Глава 57

— Что ты сейчас сказала?!

Всклокоченный Олег мерил комнату шагами.

— Мы узнали это случайно и совсем недавно. — вздохнула я, — Это уже не имеет никакого значения.

— Не имеет значения то, что твои родители хотели тебя убить?!

— Знаешь, будь я на их месте, в точно такой же ситуации... — потянула я, — Понимаешь, ребенок Анфисы... То есть я, был последним шагом Hustlers к власти. Меня нельзя было оставлять в живых. Но Стас не смог... Он знал и понимал все. Но тогда, увидев меня в доме, во время пожара, около комнаты родителей... Заплаканную, испуганную, он принял решение. Он спас меня, а не свою сестру. С того момента, я словно проклята. Все вокруг умирают.

— Ты не проклята. — Сережа, до этого молчавший, обнял меня.

— Ты не злишься на родителей?

— А смысл? Будь они живы, я бы может что-нибудь и сказала, а так... Пусть в моей памяти, они останутся безупречным и святым образом.

***

— Если кто-нибудь из вас вздумает умереть...  — предостерегающие заявил Юра, — То я убью его.

— Я не переживу еще одних похорон. — тихо сказал Сережа, — Поэтому, прошу вас, не умирайте. Иначе увидимся на том свете, минут через пять.

— Слишком много разговоров о смерти. — фыркнула я, проверяя оружие на наличие патронов.

— Многие умрут. — мрачно напомнил Олег.

— Главное, что умрет Дон.

— В такие моменты, ты меня пугаешь, Алиса.

Я перевела взгляд на Диму. Волнение и страх. За все это время, мы научились считывать настроение друг друга, что очень помогало в бою, можно было действовать не говоря, лишь поймав взгляд. Но такая связь имела и не очень приятные последствия, когда кто-то один начинал волноваться, то второй перенимал эту эмоцию.

— Ладно. — вздохнул Юра, — У нас последняя ночь, чтоб побыть всем вместе и отдохнуть. Завтра в пять утра подъем. 

***

— Ты как? — спросил Олег, целуя меня в макушку.

— Ужасно. — проскулила я, прячась под одеяло, словно это стена, которая спасет меня от неизбежного, — Я чувствую ужасную тревогу. Что-то обязательно пойдет не так. Обязательно...

— Эй. — мягко позвал Олег, откидывая одеяло, — Все будет хорошо, слышишь?

    Не будет. Все это знали. Все это чувствовали. Умрет куча народа. Это уже не «хорошо».

— Я чувствую запах крови. — шепотом сказала я, пытаясь отвлечься на Олега, перебирающего мои волосы, — Этот ужасный, терпкий запах железа. Его ничем не отмыть, не перебить. Я чувствую, как сердце бьется в груди с бешеной скоростью. Я вижу горы трупов. И я боюсь, что среди них, я увижу ваши лица.

   Вдох. Выдох.

    Не помогает. А сейчас даже не утро, а уже сейчас меня всю трясет.

— Знаешь, я каждый день видела смерть. Я была ее причиной. Но сейчас все по-другому. Эти люди идут добровольно на встречу смерти. Я... Я... Я даже не знаю, почему... Единственное, чего мне сейчас хочется, и на что, я сейчас способна — просто завыть. От безнадежности, тоски и боли.

— Алиса. Посмотри на меня. — я послушно подняла голову, встречаясь со спокойными голубыми глазами Олежи, — Никто из нас завтра не умрет. Завтра все кончится. Знаешь, что мы сделаем первым делом?

— Помоемся? — скептически спросила я.

— После этого. — отмахнулся он, — Мы достанем ту самую бутылку коньяка, которую Стас от нас прятал. Откроем ее. Все вместе. Я, ты, Сережа, Юра и Дима. Вспомним всех, кого потеряли, тех, кто пожертвовал собой, тех, кто не увидел финала. Выпьем. Расскажем кучу нелепых историй, которые слышали уже раз сто. Отпустим себя, свои эмоции. Поплачем. Серьезно. Я знаю, что каждый едва держится, чтоб не зарыдать от боли, бессилия и сдерживаемых эмоций на протяжении стольких лет. 

***

   Сегодня шестое мая.

  Сегодня все закончится.

  Сегодня мы будем свободны.

Еще даже не рассвело, а мы уже почти приехали туда, где многие сегодня встретят свою смерть.

Все вздрогнули, когда из колонок магнитолы, зазвучала мелодия Despacito, которую все моментально потянулись выключать.

  Все понимали, что ничего хорошего это не предвещает. Смерть. Смерть. Смерть. Каждый раз. И сегодня, действительно погибнет очень много людей.

— Твою мать. — обреченно застонала я, чувствуя зарождающуюся панику, — Кто вообще додумался включить музыку.

— Успокойся. — Дима сжал мою руку, успокаивая, — Все будет хорошо. Обещаю.

— Эй. — Олег мягко поцеловал меня, — Мы все еще сегодня выпьем. 

***

Все заняли свои позиции.

Уже погиб не один десяток людей. И каждый знал, что идет на смерть.

  Ради нас.

  Ради свободы.     Ради того, чтоб перестать жить в страхе, что завтра ты или твоя семья, не проснется, потому что так захотела Мафия.

Пока все идет гладко. Последняя задача. Необходимо вывести из строя камеры и собрать всю охрану в одном месте. И очистить путь.

— Готово. — раздался голос Сережи в наушнике, — Камеры выключены.

— Мы включили тревогу. — объявил Юра, — Охрана в пятом секторе.

— Вижу. — кивнула я, целясь в охранников из снайперской винтовки.

Сердце болезненно сжалось. Они ведь не виноваты. Они лишь исполняют приказ, за который им платят деньги.

Я буду сожалеть об этом. Видеть их в кошмарах, но не сейчас. Сейчас нужно любой ценой пробраться в дом и убить Дона.

Выстрел.

Лишь бы прицел не сбликовал на солнце...

Еще один выстрел.

— Я на месте. — сказал Дима, добравшийся до своей точки.

Выстрел из другого места. Это Дима.

— В доме пятнадцать телохранителей. И трое у дверей кабинета Дона. — объявил Олег, — Они все поняли и вызвали подмогу, но я перехватил сигнал.

— Отлично. — сказала я, делая выстрел, — Идем дальше?

— Еще пять минут. Попридержи коней, сестренка. Нашим нужно время, чтоб проверить все еще раз.

Еще пять минут...

От выстрелов закладывало уши. Сердце стучало где-то в горле, но паника отступила. Так было всегда. Паника и сожаление, до и после дела. А на деле, лишь холодный расчет.

— Все чисто. — раздалась долгожданная отмашка Юры, — Погнали. И не дай бог, кто-то умрет. Удачи.

— Удачи желают только неудачникам. — хором ответили все.

Эта фраза была заменой знаменитому «Ни пуха, ни пера».

Мы поднимались в абсолютной тишине, посвящая ее погибшим. Тем, кого видели, поднимаясь на этаж к боссу Мафии.

Кровь. Выстрелы. Трупы. Эти три слова описывают все, что сопутствовало меня все три года и сейчас. Но сегодня, мы поставим точку. Больше это не будет преследовать ни одного человека.

— Вы все-таки пришли.

Холодный голос, от которого кровь стынет в жилах. И этого человека, я три года называла боссом.

— Даже интересно, как вы смогли найти меня.

— Не думаю, что это то, что ты хочешь узнать перед смертью. — холодно сказал Олег.

— Хм... — Дон повернулась к нам, — Парень, убивший свою любимую, рыжая бестия, ставшая прекрасным наемником, парнишка с порывами неконтролируемого гнева, влюбленный в эту самую девушку, сын мертвого основателя Almighty и блондинчик, втянутый в это совершенно случайно. Прекрасная компания.

— Звучит ужасно. — заметил Сережа.

— Даже не будешь сопротивляться? — криво усмехнулась я, — Жалкое зрелище.

    И только сейчас до меня дошло, почему он не пытался сбежать или бороться. У него были травмированы ноги. При последней нашей встречи, я не смогла его убить, но зато смогла прострелить колени.

— Знаешь, что по-настоящему жалко? Вы. Кучка подростков, запачкавших руки по локоть в крови, цепляющихся друг за друга, не получивших даже полного школьного образования, сломавших свою жизнь. А что вы дальше будете делать, не думали об этом? Вы ничего не умеете, кроме того, как убивать. Взламывать сети. Выслеживать людей. Чем вы займетесь потом? Одна из вас, официально мертва. Другой известный мафиози. А остальные... Даже говорит нечего. Вы думаете, что, убив меня, поселитесь в огромном доме и будете жить не тужить? Как бы не так. Вы все разойдетесь. Оборвете связи, потому что в друг друге, будете видеть только сломанных себя, воспоминания об этой войне. Лишь боль и смерть. Может, вас и связывают хорошие воспоминания, но плохих-то больше. Вы так и не научитесь жить. Ваша жизнь — подъемы под рассвет, чтоб отправиться на задание, вечный адреналин в крови, звуки выстрелов, палец на курке и кровь на руках. Вам уже нет места в нормальной жизни.

— Предлагаешь, оставить тебя в живых, чтоб мы могли жить жизнью, которой умеем? — истерично засмеялся Юра, — Простите, конечно, но уж лучше, я умру в спокойной жизни, в которой мне не будет места, чем ты будешь жить. И тут каждый с этим согласен.

— Тогда стреляйте. — облизнул губы Дон, — Стреляйте, раз хотите потеряться в этой жизни. Ведь вы больше ни на что не способны, кроме как на убийства и жизнь в вечном беге.

Я покосилась на друзей. Все были уставшими. Измотанным. Глаза были уже пустыми, повидавшими множество смертей. И мы были готовы на все, чтоб это закончить. Никто не колебался. Плевать на то, что будет потом.

Вопреки моим ожиданиям, рука, держащая пистолет, не дрожала. Она была тверда. А я была спокойна.

Вдох. Выдох.

Пять одновременных выстрелов.

Пять людей, которые больше никогда не возьмут в руки оружие.

Пять людей, которых будут преследовать кошмары.

Пять людей, на плечах которых оказалась непосильная ноша.

Пять людей, чьи жизни сломаны.

Пять людей, ставших одной семьей.

Но не ради пяти людей, погибло множество людей.

Они все погибли, ради одного момента.

Момента победы.

Победы, ценой множества погибших и пяти сломанных жизней.