Глава вторая

Ханна Кинг

Не знаю, что я сделала в прошлой жизни, но в этой она определенно издевается надо мной. Мое сердце билось как ненормальное: то ли от страха, то ли от удивления, то ли от волнения. Мне показалось, что от всего сразу. Мало того, что я выгляжу невероятно нелепо, так еще и лежу на нем. Мое платье задралось до неприличия, обнажая нижнюю часть бедра. Кончики мужских пальцев пробежались по коже моей ноги, поднимаясь все выше, вызывая волну мурашек, которая и заставила меня прийти в себя.— Что ты себе позволяешь? — прошептала я, опираясь на мужскую грудь.— Хочу, чтобы ты исполнила свое обещание, — парень уже потянулся своими губами к моим, как вдруг недалеко от нас послышался знакомый громкий голос.— Она же как ребенок, Габри! За ней нужен глаз да глаз, а то попадет еще в какую-нибудь… О, черт! — Флориан встала напротив нас с открытым ртом.— Мы не вовремя, — добавил Габриэль, который шел сзади девушки. Он хотел развернуться и уйти, но Флориан схватила его за рукав кофты и потянула на себя.Я быстро оттолкнулась от Оскара, поднимаясь на ноги. Случайно наступила ему в пах, после чего услышала негромкое «твою мать», а затем быстрым шагом подошла к только что пришедшим. Могу поспорить, что в этот момент мое лицо залилось таким красным, каким обычно сияет звезда на рождественской елке.— Вы очень даже вовремя. Я как раз вас искала, — я взяла Флориан за руку и потащила в сторону выхода с крыши.— В перерыве между обжиманиями с красавчиком? — подметил Габриэль. — Привет, Ос, — обратился он к парню, который так и продолжал лежать на холодном полу. Тот отсалютовал ему, а затем все же поднялся.— Да не так все было! — я топнула ногой и закрыла лицо руками, чувствуя очередную волну стыда, а затем спустилась и быстро направилась в свою комнату.Там, в спокойной обстановке, я пришла в себя. Как можно так опозориться во второй раз? Да еще и на глазах у тех, с кем я вроде как близка. Как чувствовала, что не нужно никуда идти. Осталась бы в комнате с ноутбуком и сериалами. Неожиданно раздался стук в дверь, и я подпрыгнула на месте. Встала и поплелась к ней в надежде, что это Фло, хотя знала: она не стала бы стучать. Зачем? Это же ее комната. Дверь открылась еще до того, как я успела к ней подойти. Да с таким размахом, что чуть не зарядила мне по лицу.— Ты совсем не умеешь прятаться, — Оскар шагнул внутрь комнаты, оставляя меня позади.— Я тебя не приглашала, — ответила я, закрывая за ним дверь.— Мне не нужно приглашение, — он сел в кресло напротив моей кровати и посмотрел на меня таким холодным взглядом, что в моих жилах застыла кровь. — Как видишь, я пришел сам.— Молодец, надеюсь, ты сможешь сам найти дорогу назад?— Тебе палец в рот не клади, я смотрю. Ты мне кое-что задолжала.— Ах да, вещи. Передам завтра через Габриэля. Он сказал, что вы живете вместе.— Ты их испортила, сама и принесешь.— Я завтра уезжаю, так что…— Значит, послезавтра.— Да не буду я! Ты сам виноват. Нужно смотреть, куда идешь. Не пялился бы в телефон, и все в твоей жизни было бы отлично! — откуда-то во мне проснулась смелость.Парень медленно встал с места, еще раз прошелся глазами по интерьеру, который мы вместе с Фло здесь создали, а затем направился в мою сторону медленным шагом, словно хищник, который загоняет добычу в угол. И в этой игре добычей была я.— Будешь, Ханна Грейс Кинг, — он положил руки на стену по обе стороны от меня. — Еще как будешь. Иначе я превращу твою сладкую жизнь здесь в сущий кошмар. И, поверь, ты будешь умолять меня остановиться.С этими словами парень покинул комнату, оставляя меня в одиночестве с вихрем разных мыслей в голове. Да что он себе позволяет?! У него явно какие-то проблемы с головой. Сначала защищает, потом угрожает. Я опустила голову и жалобно заскулила. Никуда я завтра не собиралась, просто не хотела видеть его самодовольную рожу, когда приду к нему. Но выбора у меня нет.На следующее утро первым делом я пошла в прачечную, где сушились вещи Оскара Миллера. Она находилась за пределами университета, поскольку прачечная в общежитии была на ремонте: там прорвало трубу. Очередь была похлеще, чем в круглосуточный магазинчик в пределах кампуса, потому что каждому нужно было то отнести вещи, то забрать. Благо, мне нужно только забрать одежду. Я быстренько проскользнула сквозь толпу, забрала у девушки, которая стояла на кассе, пакет с моим номером, заплатила и ушла. Направилась сразу в комнату Оскара. Пакет я оставила на пороге, чтобы не пересекаться с ним, а после вернулась в свою комнату.Сегодня Родительский день, поэтому Флориан находилась в комнате не одна, а вместе с родителями. Родительский день  - это последний день перед началом учебного семестра, когда двери учебного заведения открыты для всех желающих. Как правило, приходят именно родственники и друзья, чтобы студенты могли провести экскурсию.— Мам, пап, это Ханна, — Флориан подошла ко мне и обняла. — Я вам про нее рассказывала. Она тоже учится на факультете журналистики. Ханна, это Джулия и Винсент. Мои родители.— Здравствуйте, — произнесла я, улыбнувшись. — Приятно познакомиться.— Здравствуй. Твои родители приедут позже? — обратилась ко мне женщина на вид чуть старше тридцати.— Ну-у-у… они не приедут, — я замялась, но на помощь мне пришла Флориан.— Мам, не приставай с расспросами! Пойдем, лучше я покажу вам внутренний двор.— Дочка, мы хотим познакомиться с твоей соседкой, — вмешался мужчина. — Успеем еще туда сходить. Ханна, почему ты выбрала журналистику?— Хочу освещать в новостях важные темы, о которых обычно умалчивают.— Борец за справедливость? — спросила Джулия.— Наверное, — я тихо рассмеялась и села на край кровати.Родители Флориан мне понравились. Они действительно такие же, как и она. Много всего знают благодаря своей работе, интересны и умны. У Джулии рыжие волосы под каре, овальное вытянутое лицо и тонкие губы. Она носит очки, а когда улыбается, у нее появляются ямочки на щеках. Женщина выглядит очень опрятной и милой. Винсент же словно ее противоположность: форма его лица напоминает квадрат, ровная черная щетина, хорошо убранные волосы. Он выглядит скорее как бизнесмен, чем зоолог.Когда они ушли, я прилегла и уснула на несколько часов. Проснулась только ближе к пяти часам, когда большинство родителей уже покинули территорию общежития, как и родители Флориан. Она лежала на кровати на животе, болтая ногами и листая ленту в социальных сетях.Дверь в комнату распахнулась, и в нее вошел разгневанный Оскар, держа в руке тот самый пакет, который утром я оставила у его двери.— Красавчик, тебя не учили стучать? — указала ему Фло, принимая сидячее положение.— Ты постирала мою футболку со своими розовыми панталонами?! — обратился он ко мне, доставая из пакета белую, а нет, уже розовую футболку и чьи-то розовые трусы.— Это не панталоны, а стринги. Ты совсем не разбираешься в женском белье, — заметила Флориан и рассмеялась.— Это не мои…, — произнесла я.— Разве? А по-моему, тебе подходят: бабочки, цветочки, сердечки. Девочки вроде тебя носят именно такое.— Что значит «девочки вроде меня»? — меня это задело. Я не считала себя красоткой, наоборот, не принимала свою внешность и тело, но когда меня считают не взрослой девушкой, а маленькой девочкой, которая только что закончила детский сад, – это немного обидно.— Да ладно тебе. Неплохой цвет, он сейчас в моде, — Флориан снова стала листать что-то в интернете.— Но я же не специально.— Твои случайности меня доконают, — парень достал из пакета свою куртку, которая стала меньше на целый размер.— Видимо, там поставили какой-то другой режим… Это не моя вина!— Мне плевать, чья это вина. Ты моя должница, поняла? Уже в третий раз, — Оскар бросил вещи и пакет на пол и размашистым шагом покинул нашу комнату.— Вот козел, — Флориан хотела выкинуть вещи, но я остановила ее. На неделе схожу в эту прачечную и потребую деньги назад. На них я смогу купить новые вещи, чтобы успокоить этого истерика.Какая я везучая… Учебный год еще не начался, а я уже вляпалась в разного рода ситуации, которые приносят мне только беды. Меньше всего я хочу быть должницей какого-то самодовольного индюка, считающего себя пупом земли. Страшно даже думать, что будет дальше…

Оскар Миллер

Девушка с испуганными глазами глядела на меня как на призрака, который вышел из ее ночных кошмаров. Ее волосы ласкали мое лицо, запах ее парфюма вплетался в каждую мою клеточку. Я чувствовал, как тепло ее тела расплывалось в моих объятиях, создавая безмятежное ощущение полноценности. Мой взгляд блуждал по ее лицу, улавливая каждую черту, каждое малейшее движение губ. Ее глаза были глубокими, и я погружался в них с безумным желанием. Моя рука машинально потянулась к ее щеке, которая в ту же секунду порозовела. С каждым прикосновением мое дыхание становилось все более тяжелым, и я знал, что этот момент неизбежен. Мои губы медленно приближались к ее до тех пор, пока Ханна не опомнилась.— Что ты себе позволяешь? — разноцветные глаза забегали в разные стороны. Она старалась смотреть куда угодно, но не на меня.— Хочу, чтобы ты исполнила свое обещание, — прошептал я ей в ответ. Когда наши губы находились в нескольких миллиметрах друг от друга, Габриэль с какой-то девушкой, внешне похожей на любительницу рок-концертов, искали Ханну, все еще лежащую на мне.— Она же как ребенок, Габри! За ней нужен глаз да глаз, а то попадет еще в какую-нибудь… О, черт! — девушка остановилась около нас, приложив руку к груди.— Мы не вовремя, — добавил Габриэль. Парень тихо рассмеялся и хотел уйти, но его подруга остановила его.— Вы очень даже вовремя. Я как раз вас искала, — Ханна встала с меня, отряхнула наряд и отвернулась от меня.— В перерыве между обжиманиями с красавчиком? — подметил Габриэль. — Привет, Ос, — обратился он ко мне.— Да не так все было!Я поднялся следом за ней. Отсалютовал приятелю и поправил футболку, которая немного задралась, обнажая часть кожи. Это заметила Кинг. Тихо ахнув, она отвернулась, а затем и вовсе убежала, прикрыв лицо руками. Что-то бурчала себе под нос и, наверное, проклинала меня на чем только свет стоит.— Так это ты Оскар Миллер, гроза университета и секс-символ большинства девушек? — произнесла незнакомка, оценивающе рассматривая меня со всех сторон. Ее голубая прядь волос упала ей на лицо, а ветер подхватил и откинул на макушку. — Ну, ничего так…— А ты-то кто? — начал рассматривать ее таким же оценивающим взглядом.— Твой ночной кошмар, — девушка подняла мою футболку, а затем выразительно изогнула бровь. — Если обидишь мою подругу.— Боюсь-боюсь, — я обошел ее и направился к выходу с крыши. На лестнице я заметил Джесс, поднимающуюся ко мне с двумя стаканчиками напитка.— Милый, ну ты где… — блондинка посмотрела на меня и нахмурилась. — Кто это?— Мой сосед и его подружка.— Меня зовут Флориан, красавчик! — произнесла девушка, проходя вместе с Габриэлем мимо меня.— Как ты его назвала?! Да ты хоть знаешь, кто я? — Моретц повернулась к ней, и я понял, что если ее не увести, скандала не избежать.— Ты не поняла? Прости, милая, не знаю языка глупых Барби, — Флориан мило улыбнулась ей, а затем чуть толкнула в плечо, из-за чего содержимое в стакане вылилось на нее.— Смотри куда прешься! Это платье стоило 179 долларов!— Какой ужас! Ничего страшного, попросишь еще у своего богатенького папочки, — ответила Флориан, а после они вместе с Габриэлем спустились.Руками Джессика попыталась все вытереть, однако сделала только хуже. Сказала, что теперь оно отправится на помойку, а после, не попрощавшись, ушла к себе в комнату, чтобы переодеться.Я несколько минут постоял на крыше общежития, а затем решил навестить маленькую мисс Кинг в ее комнате. Пробираясь сквозь толпу уже пьяных студентов, я еле как вышел на лестницу, откуда все еще было хорошо слышно громкую музыку и смех молодежи. Спустившись на второй этаж, завернул за угол и сразу наткнулся на нужную дверь.— Ты совсем не умеешь прятаться, — усмехнулся я, входя в комнату девушек.На удивление, здесь было все довольно гармонично: ничего лишнего, никакого мусора, вся мебель минималистична и, кажется, была заменена совсем недавно. Справа от входа висели разные постеры музыкальных групп, среди которых были Linkin Park, The Beatles, Nirvana. Помимо них висели мотивирующие цитаты: «Если сильно во что-то верить, это обязательно сбудется». Мои глаза пробежались по нежно-бежевым шторам, такого же цвета пледам и ковру между кроватями.Смотря на Ханну, я почему-то думал, что здесь будет много розового цвета и куча игрушек, в основном плюшевых.— Я тебя не приглашала, — пискнула Ханна рядом со мной.— Мне не нужно приглашение. Как видишь, я пришел сам.— Молодец, надеюсь, ты сможешь сам найти дорогу назад?— Тебе палец в рот не клади, я смотрю. Ты мне кое-что задолжала.— Ах да, вещи. Передам завтра через Габриэля. Он сказал, что вы живете вместе.— Ты их испортила, сама и принесешь.— Я завтра уезжаю, так что…— Значит, послезавтра.— Да не буду я! Ты сам виноват. Нужно смотреть, куда идешь. Не пялился бы в телефон, и все в твоей жизни было бы отлично!— Будешь, Ханна Грейс Кинг, — я поднялся с места и подошел к Кинг вплотную, чувствуя ее горячее дыхание на своей груди даже сквозь ткань футболки. — Еще как будешь. Иначе я превращу твою сладкую жизнь здесь в сущий кошмар. И, поверь, ты будешь умолять меня остановиться.В глазах Ханны вспыхнул испуг. Она моментально сжалась, а по учащенному дыханию мне показалось, что еще немного – и у нее начнется паническая атака, поэтому, задержав взгляд на розовых пухлых губах, я оттолкнулся.— Тик‑так, мисс Кинг, — я сделал акцент на ее фамилии, и, кажется, только сейчас она поняла, что я знаю ее имя, хотя мы не были знакомы. — Откуда ты… Оставив ее вопрос без ответа, я вышел и подошел к машине. За всю вечеринку мне пришло несколько сообщений от лучшего друга, который уже ждал меня в назначенном месте. Я сел за руль своего Порше и затем тронулся. Ночь становилась все более тягостной, словно воздух наполнялся напряжением и предчувствием неизбежного.

Вечер в Бронксе был окутан мраком, который словно поглощал свет фонарей и превращал тени в уродливые фигуры. Закрытый ночной клуб «Черный ангел», расположенный в самом сердце Бронкса, –  не место для прогулок. Здесь царят свои законы, свои правила, и каждый шаг может стать последним. Парковка перед клубом была пуста, за исключением машины моего друга. Я вышел из автомобиля, ощущая взгляды наблюдателей, скрывавшихся в тени. Каждый шаг к входу – как шаг по лезвию ножа. Внутри клуба царил полумрак, пропитанный дымом и ароматом дешевой выпивки. Я направлялся к барной стойке, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. Лица вокруг – маски безразличия и угрозы, но я знал, что мои дела здесь не для показухи. Закулисье клуба хранило свои тайны глубже.У барной стойки меня встретил Лука. Пожав друг другу руки, мы двинулись в сторону VIP‑комнат, в одной из которых нас уже ждали. Внутри было слишком темно, поэтому я не сразу смог разглядеть кого‑то. Наконец я увидел его – мужчину, стоявшего в углу с сигаретой в руке. Его взгляд был жестким, словно холодная сталь. Я подошел к нему, чувствуя, как напряжение достигает предела. Мы обменялись молчаливым приветствием, словно слова здесь были лишни, а затем сели в мягкие кресла.— Принесли? — прозвучал резкий вопрос; я ответил лишь минутным молчанием. Мужчина в черном пиджаке вертел в пальцах золотой перстень с головой льва и смотрел мне прямо в глаза, играя с моим сознанием. — Нет, — наконец ответил я, запрокидывая ногу на ногу. Мы обменялись с Лукой взглядом, а затем он продолжил.— Мы не работаем на тебя уже пять лет, Эдгар, — сказал он, доставая сигарету и закуривая в помещении, выдыхая едкий дым. — Твои псы уже плохо работают?Несколько мужчин, стоящих позади нашего бывшего работодателя, дернулись, но он остановил их одной поднятой рукой. Он лениво выдохнул и, со скучающим видом, начал рассматривать стену справа от нас, на которой висела картина с какой‑то обнаженной женщиной.— Бывших наркодилеров не существует, — произнес он, потянувшись в карман и бросив нам несколько пачек долларов. — Я обратился к вам потому, что заказчик вам знаком. Помните Честера Мэндорса из Вестминстера?— Это тот, из-за которого нас поймали? — спросил Лука, и Эдгар растянул губы в улыбке.— Он готов продать свои органы, лишь бы получить дозу. Мои люди наблюдали за ним последние несколько месяцев. Заставил жену и дочь работать проститутками, чтобы появились хоть какие-то деньги, а потом приполз ко мне, угрожая, что донесет на нас в полицию.— И чего ты хочешь от нас? — скептически поднял бровь я.— Он нам мешает. Просто убить слишком просто, таких подонков, как он, нужно наказывать. Это, — мужчина бросил на стол пакетик с порошком, — карфентанил. Достаточно 0,03 миллиграмма, чтобы человек умер. От вас мне нужна только доставка.— Нет.— Нет? Хочешь провести остаток своих дней в тюрьме? — Эдгар усмехнулся.— У тебя ничего на нас нет. После работы с тобой мы усвоили важный урок – никому нельзя доверять. И тем более… — мой лучший друг перевел взгляд на меня, слегка улыбнувшись.— Тем, кто перестал на тебя работать.В комнате царила атмосфера роскоши и опасности, но в тот же миг она внезапно исчезла. Дверь в комнату разлетелась вдребезги, словно ее взорвали динамитом. В комнату ворвались люди в бронежилетах и с автоматами в руках. Полиция. Их лица были замаскированы, и в глазах сверкали неугасимые огоньки решимости и злости. За спиной одного из них я разглядел мелькающий свет красных и синих мигалок, пробивающийся сквозь полумрак клуба.«Полиция! Никому не двигаться!» — раздался громкий голос, который отражался от стен, словно эхо.— Мелкие ублюдки! — выпалил Эдгар, сорвавшись с места и помчавшись к запасному выходу. Он прятался за спинами своей охраны, которая почти сразу рухнула на пол, истекая кровью от пулевых ранений.Раздались громкие крики стриптизерш, на глазах которых раненые тела падали, как капли дождя – слишком быстро, чтобы понять, что происходит. Мы с Лукой легли на пол, накрыв голову руками.Спустя несколько минут стрельба прекратилась. Эдгар, сопротивляясь, пытался высвободиться из хватки полицейских, однако все было тщетно.— Вы живучие, — услышали мы рядом. Высокий, громадный мужчина с пистолетом в руке встал около нас. — Встать.— Вы вовремя. Еще немного, и нас бы пристрелили, — отшутился Лука.— Что с ним будет? — вмешался я, хотя меня больше волновал вопрос, что будет с нами.Торговать наркотиками мы начали, когда еще жили в Англии. Меня сподвигла на это смерть любимой сестры, которую я долго не мог принять и пережить. На фоне постоянного стресса у меня начались проблемы в школе, а затем и с родителями, которые устраивали скандалы каждый день. Я начал сбегать из дома, вступил в опасную банду, в которую со временем затянул и Луку, за что по сей день прошу у него прощения. Сначала это были легкие наркотики, но после знакомства с Эдгаром наша жизнь изменилась. Мы вступили в криминальный мир, в котором за любую оплошность можно было получить пулю в лоб. Мы работали под чужими именами с чужими историями жизни. Так продолжалось два года, пока на одной из тусовок я чуть не умер, обдолбавшись. Эдгар нехотя, но отпустил нас, сказав, что когда-нибудь вернется за нами.Это произошло два месяца назад. Одно сообщение, в котором содержалось мое рабочее имя, позволило мне понять, что он вернулся. Однако ни у меня, ни у Луки не было желания возвращаться в это дерьмо, поэтому я позвонил своему дяде, который помог нам организовать это дело с полицией. Доверить это я мог только ему, потому что когда-то он помог вытащить меня из тюрьмы.— Считайте, что ваших прошлых дел больше не существует, — произнес мужчина. Этот ответ меня вполне устроил. Джонатана Монтэга больше не существовало.