Никто не смеет

Я ещё минуту сидела, осознавая, что Крис действительно приедет.

Но тут входная дверь хлопнула, и раздался голос брата:

— Саша!

Я вздохнула.

Марат пришёл.

Я опустила взгляд на свои руки. Внутри сразу появилось какое-то напряжение. Я чувствовала, что он не просто так пришёл. В голосе брата слышалась лёгкая торопливость, словно он уже не в первый раз меня зовёт.

Я встала и вышла в коридор. Марат стоял у двери, немного взъерошенный, будто только что прибежал откуда-то.

— Чего? — спросила я, скрестив руки на груди.

Он посмотрел на меня, будто размышляя, как сказать.

— Там это... сборы. Хотят что-то выяснить. Тебя зовут.

В груди неприятно кольнуло. Всё-таки я не ошиблась — догадывалась, что этот момент рано или поздно наступит. Это было неизбежно.

Я нахмурилась:— А тебя кто послал за мной?

— Вова, — спокойно ответил он.

Я замерла.

Внутри будто что-то сжалось, на секунду стало трудно дышать. Вова. Конечно, он. Я бы удивилась, если бы это был кто-то другой.

Мы не разговаривали уже несколько дней. После той ссоры между нами повисло напряжение, от которого мне становилось только хуже. Я не знала, как к этому относиться. С одной стороны, мне было больно, что всё зашло так далеко, но с другой — я не собиралась делать первый шаг. Я знала Вову. Если он зовёт меня, значит, ему что-то нужно.

Я посмотрела на Марата, напряжение в теле нарастало.

— Не переживай, — сказал он, заметив моё выражение лица. — Я с тобой.

Я выдохнула.

Марат всегда был рядом. И сейчас, зная, что он пойдёт со мной, внутри стало чуть спокойнее.

— Ну, пошли.

Мы вышли на улицу. Воздух был тёплым, но в нём чувствовалась какая-то тревожная нотка, или это было только у меня внутри. Мы двинулись к полю.

С каждым шагом мне казалось, что внутри всё сжимается сильнее.

Мы шли по тёмной улице, освещённой редкими фонарями. Асфальт под ногами был тёплым, нагретым за день, но мне казалось, что я ступаю по льду. С каждым шагом внутри нарастало чувство тревоги.

Марат шёл рядом, его руки были в карманах, он молчал, но я знала, что он наблюдает за мной. Он чувствовал моё напряжение, но ничего не говорил, просто был рядом. Это успокаивало.

Когда мы свернули на поле, я сразу поняла — там уже все. Силуэты пацанов выделялись в полумраке. Кто-то курил, кто-то разговаривал, но как только мы приблизились, голоса начали стихать.

В центре стояли трое: Вова, Зима и Турбо.

Я сжала зубы.

Супера. Значит, разговор будет серьёзный.

Вова стоял, скрестив руки на груди, его лицо было напряжённым. Турбо, как всегда, выглядел равнодушным, но в его взгляде читалась внимательность. А Зима...

Я сразу покосилась на него.

Я не была дурой и прекрасно понимала, кто рассказал Вове. Зима почувствовал мой взгляд и поднял руки в знак капитуляции, словно говорил: «Я тут ни при чём, сама разберись».

Я сжала кулаки, но промолчала.

— Ну наконец-то, — заговорил Вова, его голос прозвучал жёстко. — Объяснишь, какого хрена ты делала в участке?

Внутри всё сжалось, но я не дала этому проявиться.

— А если не объясню? — спокойно ответила я, склонив голову на бок.

— Не воняй, Саш. Тут не до твоих шуточек, — Вова шагнул ближе, его глаза полыхали злостью. — Я хочу знать, зачем ты туда пошла.

Я смотрела на него и чувствовала, как во мне поднимается злость.

— Не твоё дело.

— Моё, чёрт возьми! — Вова повысил голос, и я услышала, как кто-то из пацанов хмыкнул. Видимо, им было забавно наблюдать за этим. — Ты вечно лезешь, куда не надо! Думаешь, что крутая? Думаешь, тебя там за свою держат? Нет, Саша, ты просто создаёшь проблемы!

Его слова резанули.

Я стиснула зубы, но отступать не собиралась.

— Проблемы? — я сделала шаг вперёд, теперь между нами оставалось совсем мало расстояния. — Ты серьёзно? Это я создаю проблемы?

Вова скривил губы, но ничего не сказал.

— Да если бы не ты, меня бы вообще здесь не было! — я чуть повысила голос. — Ты сам втянул меня в эту группировку! Если бы не ты, всё было бы нормально!

По толпе пронёсся лёгкий шум.

Я видела, как пацаны переглянулись. Кто-то приподнял брови, кто-то просто наблюдал.

Вова сжал кулаки.

— Я втянул? — он усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Ты сама попёрлась, тебя никто не тянул за руку!

— Да? — я вздохнула и покачала головой. — А кто меня втянул в это дерьмо с ОПГ? Кто сделал так, что теперь я не могу просто уехать и забыть про вас? Ты хоть раз об этом подумал?!

Вова молчал. Я знала, что попала в точку. Но он не собирался сдаваться.

— Если ты так хочешь, можешь уйти прямо сейчас, — его голос стал холодным.

Я смотрела ему в глаза и понимала, что он врёт.Он не хочет, чтобы я ушла. Но гордость не давала ему сказать это вслух. Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как внутри бурлит злость.

— Знаешь, Вов, — я усмехнулась, но в голосе звучала горечь. — Иногда ты ведёшь себя так, будто тебе вообще плевать на меня.

Вова сжал челюсть, но ничего не ответил.

Турбо, всё это время молча наблюдавший за нами, лениво сказал:

— Ладно, хорош, а то ещё друг друга сожрёте.

Вова тяжело выдохнул и отвернулся, явно пытаясь успокоиться.

Я смотрела на него и чувствовала, как злость постепенно сменяется чем-то другим. Что-то в нём изменилось. Но что именно — я ещё не понимала.

Вова молча курил, стоя чуть в стороне. Его лицо было напряжённым, челюсть сжата так, что на скулах перекатывались мышцы. Он смотрел в темноту, но я знала — на самом деле он всё ещё злился.

Я не сводила с него взгляда. Внутри бурлила злость вперемешку с обидой. Его слова всё ещё отдавались в голове, оставляя неприятный осадок.

— Чё, кислая такая? — раздался вдруг знакомый голос сбоку.

Я повернулась и увидела Илью — Сутулого.

Он стоял рядом, чуть склонив голову, ухмыляясь.

— Иди отсюда, — бросила я, даже не глядя на него.

Но он не собирался уходить. — Ой, да ладно тебе, чего такая злая? — он усмехнулся и шагнул ближе. — Давай лучше про хорошее поговорим.

— Например? — я скрестила руки на груди, глядя на него с явным раздражением.

— Ну, например, ты и я. Симпатичная девчонка, симпатичный парень... Может, прогуляемся?

Я усмехнулась. — Мне не интересно.

— Это пока, — он оскалился. — Знаешь, обычно девочки сначала ломаются, а потом сами ко мне прибегают.

— Какая трагедия, я сломала твой шаблон, — язвительно сказала я.

Но Илья, похоже, воспринимал отказ как вызов.

— Да брось, ты просто не знаешь, какой я хороший, — он подался чуть вперёд, понизив голос. — Может, я вообще твой шанс на лучшую жизнь.

Я закатила глаза. — Да отвали ты уже, — отрезала я, но он не торопился.

И тут раздался голос, от которого у меня внутри всё похолодело.

— О, уже новый?

Я резко обернулась.

Вова.

Он стоял чуть позади нас, держа в одной руке сигарету, а в другой зажигалку. Глаза его поблёскивали от уличного фонаря.

— Так давай ещё и с ним пососись, ты же так это любишь, — с холодной усмешкой добавил он.

У меня внутри всё сжалось. Слова ударили сильнее, чем я ожидала. Боль пронзила грудь, словно кто-то полоснул по ней ножом. Я замерла, не веря своим ушам. Вова... Он реально это сказал? При всех?

По толпе пронёсся удивлённый гул. Кто-то хмыкнул, кто-то переглянулся, а кто-то откровенно наслаждался зрелищем.

Но я слышала только этот мерзкий, унизительный тон. Я сжала кулаки. Меня трясло от ярости.

Но прежде чем я смогла что-то сказать, раздался другой голос:

— Перегибаешь, Вов.

Все стихли.

Я медленно повернулась и увидела, как Турбо смотрит прямо на Вову. Его взгляд был ровным, спокойным, но в нём читалось что-то жёсткое. Я вздохнула. Даже не знаю, что меня удивило больше — то, что он вмешался, или то, что он встал на мою сторону.

Вова медленно повернул голову к нему. — Перегибаю? — его голос был низким, напряжённым.

Он сделал шаг к Турбо, будто проверяя его на прочность.

Но Турбо не сдвинулся с места. — Да, — спокойно ответил он.

Между ними повисло молчание. Все наблюдали.Пацаны явно не ожидали такого. Турбо всегда был на стороне Вовы. Всегда. И вот сейчас он идёт против него.

Вова стиснул зубы, его рука чуть дёрнулась, будто он сдерживал желание двинуть.

— Ты мне указывать будешь? — медленно спросил он.

Турбо усмехнулся. — Нет. Просто говорю, как есть.

Напряжение в воздухе было почти ощутимым. Я смотрела на них, сердце бешено колотилось. Вова молчал.

Тишина стояла напряжённая. Все ждали, что будет дальше. Турбо смотрел на Вову спокойно, но в его взгляде было что-то холодное, даже опасное.

— Если у тебя есть претензии, — его голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалась сталь, — говори их мне. Не ей.

Вова прищурился. — Ты у нас что, супергерой? — усмехнулся он. — Или, может, ты просто свою жопу прикрываешь?

Турбо не ответил.

— Сам мою сестру, небось, уже брал где-то за гаражами, а тут смелый такой?

Меня пронзила боль. В животе всё сжалось, к горлу подступил ком. Я сжала зубы, но не успела ничего сказать — слеза скатилась по щеке сама по себе.

А потом — резкий звук удара.

Вова дёрнулся назад, схватившись за лицо. Тишина. Все были в шоке. Я даже не сразу поняла, что произошло. Но потом увидела, как Турбо стоит перед ним, сжимая кулак.

Удар был сильным, резким, без лишних движений.

Вова поднял голову, в его глазах полыхала злость.— Ты чё, охренел? — его голос был низким, почти рык.

Но Турбо даже не моргнул. — Никто не смеет говорить такое про неё, — спокойно сказал он, но в голосе было что-то, от чего даже воздух вокруг будто стал тяжелее.

Вова сжал кулаки.

Зима и Сокол бросились между ними, разнимая, оттаскивая в разные стороны.

— Всё, хватит! — рявкнул Зима, удерживая Вову.

— Да завязывайте вы, нахер! — поддакнул Сокол, встав перед Турбо.

Я стояла как вкопанная.

Марат подошёл ко мне, крепко прижался, будто защищая. Но я не могла отвести глаз от Турбо.Он стоял ровно, дышал спокойно, будто вообще не напрягся. И в этот момент я поняла — он не просто так это сделал. Ему не всё равно.