Глава 23.Искра

Кей провёл в подвале четыре дня, не задавая ни одного вопроса. Он ел, когда позволял Ён. Спал, когда отключался свет. Его рот больше не знал вкуса обычных слов — только металлический привкус инструментов и антисептика. Он стал пациентом. Но в его глазах что-то менялось. Что-то, что Ён видел впервые… с тех пор как Ран перестал быть «его».

Это было любопытство. Не животное, не рациональное — эмоциональное.Кей всё чаще задерживал взгляд на Ёне. Смотрел, когда тот не замечал. Или, наоборот, смотрел в наглую, как будто проверял, сможет ли он его разрушить.

Ён это чувствовал. Но не отстранялся.

На пятый день Ён зашёл в палату с новым лотком инструментов — среди них был шприц с прозрачной жидкостью и набор игл. Кей уже знал: это будет болезненно.

— Очередной эксперимент? — спросил он, приподняв бровь.— Это будет… коррекция. Глубокая, — сказал Ён, включая лампу. — Нужно изменить твои импульсы. Чтобы ты больше не чувствовал страха, вины…Он замер.— …и, возможно, привязанности.

Кей улыбнулся.— Поздно.

Ён резко поднял на него глаза.Кей медленно встал с кушетки, подойдя ближе, и, прежде чем Ён успел среагировать, взял его за запястье.— Я чувствую. К тебе. Не как к палачу. И не как к богу.Он склонился ближе.— Я чувствую, что хочу остаться не из страха.

Мгновение молчания. Даже лампа потрескивала, будто не могла вынести напряжения в воздухе.Ён хотел оттолкнуть его. Но… не смог.

Он только произнёс тихо, почти как приговор:— Ты не должен. Это опасно.— Для кого? — прошептал Кей. — Для тебя? Или для нас?

Они не касались друг друга сразу. Сначала были взгляды. Потом — прикосновения под предлогом перевязки, чистки ран, фиксации тела. Кей поддавался каждому действию Ёна, но с долей контроля. Он давал себя обрабатывать, но не становился пассивным.

А Ён… Ён начал бояться. Не Кея. Себя.Он начал заходить к нему чаще. Засиживался у кровати под предлогом наблюдения. Смотрел, как тот спит. Его лицо. Его шея. Его губы.Всё это напоминало искушение. Не как у Рана. Глубже. Тяжелее.Кей не был жертвой. Он был с выбором. И он выбирал его.

В ту ночь, когда Ён остался у него под предлогом ночного наблюдения, Кей повернулся к нему на кушетке.— Ты спишь рядом со мной, но всё ещё боишься прикоснуться, — сказал он.Ён не ответил. Он только посмотрел.

Кей медленно протянул руку и коснулся его щеки.— Ты можешь создать монстра. Но ты не можешь запретить монстру полюбить своего создателя.— Это не любовь, — сказал Ён. — Это... побочный эффект.

Но он не отстранился.

Они не поцеловались в ту ночь. Они просто лежали рядом. В тишине. В изломанном, искалеченном покое.И в груди у обоих — что-то дрогнуло.Началась новая фаза.Фаза, в которой эксперимент и пациент могли… перепутаться.