой нос упирается в его пах.

В горло попадает отвратительная и горячая слизь. Я пытаюсь отстраниться, но руки парня с жестокостью удерживаются меня на месте мучительно долгие секунды.

Он отстраняется, сдернув с моей шеи ремень и застегивает брюки. Я сплевываю остатки его вонючей спермы, от которой мой желудок скручивает в рвотном рефлексе. Жду, когда меня вырвет, но меня неожиданно попускает.

Тяжело дышу, низко опустив голову и отчаянно хочу, чтобы меня вырвало. Прямо сейчас. Хочу, чтобы во мне не было следов этого унижения. Хочу... Сдохнуть.

- Поднимайся давай, не то у меня опять встанет и эту проблему придётся решать только тебе, - злорадно потешается Стас, шурша одеждой.

Угроза действует моментально. Даже каблуки в этот раз не подводят, но ноги неистово трусятся, как и руки. Не могу на него поднять взгляд, до одури страшно и отвратительно.

- Садись, - он дергает меня за локоть, и я падаю на сидение машины, теряясь в пространстве. Мне на колени падает пачка салфеток, и следом хлопает дверь, заставляя вздрогнуть.

Он не спешит садиться в машину. Стоит, облокотившись об капот и расслабленно курит, когда я мимолетно цепляю его взглядом. У меня едва получается открыть пачку, вынимая из неё кучу салфеток.

Я судорожно тру лицо, словно его можно отмыть от подобного. Ничего не помогает. Лицо снова и снова заливается горячими слезами, едва я пытаюсь о чем-то подумать. А во рту отвратительно першит от соленого привкуса, не позволяя мне абстрагироваться от мерзких ощущений.

Пугливо дергаюсь и замираю, когда Стас садится в салон и спокойно, будто ничего не случилось, заводит машину.

- Домой или ко мне? - издевательски интересуется, заставляя рвано выдохнуть.

- Д-домой, - едва слышно шепчу я.

- Значит, завтра ко мне, - омерзительно хмыкает это чудовище, а я затравленно поднимаю взгляд. - Хотя нет... У меня дела ближайшие дни. Жди моего звоночка, Принцесса.

Кажется, я забыла, как дышать.