Разбойники

Я сидела на лавочке, погружённая в мысли. Вчерашний вечер не давал мне покоя. Почему Турбо был в таком состоянии? Кто его избил? И самое главное — куда ушли Вова и Марат?Я устало провела рукой по лицу, пытаясь отогнать эти вопросы, но внутри всё равно что-то беспокоило.Наверное, зря я сюда приехала.Только приехала, а уже какие-то побои, загадки, странные люди...

Но это ведь мой дом. Моя семья. И я хочу знать, что с ними происходит. Я тяжело вздохнула, собираясь встать, но в этот момент чей-то голос разорвал утреннюю тишину.

— Ты чья?

Я вздрогнула и резко обернулась. Передо мной стоял парень.

Высокий, худощавый, лысый, тёмной куртке.Лицо немного бледное, но глаза живые, цепкие, внимательные.Я всмотрелась в него и вдруг поняла.Это он.Парень, который вчера притащил Турбо к нам домой.

— Я тебя где-то видела, — пробормотала я.

Он ухмыльнулся. — Да неужели?

Я хмуро посмотрела на него. — Ты вчера был у нас дома, принёс Турбо.

Парень кивнул, сунул руки в карманы. — Так чья ты?

Я нахмурилась. — В смысле?

Он фыркнул. — Ну, ты с кем? С Вовой? У Маратика Айгуль есть, — усмехнулся он, — ты чья?

Я непонимающе моргнула. — Ты вообще о чём?

Парень внимательно посмотрел на меня, потом прищурился. — С кем ходишь?

— Ни с кем, — ответила я.

— Тогда что ты вчера делала у Автора дома?

Я закатила глаза. — Жила там.

— В смысле?

— В прямом. Я их сестра. Средняя.

Парень удивлённо вскинул брови. — Серьёзно?

Я кивнула.

Он пригляделся ко мне внимательнее, будто что-то оценивая. Потом протянул руку.— Зима.

Я немного замялась, но потом всё же пожала его руку.— Саша.

Рукопожатие было крепким, уверенным. Я посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, что за человек стоит передо мной. Но Зима только усмехнулся. И почему-то мне не было страшно,наоборот спокойно .

Зима всё ещё смотрел на меня, слегка прищурив глаза, будто что-то обдумывал. А потом вдруг небрежно пожал плечами: — Ну что, раз уж мы познакомились, может, пройдёмся?

Я чуть приподняла бровь. — Прогуляться?

— А что? Есть дела поважнее?

Я задумалась. Честно говоря, дома меня никто не ждал, а сидеть в четырёх стенах, мучаясь мыслями, не хотелось. Так что я пожала плечами. — Ладно. Почему бы и нет.

Зима усмехнулся, развернулся и, засунув руки в карманы, пошёл вперёд. Я чуть замешкалась, но потом пошла следом. Мы шли по узким улочкам, где дома стояли близко друг к другу, как старые соседи, наблюдающие за прохожими. Казань просыпалась — кто-то выходил с собаками, старушки сидели у подъездов, обсуждая последние новости, по дорогам медленно ползли трамваи.Зима шёл спокойно, неторопливо, будто привык к этим улицам и чувствовал себя здесь хозяином.

Я украдкой посмотрела на него. Он был... странный. Холодный, но не грубый. Резкий, но с какой-то ленивой лёгкостью в движениях. Как будто в любую секунду мог либо рассмеяться, либо ударить. Но что-то в нём было интересное.

Я задумалась, а потом решила попробовать выбить из него хоть какую-то информацию. — Слушай, — начала я, — а ты вчера куда потом пропал?

Зима хмыкнул. — Тебе зачем?

Я прищурилась. — Хочу знать, что случилось с моими братьями.

Он скосил на меня взгляд. — А они тебе ничего не сказали?

— Нет. И, судя по их виду, ничего хорошего не произошло.

Зима коротко усмехнулся. — Ну, если не сказали, значит, не твоё дело.

Я закатила глаза. — О, конечно. Опять этот мужской заговор. Типа "не лезь, сестрёнка, ты же девочка".

— А ты разве не девочка?

Я сердито посмотрела на него. — Вообще-то я взрослая женщина.

Зима расхохотался. — Ты сказала это так, будто тебе лет сорок, у тебя двое детей и ипотека.

Я хмыкнула. — Ну, до ипотеки пока далеко.

Он чуть улыбнулся, но в глазах мелькнула тень задумчивости. — Ладно, Саша. Просто некоторые вещи лучше узнавать от тех, кто в этом замешан. Твои братья разберутся сами.

Я раздражённо фыркнула. — Да они уже "разобрались" — с синяками и рассечёнными губами!

Зима не ответил. Только вздохнул, чуть ускоряя шаг. Я поняла, что ничего из него не вытяну.После короткой паузы я решила сменить тему.— Ты местный?

— Ага. Тут вырос, тут и живу.

— А чем занимаешься?

Зима улыбнулся, но не ответил. Я прищурилась. — Подозрительно.

— Что поделать, я человек загадка.

Я покачала головой. — Ну ладно. Тогда поговорим обо мне. Мне двадцать один, я учусь в Москве на адвоката.

Зима чуть вскинул бровь. — Адвокат? Неожиданно.

— Почему?

— Ну... не знаю. Обычно девчонки на что-то попроще идут.

Я скрестила руки на груди. — Например?

— Ну... бухгалтерия, преподавание.

— То есть ты считаешь, что я не потяну адвокатуру?

Зима усмехнулся. — Да нет, скорее наоборот. Ты явно с характером.

Я хмыкнула. — Спасибо за комплимент.

— Не за что.

Мы шли дальше, и я поймала себя на мысли, что разговор с ним оказался довольно интересным.Мы шутили, обсуждали Москву и Казань, говорили о людях, которых встречали в жизни. Зима оказался хорошим собеседником — не болтливым, но и не скучным. Неожиданно.

Когда мы подошли к моему дому, я немного замедлила шаг. Зима тоже остановился, посмотрел на меня. — Ну что, адвокат, будешь защищать своих братьев в суде?

Я рассмеялась. — Скорее допрашивать их буду.

Он улыбнулся. — Только аккуратнее. Они могут пойти против тебя.

Я пожала плечами. — Попробуют — проиграют.

Зима кивнул, сунул руки в карманы. — Ну, бывай, Саша.

Я кивнула в ответ. — Бывай, Зима.

Он развернулся и быстро скрылся за углом. Я ещё пару секунд смотрела ему вслед, а потом глубоко вдохнула и поднялась в квартиру. Нужно было наконец выяснить, что вчера произошло.

Когда я вошла в подъезд, то сразу ощутила прохладу — после солнечного тепла улицы здесь было на пару градусов холоднее. Поднявшись по ступенькам, я достала ключи и тихо отперла дверь.В квартире было тихо. Родителей не было — наверное, уже ушли на работу. Я аккуратно сняла кеды, повесила сумку на крючок в коридоре и пошла на кухню, откуда доносился запах чая.

Вова сидел за столом, медленно пил чай, а перед ним лежала открытая пачка печенья. Он выглядел усталым, но спокойным. Я остановилась в дверях и скрестила руки на груди. — Ну? Расскажешь мне, что вчера было?

Вова даже не поднял глаз, только вздохнул и сделал ещё один глоток чая. — Ничего такого.

— Ага. Конечно. Особенно если учитывать, что кто-то пришёл домой с фингалами.

Он усмехнулся и отломил кусочек печенья. — Сестрёнка, ты слишком много думаешь. Всё решили.

Я вошла в кухню, подошла ближе и упёрлась ладонями в стол. — Что решили? И почему вы молчите?

Вова спокойно посмотрел на меня.— Потому что я не хочу втягивать тебя в это, не твое это дело.

Я рассердилась. — Как это "не моё дело"?! Я твоя сестра! И мне не всё равно, чем ты и Марат занимаетесь!

Вова вздохнул, допил чай и поставил кружку в раковину. Потом развернулся ко мне и спокойно сказал: — Сегодня в пять вечера будь готова. Марат за тобой зайдёт. Мы тебя познакомим с нашими друзьями.

Я замерла, переваривая услышанное. А потом возмущённо фыркнула. — Ты издеваешься? С чего вдруг?!

Вова пожал плечами. — Потому что так надо.

— Мне это совсем не надо! Я не хочу знакомиться с какими-то разбойниками!—Он улыбнулся краем губ, будто ему было смешно видеть, как я злюсь.— И вообще-то я уже познакомилась с Зимой,—Я резко выпрямилась.—Чудесный тип. Ходит, как хозяин жизни, и отвечает загадками.

Вова усмехнулся. — Ну, Зима такой.

Я раздражённо покачала головой. — А мне-то это зачем?

Вова серьёзно посмотрел на меня.— Потому что сейчас опасно на улицах. И нам надо, чтобы ты была в курсе. Это не обсуждается, Саш.

Я уже собиралась ответить что-то язвительное, как вдруг в кухню ввалился Марат. Растрепанный, с фингалом под глазом, в мятой футболке. Он зевнул, лениво почесал голову и посмотрел на нас.— Чё вы тут орёте? Утро же ещё.

Я вздохнула. — Прекрасное утро, особенно учитывая, что твоя рожа снова как после драки.

Марат лукаво улыбнулся. — Зато не скучное, как у тебя.

Я закатила глаза. — Очень смешно.

Марат сел рядом с Вовой, достал из коробки печенье и сунул его в рот. — Так чё, сестрёнка, ты готова к вечеру?

Я скрестила руки на груди.— Нет. И не собираюсь.

Марат посмотрел на Вову и показательно вздохнул.— Ну, Саша, не расстраивай нас! Мы так хотели, чтобы ты познакомилась с нашей тёплой, дружной компанией!

Я пристально на него посмотрела.— Марат, тебе бы в театре играть.

Он широко улыбнулся.— Я вообще-то талант.

Я хмыкнула.— Ты — фингалист.

Вова тихо усмехнулся.Марат же откинулся на спинку стула и сделал трагическое лицо.— Ах, так? Я старался, защищал честь семьи, а меня тут ещё и оскорбляют!

Я хмыкнула.— Ты, случайно, не на дуэль кого-то вызывал?

Марат гордо поднял подбородок.— Нет, но можно подумать.

Вова закатил глаза и дал ему лёгкий подзатыльник.— Придурок.

Марат засмеялся и потёр голову.— Ладно, Саша. Просто поверь нам — тебе лучше быть в курсе, с кем мы общаемся. Это для твоей же безопасности.

Я вздохнула, но ничего не ответила. Что-то мне подсказывало, что отказываться бесполезно.