67| Жизнь не сказка

Когда на город опустился летний вечер следующего дня, ко мне после работы, как и обещал приехал Винсент, и мы вдвоем ужинаем на террасе. Естественно, Марина сказала, что придёт позже, когда я звонила ей десять минут назад.

Винсент ведет себя как обычно. Даже не стремится обсудить то, что произошло. И я рада, что между нами не установилось напряжения. Я сижу за столом напротив Винсента, и хоть мы полностью заняты поглощением еды и не разговариваем, я чувствую себя вполне комфортно.

— Какой у тебя ник в Instagram и в Facebook? — Спрашивает Винсент и вилка с едой в моей руке застывает прямо у моего рта.

Медленно поднимаю глаза с тарелки на Винсента.

— Зачем тебе?

Винсент ловит мой взгляд, и лёгкая ухмылка касается его губ.

— Хочу найти тебя, написать тебе «привет». — Не спеша говорит он томным голосом.

Я сдерживаю смешок, не желая признавать, что мне так нравится всё, что он говорит.

— Ты не найдешь меня.

Я выгибаю бровь смотря на него в упор, в попытке понять насколько он серьезен.

— Зачем тебе мои социальные сети если у тебя есть мой номер телефона, и ты всегда можешь мне позвонить?

— Я хочу быть на связи с тобой двадцать четыре на семь. — Уверенный голос Винсента вызывает волну мурашек, и меня пугает его настойчивость и упорство.

Так, стоп, не покупайся на это.

Мой контроль над собой рядом с ним - штука весьма условная и меня это нервирует. Очевидно, что Винсент стремится заполнить всю мою жизнь собой, старается просочиться во все её сферы.

Я смотрю на этого парня, сидящего напротив, и не смотря на бесконечные отрицания я всё равно понимаю, что хочу только его. Он для меня как неизведанная галактика, и пусть меня ждет много опасностей, я все равно хочу проникнуть в ее пределы и изучать. Пусть даже меня затянет в черную дыру. Пусть даже я не смогу вырваться.

— Захочешь – найдёшь. — Отвечаю, бесцельно ковыряя в своей тарелке.

Уголок рта Винсента искривляется в ухмылке.

— Очень вкусно, ты восхитительно готовишь. — Говорит Винсент, когда опустошает свою тарелку до конца.

— Ага. — Соглашаюсь я, хоть готовила моя мама, решаю, что пусть Винсент думает иначе.

В конце концов, я готовлю не хуже.

К нам присоединяется моя мама, она лебезит перед Винсентом, и они обмениваются любезностями. Я убираю со стола наблюдая за ними двумя, и кажется Винсент нашёл общий язык с моей мамой, или же это не так сложно, так как моя мама по какой-то причине пропиталась симпатией к Винсенту.

Когда мама уходит, и мы снова остаемся наедине, забравшись коленками на стул, я облокачиваюсь локтями о стол и смотрю в упор в глаза Винсента. Мне нравится этот заинтересованный взгляд Винсента, когда создается впечатление, что он не видит ничего кроме меня. Я подаюсь вперед, чтобы поцеловать его. Просто так. Просто потому что я хочу этого в данный момент. Я удивлена тем, что мне хватает смелости — вот так просто, когда вздумается целовать его. Но я это делаю. Просто потому что я МОГУ. Мои губы скользят по его губам, через мгновение чувствую, как его влажный язык проскальзывает в мой рот, и тело реагирует мурашками, а между ног начинает пульсировать.

Когда хлопает калитка, я неохотно отрываюсь от его губ, и вижу Марину. Думаю, при ней подобные жесты излишни. Она закатывает глаза и, присоединяется к нам. Я обхожу стол и сажусь слева от Винсента, а мое прежнее место занимает Марина.

Я наслаждаюсь компанией самых приятных на данный момент для меня людей. Они начинают оживленно обсуждать сериал «игра престолов», а я просто слушаю, изредка встревая в диалог и много смеясь. Я не знаю, как описать этот взгляд, которым Винсент смотрит на меня этим вечером. Но от него сжимается сердце.

Пока Марина занимает Винсента бессмысленной болтовнёй, а Винсент роется в своем телефоне, я витаю в собственных мыслях, обнимая его сбоку. Винсент принимается вслух рассуждать о вариантах, где мы можем жить в Лондоне. Он серьезно рассчитывает на то, что я поеду с ним. Я же понимаю, что это невозможно. Но, какая-то часть меня хочет этого, а другая насмехается над этим. Кроме того, Винсент не говорит никакой конкретики, да я и сама боюсь об этом задумываться. Лондон – дорогой город.

— Ты никогда не красишься? — Спрашивает меня Винсент.

— Крашусь. Почему спрашиваешь?

— Твоя фотка в Instagram.

Черт.

Я уставилась на него широко раскрыв глаза. Он уже успел найти мой аккаунт.

— Вот, где у тебя стрелки на глазах, очень классная фотка. — Винсент улыбается, поднимая телефон, и я вижу на экране своё фото в Instagram. — Только у тебя очень мало фотографий, — он строит притворное печальное лицо.

—Хочешь я покажу еще больше фотографий с ней? — Предлагает Марина.

Мы с Винсентом одновременно восклицаем:

— НЕТ! — Угрожаю я.

— ДА! — В глазах Винсента мольба.

Переглядываюсь с Винсентом, которого веселит моя реакция.

— Марина. — Предупреждаю я.

Я вижу, как они заговорщицки переглянулись.

— Нарисуешь эти идеальные стрелки сегодня? — Спрашивает Винсент.

Идеальные.

Я опускаю глаза улыбаясь.

— Да, почему ты редко красишься? У тебя получаются идеально ровные стрелки. — Недоумевает Марина.

— Хорошо, — отвечаю я.

Винсент уходит домой, обещая вернуться через час.

С улыбкой на лице, старательно вывожу каждую линию, пока отражение полностью меня не удовлетворяет, став идеальным.

— Вы теперь встречаетесь? — Вопрос Марины ставит меня в тупик.

Мы не встречаемся, но Винсент напрямую заявил, что влюблен в меня, объявив о моей победе. Но что чувствую я?

Взгляд серо-голубых глаз пленит. Сердце обрывается каждый раз, как я подумаю, что он уедет.

— Нет, вскоре я покончу с этим. — Надменно отвечаю и чувствую, как лгу сама себе.

Марина усмехается, лукаво смотря на меня.

Будет круто, если мне удастся отделаться хотя бы неделей страданий.

Я выхожу на улицу, чтобы проводить Марину, а после принимаюсь бродить по двору, чтобы остудиться в прохладе позднего вечера: после нашего с Винсентом первого поцелуя, я все время на взводе.

Ем яблоко и нервно хожу из стороны в сторону; уже стемнело, и я злюсь что Винсент задерживается. Почему он не переживает так же, как я из-за того, что наше время ограничено?

Внезапно за спиной из темноты появляется Винсент, и я от неожиданности давлюсь яблоком.

Из-за размышлений я не услышала звук мотора от его спортбайка.

Винсент смеется и хлопает меня по спине, помогая откашляться. Боже, чувствую себя неловко настолько, насколько это вообще возможно.

Когда я прихожу в себя, замечаю, что на Винсенте нет очков, он снова в линзах, а я схожу с ума по его глазам. Когда он подходит еще ближе, я ощущаю его аромат вперемешку с одеколоном – этот запах заставляет желать его с такой силой, что я снова начинаю паниковать.

Винсент кладет руку мне на плечи и притягивает к себе, и я чувствую, как подкашиваются мои коленки. Винсент поднимает мое лицо за подбородок и целует.

Я отстраняюсь и смотрю на него в ожидании комплиментов, но он не обратил внимания.

— Ты ничего не замечаешь? — С притворным огорчением спрашиваю и надуваю губы.

— Нет, а что? — Винсент всматривается в мое лицо. — А! Ты накрасилась! — Он бегает глазами по моему лицу, — просто в темноте не заметил, да и нет разницы, накрашена ты или нет, для меня ты одинаково красива.

Я отвожу взгляд и прикусываю губу. Винсент слишком идеален, я имею в виду, он будто знает, что я хочу услышать и что нужно сказать.

Вместо того чтобы радоваться, я настораживаюсь. Ведь Джесус всегда знает, что сказать и как себя повести, чтобы девчонка позволила ему залезть к ней в трусики.

Чтобы залезть в твои, Винсент не особо-то и старался, - колко напоминает сознание.

Винсент продолжает терзать мои губы. Я хочу большего. Хочу его целиком. Его рука поднимается по моему бедру, заставляя изгибаться. Как же он пахнет. От переизбытка чувств и эмоций снова кружится голова. Забравшись под майку, он медленно проводит ладонью по моей спине от шеи до поясницы, сжав ягодицу, он сдавлено рычит.

Я отстраняюсь от него, и он смотрит мне в глаза в немом вопросе почему я прервала его, но вместо ответа я просто беру его за руку и веду за собой, мы устраиваемся на террасе.

Винсент садится рядом со мной, не прерывая зрительного контакта, он заводит руку мне за спину.

Боже. Все прекрасно, не считая того, что я думаю, что после его признания, он звонил своей девушке и разговаривал с ней, делая вид, что все в порядке, будто бы меня и нет.

Я отрешенно думаю об этом, пока Винсент сидит рядом, наблюдая за мной и гладя рукой мои волосы.

Винсент улыбается и заражает улыбкой меня. Наши глаза встречаются, и я начинаю смеяться, он тоже хихикает и обернув рукой мои плечи, привлекает к себе.

Я отбрасываю все мысли и сажусь сверху, на его колени. Ему даже ничего не нужно делать, я просто смотрю на него, и он уже меня искушает. Его взгляд, манящие губы, и руки на моей талии – все это разгоняет кровь по венам, заставляя сердце пылать огнём. И я льну к нему словно впереди у нас все время этого мира. Он хватает меня за задницу и помогает придвинуться ближе к себе. Он выжидающе смотрит на мои губы, соблазнительно приоткрыв свои.

Чёрт, его губы и взгляд, действуют на меня гипнотически. Я тотчас жадно впиваюсь в него губами, пробираясь языком глубже в его рот. Он отвечает той же пылкостью.

Двигаю бедрами взад-вперед, хочу снова ощутить его возбуждение. Винсент сильнее впивается пальцами в мою задницу и мычит. Чувствую через ткань его шорт сильную эрекцию. Я трусь о его достоинство, из-за чего из него вырывается рык, но я не позволяю ему прервать поцелуй.

Винсент поддается бедрами вперед, чёрт, я ощущаю его, и хочу снова почувствовать целиком. Голова начинает кружиться, и я, тяжело дыша, отступаю от его губ, касаюсь его лба своим и слушаю наше тяжелое дыхание.

Я хотела бы быть с ним единым целым, несправедливо, что вся его жизнь в другом городе.

Слова только все портят, наши тела говорят за нас, каждый взгляд, каждое прикосновение кричат об одном.

Но это никогда не произойдет.

— Пойдём туда, где никто нас не услышит. — Бормочет Винсент в мою ключицу.

Схватив ладонями моё лицо, побуждает наклониться к нему, наши глаза оказываются на одном уровне.

— У тебя такие красивые глаза. — Шепчет он мне в губы, не прерывая зрительно контакта. 

Его руки пробираются под мою кофту и гладят мою спину. Он касается моей поясницы и по моей спине бегут мурашки.

Раньше мне нравились парни, черт возьми я тысячу раз влюблялась в парней, но никогда прежде мое тело не реагировало на прикосновения так, как реагирует на прикосновения Винсента. Мне становится грустно, когда я думаю, что это происходит потому что, так сложились обстоятельства. Возможно при обычном знакомстве Винсент не заинтересовал бы меня, или он не обратил бы на меня никакого внимания. Возможно дело не в нас самих, а в том азарте и эмоциях, которые мы получаем, совершая все то, что по тем или иным причинам делать не стоило.

Я слезаю с его колен и сажусь рядом, но Винсент хватает меня за руки и, заставляя встать вместе с ним, грубо притягивает меня к себе. Схватив за волосы, он тянет за них заставляет запрокинуть голову и смотреть прямо в его глаза.

— Я хочу, чтобы ты поехала в Лондон со мной. — Он говорит серьезно, а его голос звучит так сладко! Но я всё равно пугаюсь.

— Не думаю, что это возможно. — Я и правда так думаю.

Я прекрасно понимаю, что просто пытаюсь выстроить стену между нами, чтобы потом мне не было больно. Но теперь, когда процесс запущен, я просто не могу остановиться.

Винсент что-то ищет в моих глазах, брови его нахмурены. Я неуклонно смотрю в ответ, давая понять, что уверена в своих словах. Спустя несколько мгновений, будто что-то осознав, он отпускает меня и отходит в сторону на пару шагов.

— Знаешь, а ты права, — начинает он, а я, молча, сглатываю скопившуюся слюну. По тону понимаю, что ничего приятного он не скажет.

— Мы не сможем быть вместе – мы слишком разные. Тебе будет сложно переехать в другую страну. — Продолжает он таким спокойным голосом, что каждое его слово будто острое лезвие, но я собираюсь увернуться. Я не собираюсь горевать из-за возможности, которая никогда бы не воплотилась в реальность.

Я молча смотрю в ответ на его отчаянный взгляд.

— Жизнь не сказка, не всегда все бывает так, как мы того хотим. — Говорит он будто сам себе, запрокинув голову и смотря наверх.

Несомненно, ему удалось меня задеть.

Я хочу возразить, даже сержусь, но глубоко внутри понимаю, что он прав, ведь я и сама того же мнения. Однако в глубине души почему-то надеюсь, что мы ошибаемся.

Мы.

Всё же я молча киваю, когда его глаза останавливаются на мне. Я не хочу, чтобы он соглашался со мной, мне хочется, чтобы он стоял на своём.

«Все в порядке. Все в порядке. Все, черт возьми, в порядке!» – говорю я себе, чтобы сохранить невозмутимый вид. Я встаю напротив него, и с ухмылкой на лице произношу:

— Как я и говорила прежде, я изначально не рассчитывала на продолжение, так что вообще не вижу смысла это обсуждать. — Я рассчитываю задеть его, причинить боль.