Глава 19. «...А спина в муравьиной куче...»

... – Пригласите в зал суда Гуливину Аллу Витальевну. – Произнес судья обыденным тоном.

В зал суда, буквально, влетела беспокойная женщина. От всех уже бывавших здесь потерпевших она отличалась тем, что была довольно молодой. На вид лет сорок.

Она быстро оказалась у трибуны и наскоро со всеми поздоровалась.

– Вы Гуливина Алла Витальевна, тысяча девятьсот восемьдесят второго года рождения, работаете продавщицей в продуктовом магазине. Вы мачеха девятой жертвы Самохиной Людмилы Павловны.

– Да, да, ваша честь. – В какой-то панике протороторила женщина.

– Потерпевшая, успокойтесь. – Лениво произнес судья. – Владимир Арнольдович, пожалуйста, вопросы.

– Спасибо, ваша честь. Потерпевшая, расскажите, что произошло в день пропажи вашей падчерицы?

Глаза тетки забегали. Она начала судорожно вспоминать, растягивая гласные в раздумьях.

– Ну-у, в тот день мы...мы с Людой... Честно сказать я уже плохо все помню, как ни как шесть лет прошло. В памяти многое затерялось.

– Ну, расскажите, что помните. – Предложил прокурор.

– Хорошо. – Она вновь задумалась. – В тот день Люда, кажется, пошла гулять и обратно не вернулась.

– Что было дальше.

– Ничего. Она пропала, а спустя несколько лет мне сообщили, что нашли ее труп. Вот и все.

– Ваша честь, у меня больше нет вопросов к потерпевшей. – Заключил прокурор.

Все? Серьезно? Слушайте, ну раз уж вы разыгрываете спектакль с этим судом, то играйте свои роли хотя бы качественно. Не одну же меня в речи этой дерганой тетки смутило слово «кажется»? Да и ее беспокойные бегающие глаза не заметить было не возможно.

– У стороны защиты будут вопросы?

– Да, ваша честь. – С некой гордостью произнес Паршин. – Потерпевшая, вы сейчас говорили, что ваша падчерица ушла гулять. Верно?

– Да. – Не уверенно ответила она.

– Но в протоколе из отделения полиции, где вы давали показания после нахождения трупа вашей падчерицы, указано, что вы утверждали, будто ваша падчерица ушла на работу в ночную смену. Хотя она, как выяснилось, даже не работала.

Тетка занервничала сильнее. Прокурор и судья косо посмотрели на Паршина.

Что? Рушится ваша постановка?

– Ну, я же говорила, что плохо помню события того времени. Могла ошибиться.

– Хорошо, предположим. Но как вы объясните работу вашей падчерицы, которой на самом деле не было?

– Она мне говорила, что ходит на работу. А уже на допросе я узнала, что оказывается, она мне врала.

– Но судя все по тому же протоколу, вы утверждали, что сами узнали, что Лидия не работала. Как вы это объясните?

– Послушайте, чего вы от меня хотите? – Паника нарастала. Женщина заметно нервничала.

– Вы путаетесь в собственных показаниях. – Парировал адвокат. – Вы точно нам не врете?

– Чего вам от меня нужно? – Закричала женщина, не в силах сопротивляться.

– Правду. Что случилось шесть лет назад?

– Я не знаю. Я не помню... – Вновь заистерила она.

– Зато я знаю. Ваша честь, – обратился Паршин к судье – согласно показаниям подсудимой, Лидия Самохина перед смертью рассказала ей, что ее мачеха, Гуливина Алла Витальевна убила человека.

Потерпевшая была в шоке от услышанного. Глаза ее округлились, а руки задрожали.

– С помощью подсудимой было выяснено место захоронения трупа и установлена личность погибшего. Им оказался сотрудник коллекторской организации Пучков Тимур Львович...

Паршин не договорил. Его перебили.

– Ложь. – Закричала, как сумасшедшая Алла. – Все это ложь. Я никого не убивала...

– Пристав, – кричал уже судья – выведите потерпевшую.

Бедный пристав кое-как вывел эту ненормальную из зала...

...Перейдем к самой необычной подруге в моей коллекции. Почему необычной. А потому что она, как и я убила человека. Ну, или почти...

Как и в прошлый раз с Витой, наше знакомство с Милой произошло довольно внезапно и рискованно.

Я опять возвращалась с работы. Это был конец июля. Весь день было очень жарко, а к вечеру стало прохладней. Сидя за рулем своей машины, я открыла окно и наслаждалась приятным летним ветерком, что залетал в салон.

Когда я проезжала по недавно сделанной дороге, на которой еще не успели провести освещение, из тени вышла девушка. Она появилась неожиданно, словно призрак из фильма ужасов. Хотя особо от призрака она не отличалась. У нее были длинные, черные, распущенные волосы, которые закрывали пол лица. Ну прям Самара из «Звонка». На самом лице не было ни единой эмоции, оно было каменным. Из того что было одето на девушке в глаза бросался одноразовый дождевик. Он сильно привлекал внимание, так как был не уместен. Потому что за день не было не то, что дождя, даже облачка на небе. Да и прогноз погоды не обещал осадков еще целую неделю.

Незнакомка появилась на дороге очень неожиданно, прямо перед моей машиной. Как и в прошлый раз, я чудом смогла затормозить, не задев девушку. Опять, чуть не впечатавшись в руль, по моему телу прошла волна страха. В этот раз такого долгого ступора не было. Я быстро отошла от пережитого и скорее выбежала к девушке, узнать, все ли с ней в порядке. Странно было то, что девушка никак не отреагировала ни на меня, ни на почти случившуюся аварию. У нее не было страха, не было ступора, не было шока. Она просто стояла перед машиной, безэмоционально смотря куда-то в даль.

Я начала ее расспрашивать, как она себя чувствует, не задела ли я ее и не стоит ли поехать в больницу. Но в ответ я получила только молчание. Меня это напрягло и, я уже испугалась, что от страха у нее помутился рассудок, раз она просто стояла и молчала. Но потом задумалась. Раз уж она не испугалась случайного наезда, значит, дело тут было вовсе не в моей машине. Что-то другое ввело ее в такое состояние.

Оставить девушку ночью, одну, на пустой дороге, в непонятно каком состоянии я не могла. Поэтому усадила ее на заднее сидение, она не возражала и не сопротивлялась, и повезла к себе домой. Больше вариантов у меня не было.

Дорога пронеслась быстро и в тишине. Всю поезду и некоторое время у меня дома незнакомка не выходила из своего состояния. Я пыталась с ней говорить, задавала вопросы, предлагала поесть, наливала чай, но ничего не происходило. Она продолжала молчать.

В итоге, через некоторое время я начала сдаваться. Уже не так яро задавала вопросы, а лишь изредка что-то спрашивала и пыталась шутить. И вот спустя несколько минут, после очередного вопроса, девушка медленно повернула на меня голову. Немного посмотрела, а потом из ее глас потекли первые слезы.

– Ты чего? – Испугалась я. Такой реакции я не ожидала. – Что с тобой?

Но она мне не ответила. Отвернула голову в сторону и продолжила плакать. А потом вдруг тихо, еле шевеля губами, произнесла:

– Я убийца.

– Что? – Не поняла я сразу, послышалось мне или все-таки нет.

– Я... – сделала паузу она – убила человека. – А после этих слов у нее началась истерика.

Она закрыла лицо руками и начала неистово плакать. Я же сидела в ступоре, до конца переваривая то, что она сейчас сказала.

Убила человека? Это шутка или она серьезно?

Пробыв в состоянии шока несколько секунд, я опомнилась и бросилась успокаивать девушку. Правда, получалось плохо. Я не знала, что нужно говорить, что бы успокоить в такой ситуации. Да никто бы не знал.

Неловко поглаживая ее по спине, я старалась подобрать слова, что бы успокоить незнакомку, но поток невыплаканных слез не останавливался. Я понимала, что ей нужно выпустить эмоции и дать выплакаться, поэтому решила просто сидеть рядом, немного приобняв ее, и молчать. Слова здесь были излишни.

Не знаю, сколько мы так сидели. Может десять минут, может больше, но со временем девушка начала успокаиваться и, в конце концов, слезы литься перестали. Я отвела незнакомку в ванную, умыться, а потом мы опять вернулись на кухню.

– Тебе лучше? – Спросила я, сочувственно, улыбаясь.

– Да, спасибо. – Ее голос был все так же тих.

Я немного поколебалась, но все же спросила:

– Послушай, то, что ты говорила...ну про... – Она перебила меня.

– Забудь. – Резко отчеканила она. – Я была не в себе. Несла чушь. – Девушка в секунду из подавленной и тихой, превратилась в холодную и сердитую.

– И все же мне кажется, что это была не чушь. – Подозрительно произнесла я, настаивая на своем.

– Тебе кажется. – Упиралась она.

– Ладно. – Сменила тактику я. – Тогда подожди меня немного, я отойду. Позвонить по работе нужно.

Меня все-таки сильно обеспокоили слова незнакомки, поэтому я решила разыграть небольшой спектакль для нее. Вышла из кухни, взяла свой телефон и, не набирая номера, приложила его к уху. А дальше громким шепотом начала, якобы, звонить в полицию.

– Алло, полиция. В моем доме сейчас находится преступница. – Делано оглядывалась я назад, словно следила за появлением своей гостьи.

Разумеется, девушка услышала мой фальшивый звонок и быстро среагировала. Она тихо вышла из кухни, увидела меня в коридоре и то, что я «звоню» в полицию, схватила первое попавшееся под руку, вазу, и собиралась меня огреть ею по голове. Только ничего не вышло.

Я специально встала напротив зеркала, чтобы наблюдать за тем, что происходит сзади меня. Незнакомка же этого зеркала не заметила, так как была напугана лже звонком. А мне это было только на руку. Я проследила, что девушка подходит сзади, замахиваясь на меня вазой. Как только она оказалась совсем близко, я резко повернулась к ней и выбила вазу из рук. Она полетела в сторону и разбилась на куски. Девчонка замешкалась, переваривая то, что сейчас произошло, и мне как раз хватило этого времени, чтобы схватить ее за руки и кое-как повалить на пол.

Девчонка упиралась и пыталась вырваться, но я продолжала прижимать ее к полу.

– Отпусти меня. – Закричала она.

– Опущу. Но сначала, ты расскажешь мне, что натворила. – Поставила я условие.

– С чего бы? – Продолжала сопротивляться девушка.

– Ну, ты же хочешь, что бы я тебя отпустила? Или нет?

Немного поразмыслив, девчонка все же решила рассказать мне правду.

– Ладно. – Сдалась она. – Я все расскажу. Все равно полиция скоро приедет.

– Полиция не приедет. – Призналась я.

– Что?

– Я ни кому не звонила. Это был мини спектакль. – Я сильнее надавила коленом гостье на спину. – Но если не расскажешь правду, я все же позвоню. Поняла?

– Поняла. – Зло от досады, что зря замахивалась на меня, проговорила гостья.

Я отпустила девушку, и мы обе поднялись с пола. Для разговора пошли на кухню. Там за чаем она мне все рассказала.

– Я убила человека. – Исподлобья взглянула на меня она. – Точнее нет...то есть... – Она тяжело вздохнула.

– Подожди. – Остановила я ее. – Начни с самого начала.

– Ну если с самого начала...Тогда начну с момента, когда начались первые проблемы. – Вновь последовал глубокий вздох. – В общем, все началось, когда мой отец женился второй раз. Мама умерла, когда мне было пятнадцать. Тогда папе было очень трудно, потеря жены, я со своим подростковым максимализмом, да еще и проблемы на работе. Он чуть в депрессию не впал...А потом появилась она. Алла. Она работала у отца личной помощницей. В трудное время помогла папе с работой. Так они сблизились, а потом и поженились. Я особо не возражала, видела, что отцу с ней хорошо. Да и Алла ко мне нормально относилась. Все было здорово, но в этом году папа умер. – Она закрыла лицо руками, но плакать не стала. Убрала волосы с лица, лезущие в глаза, и продолжила. – Опять наступило тяжелое время. У папы был свой бизнес и после его смерти все обязанности легли на Аллу. У меня, как и у нее была доля акций, которые завещал папа. Но поскольку я ничего в этом не смыслила, отдала их Алле. Я была уверена, что она со всем справиться. Но ошиблась...И сегодня в этом убедилась.

Девушка сделала глоток чая и посмотрела на меня грустным уставшим взглядом.

– Прости, тебе, наверное, не интересно все, что я рассказываю. У тебя наверняка и своих проблем хватает?

– Перестань. – Запротестовала я. – Тебе сейчас тяжело, я вижу. Не стоит держать боль в себе. Нужно выговориться.

– Да, – задумчиво протянула она – думаю ты права...Ой, я ведь даже имени твоего не знаю. Да и ты моего тоже. Я Мила. – Протянула она руку.

– Настя. – Я пожала руку. – Необычное имя у тебя.

– Да, ничего необычного. Полное имя Людмила. Но чтобы люди не называли меня Людой, я представляюсь Милой. – Грустно ответила она. – Ладно, давай дальше. Я же тебе не об имени своем рассказывала. Короче, пока я думала, что Алла прекрасно справляется с отцовским бизнесом, к нам в гости начали похаживать коллекторы. Я естественно, начала расспрашивать мачеху, все ли хорошо. Но она отвечала очень размыто и просила не лезть в это. А сегодня к нам заявился очень агрессивный мужик. Я была дома одна, он начла ломиться в дверь. Я испугалась, набрала Аллу. – Рассказ начал даваться очень тяжело. – Она сказала, что скоро приедет и чтобы я не смела открывать дверь. Но он все же вломился в квартиру. Начал угрожать мне. Потом стал искать по всей квартире Аллу. Говорил про какие-то долги. А потом...когда он отвернулся, я ударила его по голове чем-то, что под руку попалось, уже и не помню что. Он закричал, сказал, что убьет меня. Я испугалась, побежала в свою комнату и там заперлась. Он начал ломиться ко мне, а после...я услышала стон и звук, похожий на падение... Я открыла дверь и увидела этого мужика. Он лежал возле двери с кровавой головой, а сзади него стояла перепуганная Алла...Она подбежала ко мне. Сказала, что все будет хорошо, что мы со всем разберемся, а потом...Мы с ней завернули его в мешки для мусора и вывезли в лес и...закапали. – Она расплакалась. Сильно. С новой волной отчаяния.

– Настя, я не хотела. – Начала оправдываться передо мной Мила. – Я...я испугалась. Мне было очень страшно. Я не думала, что убью его. Я ведь не сильно ударила и он поначалу был жив, но потом он... – Она не смогла продолжить. Слезы душили ее. Девушка вновь предалась отчаянию.

Рассказ Милы меня заинтересовал. Но не так, как мог бы заинтересовать нежданную гостья, а из-за некоторых нестыковок. Смущало то, что человек, будучи в сознании не сразу после удара, вдруг в один миг умер. Да и девушка была хрупкого телосложения. Как она могла одним ударом мужика, возможно очень крупного, отправить на тот свет?

– Послушай, Мила, – задумчиво начала я – а ты уверена, что это ты его убила?

Истерика ненадолго притихла. Девушка с непониманием на меня покосилась.

– О чем ты?

– Ты сказала, что ударила его, но он был жив, раз долбился к тебе в комнату. А потом ты вдруг услышала, как он упал. Верно?

– Ну да...К чему ты клонишь? – Все еще не понимала меня Мила.

– Скажи, может быть, ты еще что-то слышала? Перед тем, как он упал.

– Знаешь, я слышала какие-то звуки. А еще стон того коллектора. Но зачем тебе это?

– Мила, мне кажется, что ты никого не убивала. – Сделала я такое заключение.

Сказать, что Мила была в шоке от моих слов, ничего не сказать. На несколько минут она замолчала, а потом не без труда смогла ответить:

– Как?

– Ты сказала, что мачеха стояла позади трупа. Может она его...

Конец предложения девушка додумала сама. После моих слов она задумалась и, кажется, начала вспоминать все произошедшее. А через некоторое время вдруг вскочила со стула и выкрикнула.

– Это она.

Я ели усадила ее обратно и успокоила. Девчонка была в не себя от злости.

– Это она меня подставила. – Вопила на весь дом Мила, словно я была глухая. – Я сказала ей, когда увидела труп, что я его убила. А она и рада меня в этом убедить. Свою вину на меня переложила. Гадина.

– Тише, тише. Успокойся. – Усадила я ее на стул. – Сейчас самое главное, что ты знаешь правду. А это значит, что ты можешь сдать свою мачеху в полицию.

– Ты права. Да. Я прямо сейчас это и сделаю. – Мила уже собралась бежать к выходу, но я ее остановила.

– Стой. Куда ты пойдешь? Сейчас же ночь на дворе. – Мы обе уставились в окно. За ним действительно было темно. – Лучше останься у меня на ночь. А завтра с ясной головой отправишься в полицию и покажешь, где вы спрятали труп. А я тебя отвезу. Но завтра. Хорошо?

– Верно. – Согласилась со мной гостья.

– А кстати, где вы труп закапали? – Зачем-то спросила я.

Мила, без расспросов, для чего мне эта информация, быстро показала место на карте. А после осталась у меня на ночь. Я постелила ей в комнате на первом этаже, а сама пошла к себе. Правда, на следующий день мы с Милой так никуда и не поехали.

Проснулась я ночью, а если быть точнее очнулась. Я опять стояла в подвале напротив террариума. Там внутри лежало бездыханное тело Милы, а по нему ползала куча муравьев. Тело девушки было все в мелких красных укусах.

Сначала, я не сразу поняла, что произошло. Но когда осознание пришло, стало тяжело дышать. Я упала на колени и оперлась руками об пол. Хотелось кричать и плакать, но горло сдавило, а слез не было. Я просто сидела в ступоре, ошарашено глядя на труп.

– Жаль ты не видела этого потрясающего зрелища. – Сказали у меня за спиной.

Я, как и всегда, узнала этот голос. Но от его появления не испугалась и не напряглась. Было страшно это признавать, но со временем я привыкла к нему. И к ней тоже.

– Что случилось? – Как робот проговорила я.

– А ты что, забыла строчку из песни? – Подошла она ко мне и присела на корточки рядом.

– Помню. – Так же ответила я.

– Ну, значит, понимаешь, что случилось. – Она перевела взгляд на труп, а потом и на меня. – Эй, ну ты чего? – Прижала меня к себе. – Не переживай, я же для тебя стараюсь.

Я посмотрела на нее ошарашенным взглядом.

– Убивая невинных людей?

– Ну конечно. Это подготовка. – Она взяла мое лицо в свои холодные руки и начала убирать упавшие волосы мне за уши.

– К чему? – Зло спросила я. Нервы были на пределе. Скоро обещал вырваться крик.

– А это сюрприз. – Улыбнулась она тепло. – Как только я его тебе преподнесу, все закончится...

– Да что ты несешь!? – Дала волю эмоциям я и, наконец, закричала.

Слезы полились из глаз. Я била руками холодный бетонный пол до ссадин, но легче не становилось.

Она обняла меня нежно, как-то даже по матерински, и начала гладить по голове и успокаивать. А я просто сидела и плакала. Долго и много.

– Тише, тише. – Приговаривала она.

– Когда это закончится? – Всхлипывая, словно ребенок, спросила я.

– Как только я преподнесу сюрприз. – Она вновь взяла мое лицо в руки и посмотрела в глаза. – Тогда все закончиться.

– Да? – Была наивна я.

– Конечно.

И она не соврала...

... – Второе заседание суда объявляю оконченным. – Произнес судья и стукнул молотком. – Следующее заседание пройдет через две недели.

– Всем встать, суд идет. – Произнесла судебный секретарь и все в зале суда встали. Судья так же встал и вышел из зала...