58| Вечеринка в особняке: назад в прошлое

Мы проходим по узкой бетонной дорожке, и мое дыхание замирает от вида классического каменного фасада этой невероятной виллы. Джесус впускает меня внутрь первой, и, как и положено в нос ударяет запах пота вперемешку с алкоголем. Звуки музыки настолько громкие, что, когда Джесус говорит следовать за ним, я читаю по губам; протискиваюсь за ним сквозь толпу, в центр холла рассматривая по пути потолки с вековыми деревянными балками. Я от всего этого отвыкла и испытываю некоторый дискомфорт и ностальгию по прошлым веселым временам. Я вижу знакомые лица, но незнакомых значительно больше.

Мы останавливаемся у большого стола, на котором стоит куча выпивки. Там есть большой набор колонок и один из тех блестящих новых столов Pioneer DJ, за которыми сидит парень, который, кажется, знает, что он делает. Джесус что-то говорит ему на ухо, а потом поворачивается и пихает мне в руку стакан с каким-то напитком. Подношу край к носу и понимаю, что это кола вперемешку с каким-то крепким алкоголем; делаю глоток, жидкость охлаждает губы, но следом приятно обжигает глотку.

Музыка стихает, а Джесус резво запрыгивает на стол и свистом привлекает к себе внимание публики. Когда все замолкают, уставившись на него, Джесус говорит, нарочито исказив голос:

— Дамы и господа, — он окидывает взглядом публику, и я закатываю глаза, — давайте выпьем, за вот эту вот заблудшую душу, — я морщусь, когда понимаю, что он указывает на меня и бросаю на него убийственный взгляд, хоть и знаю, что это не поможет.

Я слышу крики и свист – тупое стадо, большинство из них ни хрена не знает меня, пьяные пустые фальшивки.

Джесус продолжает «тост»:

— Эта девчонка бросила наши тусовки, но теперь она готова вновь ворваться в наш дивный мир алкоголя и веселья, так давайте примем ее с распростертыми объятьями и напомним, как охуенно проводить с нами время!

Джесус поднимает стакан вверх, и, вторя ему, толпа поднимает стаканы с восторженными воплями.

К чему этот фарс? Я закатываю глаза и делаю три щедрых глотка из кружки, все больше понимая, что я переросла эти бессмысленные дерьмовые тусовки.

Снова начинают греметь басы.

Джесус спускается со стола и обняв меня, отрывает от пола приподнимает над собой, я роняю стаканчик с напитком хватаясь за его плечи, чтобы не упасть, и он меня кружит, кружит, кружит. И мне становится смешно, так весело и беззаботно, я смеюсь, наслаждаясь вниманием старого друга. У меня кружится голова, когда Джесус, наконец, ставит меня на ноги, и он нежно придерживает меня за талию.

И тут меня в момент окружают знакомые лица.

— Дельгадо и Гальярдо снова вместе. — Говорит Ноа кивая мне в знак приветствия и смотрит на меня слегка опьяневшими глазами.

Кармен обнимает и виснет на мне, едва не сбив с ног. Они увлекают меня в комнату, где музыку слышно не так громко, как в гостиной. Все устаиваются на диване, кресле, стульях и на полу. Я сажусь на край дивана, а Кармен рядом со мной. Джесус садится на пол впереди, прислонившись спиной о диван между моих ног.

В который раз жалею, что приехала сюда: эти их расспросы, как моя жизнь и почему я перестала с ними собираться на подобные мероприятия, утомляют и навивают тоску. Но, так или иначе, я все же чувствую себя в своей тарелке, особенно приятно, что Джесус правой рукой поглаживает мою ногу, а я замечаю, что он забил татуировками эту руку до отказа. Джесус, как и всегда одет в черную рубашку, рукава которой закатаны по локоть, в чёрные джинсы. Интересно, сколько еще новых татуировок теперь украшают его тело.

В противоположном конце комнаты сидит другая компания, которая издаёт назойливый шум, и мой взгляд останавливается на темных глазах парня, который смотрит на меня и ничуть не смущается того, что я это заметила. Наше невербальное «общение» прерывает девушка, которая сидит рядом с ним, привлекая его внимание к себе.

Джесус повышает голос, окликая меня:

— Ты сегодня вся в себе, расслабься. — Он дает мне второй стаканчик.

Я скольжу глазами по надписи на предплечье Джесуса – «Сила приходит через мучения».

— Что значит эта татуировка? — Спрашиваю, указывая глазами на его бровь над которой красуется надпись «проклятый».

— Нравится? — Джесус скалится, и я вспоминаю какой он красивый на самом деле.

— Нравится, как смотрится на тебе, — сделав несколько глотков, чувствую, как алкоголь начинает медленно, но верно влиять на восприятие реальности.

— Правда? — Джесус изгибает бровь и сверлит меня глазами, будто именно моего одобрения он и ждал.

— Тебя ничто не испортит. — говорю я, и Джесус отводит взгляд, а его рот растягивается в искренней улыбке.

— Но думаю, слово «зловещий» подошло бы больше.

Все заливаются смехом.

— Это почти одно и то же. — Джесус изгибает бровь.

— Это совсем не одно и то же, — хмурюсь я.

— Поехали, наконец, набьем и тебе что-нибудь. — Предлагает Ноа.

Я смотрю на Ноа, на его шее из-под стоячего воротника рубашки выглядывает татуировка «memento mori».

Я представляю себя с татуировками и морщусь. Я не против татуировок, кому-то это даже к лицу, особенно парням, но свое тело я хочу оставить «девственным».

— Не думаю, что когда-либо решусь на это. А если и так, то я совсем не знаю, что набить, никогда не думала об этом всерьез.

Ноа смотря на меня усмехается.

— Пламенная. — Едва слышно говорит Джесус.

— Что?

— Надпись «пламенная» хорошо тебя охарактеризовала бы.

«Ты обжигаешь каждого, кто смел с тобой соприкоснуться» - вспоминаю я слова Джесуса.

— Нас характеризуют наши поступки, а не какие-то идиотские наколки. — Равнодушно говорю я.

Хотя я не хочу воевать с ними на счёт татуировок, это все равно что прийти в чужой храм со своим уставом.

— И что говорят о тебе твои поступки? — Спрашивает Ноа и Кармен метает на него укоризненный взгляд. Между мной и Ноа до сих пор ощущается напряжение, хотя мы и договорились быть друзьями.

Как по заказу, перед глазами пронеслась моя жизнь, и картина в целом совершенно не идеальна.

— Ничего хорошего.

— Тогда тебе подойдет фраза-оправдание – «я пытаюсь быть лучше». — Говорит Джесус, и я пихаю его в плечо.

Спустя полчаса Кармен, не замолкая все еще продолжает что-то рассказывать, остальные её поддерживают или вставляют свое виденье ситуаций. Не переставая следить за повествованием, я наблюдаю и за происходящим вокруг. Кто-то пьёт, кто-то курит травку, кто-то танцует, кто-то обжимается на глазах у всех. Одним словом – веселье которое предположительно заглушит твою боль и заполнит пустоту, хотя все прекрасно знают, что это никогда не помогает. Обычно я принимала участие в маскараде и притворялась, что это все, чем я хочу заниматься. Но мне было абсолютно наплевать на всё. Я тогда и не знала, чем хочу заниматься. Не знаю и сейчас, но притворяться больше не имеет смысла.

Я включаю телефон и вижу входящее сообщение, открыв, читаю смс от Винсента: «О'кей». И это все? Сухое «О'кей»? Почему тогда я тут сижу и мучаю себя тем, что отменила встречу?

Похоже, Винсенту действительно плевать.

Ты для него не более чем игрушка для сексуальных утех, пока он вдали от своей девушки.

Черт.

ЧЕРТ!

Опустошив стаканчик, наклоняюсь к Джесусу и прошу принести еще. Я устраиваюсь на диване удобнее, и принимаюсь разглядывать людей, которые якобы рады моему присутствию. Ноа стал каким-то более серьезным и даже избегает моего взгляда, рядом с ним сидит парень, который явно младше его, но я его вижу впервые, так же как и этих двух парней и блондинку, которые устроились на диване со мной и Кармен; Виктор и Лукас курят травку они совсем не поменялись, такие же веселые и легкомысленные, эти близнецы похожи не только внешне, каждое движение их рук, почти одинаковые; Мануэль который раньше донимал романтическими стремлениями в отношении меня, обнимает за талию какую-то девчонку, и его нежный взгляд теперь предназначен ей.

Надоело быть случайным эпизодом в жизни других.

Сидя в их компании, только сейчас заостряю внимание на том, что у каждого из них имеются несколько татуировок, у некоторых даже больше чем несколько. Даже тело Кармен расписано цветными чернилами. Я на их фоне, словно белая ворона. К тому же я младше их всех. Почему они вообще общаются со мной?

Если бы я и решилась набить себе что-то, то это была бы надпись в духе «божья ошибка» или вроде того. Усмехаюсь этим мыслям, и вместе с тем понимаю, что мне тут больше не место.

Я всегда хотела принадлежать кому-то по-настоящему, но в действительности единственные кому я поистине предана – это мои демоны, а я не в силах им противостоять.

Я встаю и принимаюсь расхаживать по комнате.

Прошу у Виктора сигарету, он протягивает пачку красных Мальборо. Вынув сигарету и зажав во рту, затягиваюсь, опаляя конец сигареты огнем зажигалки, которую предложил Лукас.

Выпрямляясь, выдыхаю дым, и снова встречаюсь взглядом с тем загадочным парнем из соседней компании. И зачем-то начинаю гадать – чем там занимается Винсент.

Может он пошел гулять с Мариной?

Ха-ха, что за чушь? Наверняка он просто щебечет по телефону подружке, как сильно любит и как он надрачивает член на ее откровенные фотографии.

В сердце кольнуло от ревности. Меня передёргивает от мысли, что она важна для Винсента.

Что если это, в самом деле, так?

Если так, то ответ один – алкоголь, больше алкоголя!