Эпилог

Прошло... Сколько времени прошло?

Словно перевернутая страница, оставила за собой лишь пустоту. Юко, с букетом цветов и сладостями в руках, неуверенно шагала в темную ночь, будто шла в какой-то бездне, не имея сил вернуться. На ней было надето черное платье, обвивающее её тело как туман, отражая её внутреннее состояние. 

 По пути дождь усиливался, как непрерывные слезы, которые она не могла остановить. Он падал с небес и падал в её душу, сливаясь с тем, что уже давно не оставалось в ней — пустотой. 

Нет, её лицо было без эмоций, но в её глазах таилась глубокая печаль, которая с каждым шагом становилась всё тяжелее. С каждым мгновением улица становилась всё темнее, её шаги звучали как будто по тусклой, умирающей земле. В душе росло чувство, что она несет что-то невидимое и разрушительное, что давно уже поселилось в её сердце и стало частью её боли. 

Она была усталой, словно время опустошило её, но она продолжала идти вперед, несмотря на все, несмотря на то, что всё вокруг было поглощено непониманием и туманом. Подойдя к знакомому месту, она увидела кое-что, что её пугало. Пугало больше всего. Камешек с выгравированный именем Сатору. 

Имя и фамилия были вырезаны на темной плите, и с каждым взглядом оно тускнело, как будто самой могиле становилось всё труднее помнить его. Тени от дождя, падающего на камень, словно скрывали его, и каждый взгляд, и каждый момент наполняли её внутренним миром тем же, что её окружало. Боль и утрата. 

 — Я принесла тебе цветы... — тихо сказала она, сжимая букет в руках, не в силах позволить себе расслабиться. 

— Сегодня столько всего случилось. Жаль, что ты этого не увидел. Еще и сладости принесла... будешь? — слова произнесены пустым, лишённым эмоций голосом, как будто сама она была частью этой сцены, частью пустоты, окружавшей её. Ответа не последовало. Тишина. Мрачная и холодная. 

 Она подошла ближе, присела на колени перед могилой, опустив руки. Дождь всё продолжал литься, тягучая тоска, сжала её сердце. В её глазах была невыразимая боль, которую не могло выразить ни одно слово. Это ведь всё ложь? 

 — Жаль, что ты так и не услышал, насколько сильно я люблю тебя, — произнесла она, слова не имея никакой силы, только пустота в голосе. Словно с каждым произнесённым словом она теряла еще кусочек себя. Сжимая руки в кулаки, 

Юко в последний раз посмотрела на камень, забывая обо всем вокруг. Всё, что осталось — это тихий дождь, который забрал все её надежды и унес их далеко-далеко, за пределы возможного. Достав из сумки нож, записка, которую мне передал Мэгуми от лица Сатору. На ней был нарисован весёлый смайлик, он упал на мокрую землю, и чернила расплылись по бумаге, когда записка раскрылась. 

 — Помнишь ты сказал мне «живи». Так вот, вряд ли я смогу. Нож блестел в руках девушка, она посмотрела на него, а затем на могилу. — Я люблю тебя, Сатору. Но, вряд ли мы увидимся даже на том чёртовом свете. 

  "Юко, жаль, что я не говорю тебе эти слова в реальной жизни, но знай: моя любовь никогда к тебе не угасала. Я хотел бы видеть на том свете, как ты улыбаешься и смеёшься — чтобы знать, что с тобой всё хорошо, даже если меня больше нет рядом. Прости, что я часто прятался за своими дурацкими шуточками и маской непобедимого. Прости, что не всегда был рядом, когда тебе это было нужно. Мне всегда казалось, что у меня есть время. Время всё сказать. Всё исправить. Но правда в том, что время — это обманщик. Оно утекает даже у тех, кто умеет останавливать пространство. Ты была моей тихой надеждой. Тем, что заставляло сердце нести этот груз снова и снова. Я видел столько боли, столько тьмы... но ты была моим светом. И если я исчезну, знай: каждая частица моего проклятого, израненного тела будет молиться, чтобы ты жила. Чтобы ты любила. Чтобы ты была свободна. Не плачь обо мне. Если будет тяжело — посмотри на небо. Я обещаю: буду в каждом луче. Если когда-нибудь встретишь меня во сне — просто улыбнись. И скажи, что всё будет хорошо. До встречи, Юко. С любовью навсегда — твой Сатору."