7.

Кирилл:

Долгожданная пятница вызывала во мне облегчение.

Во-первых, сегодня последний день мучений, и мне больше не нужно будет давиться слюной, когда Принцесса изящно вновь станет драить полы. Два дня мои мысли будут принадлежать самому себе, и возможно, я, наконец-то, смогу сосредоточиться на работе. Две тачки стоят уже неделю без какого-либо продвижения!

Авдеева умеет удивлять, а судьба лично гонит её в мои загребущие лапы. Едва я только выстроил стратегию – сблизиться и обелить своё имя, как девушка стала открываться мне с другой стороны… Оказывается, она говорила с полным понимаем того, что в тихом омуте черти водятся!

Принцесса начала появляться в совершенно неожиданных местах. Тогда я увидел Василису, которая сидела верхом на байке Фирташа. Клянусь, я подумал, что перепутал лимонад с алкоголем!

Но эта непредсказуемая чертовка смотрелась уместно на закрытой байкерской вечеринке. Единственный изъян – ей нужен другой мотоцикл, и я точно знаю, что мой подойдет больше. Девочка с примерным поведением, которая сидит на байке и качает головой в такт рок-музыке, вызывало недоумение не только у меня, но и у Стаса.

– Интересно, как ты выкрутишься, если она не девственница, – воодушевился Стас, когда мы оба смотрели на девушку из далека.

– Спор был на разовый секс. Трусов у неё тоже куча, как доказательство, – хмыкаю я себе под нос.

Припоминаю, как бесцеремонно я влез в ящик с её бельем. Тряпки меня не цепляют, а её бешенная и острая реакция – как наркотик по моим венам. Она имеет яркие, взрывные эмоции, которые не удается скрыть даже за бронёй образцового поведения.

Слова Стаса так глубоко въелись в мой мозг, что я не выдержал и сам начал задавать ей вопросы. Слишком уж явный контраст в её поведении и характере… А после того, как Принцесса то взбешенно ощетинивалась и грубила, то зажималась и говорила мягче, я начал догадываться о её изюминке. Принцесса хочет быть бунтаркой, но жутко этого смущается и не решается играть в открытую.

Но в руках мастера любой материал может стать произведением искусства. И кому, как не мне стать для неё мастером? Чем ближе она ко мне, чем больше открывается и чем больше эмоций рядом со мной испытывает – тем я ближе к ней, даже если она это не замечает.

Захожу в шумную аудиторию, впервые за весь день увидев светленькую головку Принцессы, которая напряженно вжалась в стул и нервно крутит карандаш в руке. Меня отвлекают знакомые, приветствуя. Перекидываемся парой фраз, а затем я иду к месту, не изменяя себе. Сидеть за Лисой – чистое удовольствие!

Василиса смотрит на меня своими огромными голубыми глазами, которые завораживают. Я замедляюсь, и не прогадываю. Лиса подрывается с места и натужно улыбаясь, здоровается, как школьница с учителем.

– И тебе привет, – отвечаю спокойно, выжидаю дальнейших предложений. А они точно есть!

Лиса мнётся, глаза бегают по всей аудитории, но ни разу не пересекаются с моими. Она поджимает губы, и долго не решается что-то сказать.

Обхожу её и хочу сесть за стол, провоцируя нерешительную Василису думать резче. Девушка хватает меня за запястье, не давая отстраниться.

– Выйдем на минутку? – шепчет с надеждой в дрожащем голосе.

– Сейчас начнется пара, – не соглашаюсь, искренне заинтригованный в дальнейших действиях Лисы.

– Всего минута, – настаивает.

– Именно. Ты взяла ноутбук? Хочу прочитать курсовую до оценки преподавателя.

Принцесса стремительно смущается, а я резко отвожу глаза, стараясь не сосредотачиваться на эмоциях блондинки. Ох уж этот наивно-девичий взгляд и пунцовые щечки! Я и так уже три недели на сухом пайке, а то, что она так на меня реагирует – это открытая провокация. Но действовать нужно осторожно, и для начала – не на публике. К Василисе нужно приноровиться, вдруг цапнет ещё по причинному месту…

– Прочитаешь, – не отступает. Решительная девочка, всё-таки. – Пойдем. Это важно.

Я выхожу из аудитории. От меня не скрывается то, что Лиса хватает свои вещи и нервно семенит за мной. Василиса ведет меня к окну, за угол аудитории, скрывая нас в коридорном кармане от посторонних взглядов.

– Ты ведёшь себя странно, – складываю руки на груди, оценивая ситуацию.

– Кир… – прошептала она моё имя, а меня внутренне передёрнуло. Зачем она так драматично вздыхает будто мы уже в постели? Я же не железный! – Вышла одна неловкая ситуация… – она заикнулась, сглотнув. Сейчас эта неловкая ситуация случится у меня в паху! – Мне ужасно стыдно, правда! – опускает голову, как провинившийся ребенок. Я весь во внимании и даже в предвкушении! – Я не подготовила курсовую на проверку, – практически прошептала она, сознаваясь в своём тяжелом преступлении.

Я упрямо молчу, заставляя её ещё больше нервничать. Пока Лиса стоит с опущенной головой, я едва сдерживаюсь от громкого и искреннего смеха. Подвожу глаза к потолку, благодаря Господа за то, что так изощрённо мне помогает.

Мне остается только правильно подвести её к верному решению и быть рядом. Ну что, почти-бунтарка, надеюсь игра стоит пряников!

– Это не мои проблемы, Лиса.

Она изумленно уставилась на меня, как на настоящего беса с рогами.

– У тебя тоже отличные оценки. Так что да, это не твои проблемы… Это наши проблемы, – разъяснила она мне ещё раз, как можно доходчивей.

– Послушай меня, Василиса, – я делаю шаг к ней, склонившись над её головой, – если ты получишь ниже отлично, можешь больше не приходить на работу. Ты же помнишь, что я тебе говорил по поводу успеваемости? – перехватываю её подбородок пальцами, и смотрю в наивные глаза. В моих же она точно видит, как бесятся черти.

– Пожалуйста, Кирилл, – взмолилась она, понимая, что не сможет получить хороший бал за невыполненную работу. И это чертовски логично! – Этого больше не повторится. Я обещаю. Сделай что-нибудь. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста...

Кто-то умело хочет переложить ответственность на чужие плечи!

– Сделать что-нибудь? – я задумчиво осмотрелся, затем склонил голову, внимательно разглядывая Василису. – Я могу больше, чем что-нибудь, Лиса…

Я позволяю себе сорваться, ощущая, что пока Василиса в полнейшей растерянности, я могу себе позволить большее.

Мои ладони обхватывают её горячие щеки, а в следующий момент я накрываю её губы своими… Настойчиво, неожиданно, но аккуратно и нежно, нежели в прошлый раз. Сегодня нет издевки или провокации, только прорвавшаяся плотина неудержимого желания обладать девушкой.

Она на мгновение замерла с открытыми от удивления глазами, заметив, как я на неё смотрю с жаждой. Я прижимаю податливую девушку ближе к себе, почти впечатывая в свою грудь, а язык двинулся глубже, чтобы исследовать незнакомую мне территорию. Я добился эффекта, когда Лиса закрывает глаза и едва ощутимо отвечает, не смело, не умело, но отвечает взаимностью.

Я тяжело выдыхаю в коротких перерывах, стараясь избавиться от вскружившей голову страсти. Никакая она не опытная, совсем ещё девочка! И от понимания, что со мной она пойдет на большее – к чертям сносит башку.

Её пальчики цепляются в мою футболку под расстегнутой курткой, несколько требовательно зажимая ткань в маленьких кулачках. Эмоции поглотили нас обоих с головой, отключив мозг. Василиса пытается противостоять мне, отвечает намного раскрепощенней и резче, сбивая мой ритм.

Когда я очередной раз спотыкаюсь об её строптивый язычок, с неприсущим мне рыком наступаю на девушку и подхватив её под бедра, усаживаю на подоконник. Василиса на секунду отстраняется, взволновавшись, став озираться по сторонам, закусывая свою губу.

– Со мной тебе не о чем боятся, Принцесса, – не сдерживаю смешка, вернув её внимание к себе. Она смущенно опускает взгляд, нерешительно и едва ощутимо держит руки поверх моих плеч, словно хочет не то оттолкнуть, не то прижаться ближе. Моя нерешительная девочка…

Как парень,  я беру всю инициативу на себя, заставляя Лису снова растеряться и пустить мой язык в свой рот. Она выгибается кошкой в моих руках, грудью поддается ближе, а коленки сдавливают мои бока. Поцелуй кажется почти невинным, если не считать моего стояка и грязных мыслей, в которых я уже уложил юркую Лису в свою постель.

Внезапный звонок возвращает нас в реальность. Василиса стремительно отстранилась и надавила на мои плечи, в немой просьбе. Я не давлю на девушку, давая ей полное ощущение контроля. Правда, не удержался, чтобы довольно облизаться после сладкого поцелуя, горящими глазами пробежавшись по взволнованной Лисе. Она определенно горячая натура и это ещё больше подогревает мой интерес.

Отступив, поддаю ей руку, чтобы она спрыгнула с подоконника. Василиса не отвергает меня, хоть и выглядит смущенной.

– Заруби себе на носу, Лиса, – с тоном всезнающего учителя жизни, говорю я. Девушка в это время, кажется, даже не дышит. – Твой выбор только в твоих руках, – я шарю по карманам джинсов и достаю монетку, подбрасывая вверх. Василиса интуитивно ловит в воздухе медную монету. – Выкручивайся, а потом вернешь.

Она смотрит на монету, сжав её в кулаке.

– Тогда мы не идём на пару, – заявляет Принцесса. – Если нас нет – это прогул, но лучше, чем кол.

– Что, прости? – я замер, ожидая её решения в свою пользу.

– Мы прогуляем, – утверждает девушка.

– Однако! – я стараюсь скрыть ликование, когда девушка закидывает на плечо свой рюкзак.

***

Василиса:

– Надевай, – Бессонов протягивает мне второй шлем.

Последнее время он всегда ездит с двумя шлемами, и мне это безумно нравится. Иначе, он никогда не посадит меня на мотоцикл – безопасность превыше всего.

Его зеленые глаза сверкают от предвкушения. Кирилл протягивает мне руку, но когда я намереваюсь сесть за ним, Бессонов дергает на себя.

– Наперед, Принцесса, – он отодвигается назад, а я впала в настоящий ступор. Подняв защитное стекло, я смотрю на парня. Он сейчас серьезно или неуместно шутит надо мной? – Что, неужели струсила?

Убедившись в том, что Кирилл действительно сейчас дает мне возможность взять управление его совершенного гоночного байка – моё сердце пустилось в пляс, а коленки от волнения задрожали, едва не подкосившись.

Один Господь знает, что за эту груду металла я готова расстаться с собственной жизнью! Закрыв шлем, я перекидываю ногу через его байк, сев наперед.

Не могу поверить, что это происходит именно со мной!

Кирилл почти невесомо обнимает меня одной рукой за талию, а у меня складывается ощущение, будто я выпила бокал шампанского и моментально опьянела до отупения. А затем, ощущая нетрезвую смелость, я завела мотоцикл, который искусно зарычал под нами, гоняя по моим венам адреналин.

Взяв управление железного зверя в свои руки, я ощутила восторг, от которого сжимается сердце. Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя, а затем я уверенно поддалась вперед.

Мы сорвались с места неожиданно резко, отчего я сразу ощутила, как рука Беса впилась мне в живот стальной хваткой. Затем меня обхватила и вторая рука. Парень крепко прижался ко мне, как только мы оказались на главной городской трассе.

Обычно после работы над курсовым проектом мы отправлялись на СТО, но только не в этот раз. Сегодня возражения не принимаются – я их не услышу.

Едва ли я пыталась ускориться, мотоцикл взрывался подо мной как гром, и устремлялся вперед с сумасшедшей скоростью, как молния. На прямом шоссе в пригород я почувствовала настоящую свободу и легкость, позволив себе нарушить правила дорожного движения.

С дрожащим в моём теле удовольствием, нарушаю дозволенную скорость до того момента, пока ладонь Беса не легла на мою, остановив мои страстные порывы лететь со скоростью света.

Я не смогла его ослушаться, но не сбавила скорость, оставаясь на прежней отметке сто двадцать. Но, решив позабавиться и проверить сидящего позади меня байкерского гонщика – стала лавировать по дороге. Я всем телом ощутила то, каким напряженным стал Кирилл Бессонов, сжимая меня в тисках и, кажется, что-то кричал... Но больше моё внимание привлекло его тело, которое оказалось таким же твердым, будто Бес и его мотоцикл сделаны из одного металла.

Когда я выехала на холм и остановила байк, мне казалось прошло всего мгновение. С холма можно рассмотреть город в нескольких километров от нас, который был, как на ладони. Ноги Беса уперлись в землю, как и мои. Я снимаю шлем, тяжело дыша.

– Кажется, ты остановила моё сердце ещё на выезде из города, – сурово заключил Бессонов, отчего я довольно ухмыльнулась.

– Значит, у Кирилла Бессонова все-таки есть сердце? – я обхватила шлем, прикрывая глаза от порыва ветра. Я до сих пор не верю, что сижу на его байке...

– Теперь я не уверен в его наличии. Кажется моё сердце валяется где-то на дороге. На том месте, где ты перестроилась на встречную полосу. Это было опасно, между прочим… – он протягивает свою руку мне на живот и неожиданно заставляет прижаться к его груди.

Он такой сильный и уверенный в себе, что моё сердце наконец-то начинает замедляться, а дыхание подстраиваться под его, спокойное. Меня поглощает его чувство покоя, что было ранее неестественно для меня ощущать рядом с Бессоновым.

Русо бы лег на своей трассе и умер от басистого гогота, если бы увидел Бессонова моим пассажиром. Его насмешливое «эй, Принцесска» – сразу раздалось в моей голове, отчего я улыбнулась.

– Откуда ты узнала об этом месте? – интересуется Кир.

- Видишь тот участок? – я указала пальцем на высохшее поле. – Тимофей тренировал меня на нём. Последние полгода мне скучно здесь кататься, но на мои уговоры Тим поддался только три раза и возил на Живые холмы, когда там никого не было. Это было так редко, что я отказалась от таких тренировок.

– Мне нравится, как уверено ты сидишь на мотоцикле. Мой идёт тебе больше, чем его, – парень провокационно запускает руку мне под толстовку, прикоснувшись к талии холодными пальцами.

– Бессонов, ты же не хочешь остаться здесь один без байка? – он замер, но не дернулся, поглаживая мою обнаженную кожу большим пальцем. Это действие выглядит невинным, но слишком волнительным.

– Ты первая девушка, которая оседлала мой мотоцикл, – шепчет он над ухом. – Сопроводи меня на гонках в субботу.

– Это будет выглядеть странно… Я всегда езжу с Тимофеем. А вы, мягко говоря, не ладите. Я не хочу с ним ссориться, – ответила я на спонтанное приглашение неуверенным отказом. Его рука вынырнула из-под моей кофты.

– Фирташ не самый лучший человек для дружбы, – неожиданно заявляет Бессонов. Я даже повернулась, чтобы посмотреть на парня. – Тебе нужно от него держаться подальше... Тем более на гонках, – он хмурит брови, но не смотрит мне в глаза.

– Тим говорит тоже самое о тебе, – я даже не думала отворачиваться от Кира, который передернул плечами и всё-таки словил мой взгляд.

– Тебя это не очень останавливает, не так ли? – он усмехается, и подняв свою руку, перебирает прядь моих волос, которая выбились из косы и развивается от ветра.

- Я сама выбираю, с кем общаться.

– Было бы лучше, если бы это были правильные люди, Принцесса, – когда он долго смотрит мне в глаза и немного поддается вперед, я отворачиваюсь.

– То, что произошло… Это наваждение не должно повторится, верно? Мы можем дружить, если ты понимаешь о чём я.

– Я не намерен дружить с тобой, Василиса, – он наклонился, почти прикасаясь губами к моему уху. – Но ты мне нравишься, а значит я могу пойти на уступки.

Я поджала губы. Он хочет… Уф-ф!

Никто и никогда не видел Бессонова с девушкой. Точнее видели, но как подружек, или… «плюс один» на вечеринках. Но, насколько я знаю, Бес не имеет пристрастия к официальным отношениям. Не хочу быть его тенью, мы слишком разные. Может быть, в параллельной вселенной, мы были бы неплохой парой, дополняя друг друга. Но мечтать об отношениях с Киром здесь и сейчас глупо. Я не его сорта и не ровня по опытности.

– Кир, – протянула я. – Лучше поехали ещё покатаемся, – я надеваю шлем, понимая, что моя голова забилась кучей размышлений о Бессонове.

Хочется моментально пресечь свои мысли по поводу этого парня и амурных дел. Мы будем отличными друзьями, особенно если я буду кататься на его байке! Но девушкой… Вряд ли. Я не знаю, что мне ожидать от Бессонова в следующую минуту, а непредсказуемость пугает.

– Круто. Моему байку Принцесса уделяет больше внимания, чем мне. Поразительно! Видимо, мой удел завидовать груде метала… – слышу я ворчание за спиной и невольно улыбаюсь от того, что Кирилл Бессонов со мной… Флиртует?

Мы отправляемся в порт, где решаем выпить кофе и прогуляться по набережной.

Меня смущает, когда Кирилл на меня смотрит с напускной внимательностью, от которой хочется отворачиваться и скрывать красные щеки… Но отчего-то это внимание поднимает в моём животе табун бабочек, которые меня щекочут, напоминая, кто сейчас рядом.

– Почему ты пошла на специальность управления и администрирования? – интересуется Бессонов, когда мы остановились возле железных перил у воды.

– Родители увидели в этой специальности перспективу. Папа говорит, что мне нужно научится управлению для развития собственного дела, а мама говорит, что я пробьюсь в любую государственную структуру. Всё построено на цели, благодаря который я должна иметь достойный заработок, – пожимаю я плечами.

– А чего хочешь ты сама? – спрашивает Кир. Я поворачиваюсь, удивленно вскинув брови. – Какую бы ты выбрала специальность?

– Я не знаю… Родители всегда говорили, как лучше и я не думала об этом, – снова пожимаю плечами.

– Но всё же? – настаивает Бессонов.

– Возможно, я бы хотела стать модельером одежды… О! Возможно, я бы ещё связала свою жизнь с музыкой… Или постой! Журналистика мне тоже нравится. Или… – я запинаюсь, когда Кирилл едва сдерживается от смешка. – Видимо, поэтому родители решили не предоставлять мне выбор. Я хочу всё и сразу, но образование сейчас важнее моих увлечений.

– Я сейчас слышу в твоих словах Госпожу Авдееву, – Кирилл качает головой и облокачивается о перила, не отводя от меня взгляда. – Тебе подходит любая творческая профессия – это факт. Ты не слаба в знаниях, но тебя не вдохновляет обучение. Ты не думала поменять специальность? Например, маркетинг.

– Маркетолог не сможет управлять компанией, знаний будет недостаточно и специализация очень узкая…

– То есть я, механик и управленец СТО – ошибка на миллион? – передразнивает меня Кир. – Ты не можешь иметь знания в каждой области, но можешь найти людей, которые в этом разбираются. Я, например, не люблю экономику и документооборот – скукотища. Но я нашёл людей, которые достойно выполняют работу, а мне лишь иногда нужно поставить подпись.

- Тогда мне нужен опыт в работе... Или в жизни, – делаю я вывод по его словам.

– Именно. Любое начало – пугает, но, если ты уже начинаешь – обязан закончить. Плохо не будет, потому что ты уже что-то делаешь. Слишком хорошо тоже не будет – всё приходит с опытом, – осмысленные слова Бессонова заставляют меня задуматься и восхититься его зрелым мышлением.

– Как ты решился на открытие СТО?

– Понял, что это моя мечта. Я напрямую прощупал основных конкурентов – устроился к каждому на работу и два года изучал внутреннюю настройку бизнеса. Я не шёл ва-банк, слишком много рисков, но я учел ошибки руководителей с прежней работы. Опыт – это основное, что можно применить в работе, а микроэкономика, политология и социология – знания для умных разговоров с важными инвесторами, – объясняет мне парень свою политику управления СТО.

– Ты умный парень, Кирилл Бессонов… Хоть иногда и делаешь глупости, – я смеюсь, вспоминая, как мы с ним плавали в бассейне.

– А ты умная девушка, Василиса Авдеева… Но почему-то боишься делать глупости, – подтрунивает меня Бессонов, подмигивая. – А если ты не рискуешь, тогда опыту не откуда появится. Понимаешь к чему я всё веду?

– По-твоему, прыгнув со мной в бассейн – это был опыт, а не глупость?

Я сузила глаза, наблюдая за тем, как Кирилл облизывает свои губы от пенки капучино. Я слишком долго смотрю на это действие и когда замечаю его взгляд, смущенно отворачиваюсь.

– По-моему, я привлек твоё внимание, Принцесса, – он нахально ухмыляется и ставит стаканчик кофе на плоскую поверхность перил. Делает шаг ко мне, став за моей спиной. Мне кажется, что сейчас он хочет каждую секунду находится ко мне как можно ближе.

– Очень радикальное решение привлечь моё внимание... – напряженно выдыхаю, понимая, что он слишком близко ко мне и эта близость говорит уже о многом.

– Ты умная девочка и я думаю, что ты понимаешь, для чего я это делаю.

– Не понимаю. Тебя, кажется, интересует опыт, которого у меня нет, – я говорю завуалировано, но точно знаю, что Кирилл меня понимает.

- Я предлагаю тебе набраться этого опыта со мной… – видимо, он сейчас идет ва-банк, заявиви мне это практически в лицо, отчего я смущаюсь. – И, возможно, иногда совершать глупости. Вдвоём не так страшно, верно? – воркует он мне на ухо, притянув меня к себе ближе.

– Твои слова звучат неприлично! – заявила я, но сама улыбаюсь от осознания, что нравлюсь Бессонову… И мне даже не нужно наряжаться в леопардовое платье! Кирилл Бессонов совсем не такой парень, каким показался в начале – взбалмошным, без принципов и тормозов.

– Возможно, – смеется он и поворачивает меня к себе, вглядываясь в глаза. – Но я знаю о тебе то, что не знает больше никто – ты не хочешь быть приличной девочкой, – горячо заверяет меня Кирилл, а я не нахожу, что сказать.

Наверное, он прав. Мне хочется совершать глупости и жить моментом, а не планировать свою жизнь по календарю. Но решится на это очень трудно… Свои поступки нужно отстаивать и наплевать на мнение окружающих. А я не могу забыть обо всех и думать только о себе.

– Посмотри на меня, Лиса, – просит Кирилл и я поднимаю голову. В зеленых глазах как всегда веселятся черти, а его предвкушающая улыбка рассказывает мне о тайных желаниях парня.

– Кирилл…

Поцелуй заглушает мой маленький протест, который вскоре вовсе исчезает. Бессонов кружит мне голову своими поцелуями, от которых я теряюсь и не могу найти силы на сопротивление. Его язык слишком уверенно исследует мой рот, заставляя меня ощущать трепет и желание никогда не останавливаться.

Кирилл прижимается лбом к моему, пронизывая меня своим взглядом.

– Я хочу, чтобы ты была моей, и чтобы об этом знали абсолютно все.

Я напрягаюсь, отвернувшись.

– Если ты хочешь вызвать этими отношениями ажиотаж и внимание к себе… – я многозначительно смотрю на парня. Как бы он не интересовал меня, я не позволю собой воспользоваться.

– Чушь, Принцесса. С каких пор меня волнуют окружающие и их мнение?

– Но мы такие разные…

– Настолько разные, что оба питаем любовь к груде металла? Настолько разные, что оба хотим выйти за рамки? Настолько разные, что нас тянет друг другу? Возможно мы действительно в чём-то разные, но не ври, что я тебе не нравлюсь, – самоуверенно заявляет парень.

– Бессонов, – несколько обвинительно выдохнула я, покачав головой. – Твоё эго не знает границ.

– Это потому что я делаю то, что мне нравится. А мне нравишься ты, Лиса. Рискни вместе со мной, и я клянусь – ты будешь в восторге от эмоций и ощущений.

– Что же… – я задумываюсь над его словами. Может и впрямь мне стоит рискнуть? Бессонов единственный человек, который может сделать так, чтобы я перестала задыхаться от правил и собственной образцовости. – Я сопровожу тебя на гонки, но о большем я не обещаю. Пока что, – сдаюсь я Бессонову во власть, который довольно улыбнулся.

– Только перед этим угомони своего верного пса, чтобы мы хорошо провели время. Я могу быть терпеливым, но не железным.

– Вот и проверим, насколько ты можешь быть терпеливым, – удовлетворенно улыбаюсь. Если я рискую, значит ожидаю такого же шага в мою сторону. – Тимофей мой близкий друг и вам придется наладить отношения. Если не дружеские, то хотя бы приятельские.

- Посмотрим, -  уже не так радостно говорит Бессонов.

– Что между вами случилось? – я не скрываю интереса.

– Я расскажу как-нибудь в другой раз. Незачем портить наше первое свидание разговорами о Фирташе.

– У нас первое свидание? – удивилась я. – Мне показалось, что мы просто прогуливаем пары.

– Одно другому не мешает. Как насчёт заказать пиццу и посидеть у меня на СТО?

– Поехали. Я спереди! – я стараюсь не показывать того, как мне нравится его идея.

Но мне кажется, что Бессонов Кирилл абсолютно всё правильно считывает по моим горящим глазам.