Глава 32

Все казалось таким нереальным, словно все это время, после гибели Стаса, был один бесконечный день.

Я отрывисто помню крик Сережи и как мы, захлебываясь в слезах, искали утешение в объятиях друг друга. А Олег просто смотрел в одну точку, мне даже казалось, что не моргал. Вернулись мои ночные кошмары, каждое утро начинается часа в 4, с холодного пота, слез и сорванного голоса. Мартынова, я ни разу не видела с того самого дня, а Юра приходил каждый день, и пытался меня как-то поддержать.

Я помню похороны... К этому времени, не было слез и истерики. Была лишь зудящая пустота и страх перед будущим. Ведь мы лишь подростки, которые были ведомыми единственным взрослым человеком, единственным родственником. А сейчас, это все рухнуло, и никто не знает, что нас ждет. Никто даже представить себе не мог.

На похоронах я, Сережа и Олег,  стояли в одной линии, около гроба Стаса, склонив головы. Мне было уже плохо от вечного "Соболезнуем", "Нам так жаль", "Вы такие молодые, а столько всего уже видели".

— Что здесь делают они?! — я аж подскочила, увидев небольшую группу Hustlers.

— Так положено. — сквозь зубы прошипел Сережа, — Чтоб убедиться, что это не постановка. Плюс, отец... Был главой Almighty, работал в ФСБ... Это обязывает присутствовать такое количество людей. Даже их.

— А кто глава Hustlers? — спросила я, вглядываясь.

— Он. — сухо ответил Олег, впиваясь взглядом в мужчину, стоящего впереди всей группы Мафии.

У него были темные волосы, зачесанные, с помощью геля, назад, ярко очерченные скулы и темные глаза. Даже не по цвету темные, а по энергетике, которая шла впереди него. А черный отлаженный костюм и ехидная усмешка, завершали его образ.

— Предлагаю убить их всех к чертовой матери. — прорычала я, заметив Николая, который вел себя словно совершил какой-то подвиг.

— Согласен. — кивнул Сережа, потянувшись за пистолетом, спрятанным за пиджаком.

— Я только за. — кивнул Олег.

Но рядом с нами, как нельзя не вовремя, оказался Михаил.

— Не думаю, что Стасу бы понравилось, если бы вы устроили массовую перестрелку на его похоронах. Тут, помимо Hustlers, есть ФСБ, Almighty, мирные и телевизионщики.

— А они что тут делают? — встрепенулся Сережа, показывая пальцем на журналистов.

— Все раскрылось. Личность главы «сопротивления» и подростков, участвовавших в этом. Не без помощи Hustlers, разумеется. Поэтому, лучше будьте паиньками, если не хотите еще бо́льших проблем, из которых вас, не вытащит никто. Советую не отвечать ни на один их вопрос, игнорируйте их. А за Мафию не беспокойтесь, мы их убьем, но не сейчас. Не сегодня.

Краем глаза, я заметила знакомую шевелюру Димы, и меня обуяла еще бо́льшая ярость. Он поймал мой взгляд, и незаметно для остальных, но очень необходимо для меня, покачал головой. Его там не было. Он не знал об этом.

— Ребята. — с нами оказалась, вроде бы приятная, но настолько отталкивающая женщина, что я сразу почувствовала, что это не закончится чем-то хорошим, — Я очень соболезную вашей потере. Если учесть, что это был последний из родственников, кто мог взять над вами опеку... Но не важно. Меня зовут Алла, я...

— Алла, катитесь, куда подальше. — холодно сказала я, — Чтоб глаза мои вас не видели ближайшие две жизни.

— Тебе, зая, никто не давал права разговаривать.

— Зая, — презрительно улыбнулась я, — Сейчас не самый лучший момент, чтобы начинать что-либо говорить. Лучше захлопнитесь и идите куда шли.

Женщину перекосило, а я отвернулась обратно к гробу.

— Тут явно сказывается недостаток воспитания. Женской руки. Это не удивительно, вы, как и ваша мать... Груба, бессовестна, и думаете только о деньгах, карьере, а не о настоящем женском счастье. Но ничего, это поправимо. Ты слишком много времени жила так, в мужской компании и с мужским воспитанием. Думаю, пансионат для благородных девиц, тебя научит хорошим манерам и правильным ценностям жизни. И нормальному вкусу в одежде.

Меня аж перекосило. Тоска и скорбь ушли на второй план... Даже не так, они заменились злостью. Но мое и Сережино желание, как следует нахамить, опередил Олег, который интуитивно отодвинул меня рукой, словно защищая.

— Сейчас не самый подходящий момент. Вы, конечно, можете попробовать что-то сказать, если хотите оказаться на два метра ниже.

Алла лишь снисходительно улыбнулась.

— А вам, молодой человек, тоже не хватает женской руки. Думаю, в военном училище, вас научат сдерживать свою злость и научат дисциплине. Только попрошу, чтоб к оружию не подпускали.

— Женщина, последнее предупреждение. — рыкнул Сережа, — Иначе вызову охрану.

Алла презрительно фыркнула и, развернувшись на каблуках, отошла от нас, а мы выдохнули.

— Кто эта сука? — зло спросила я.

— Поздравляю, ребята, мы подписали себе смертный приговор. Это были органы опеки. — покачал головой Сережа, протирая лицо рукой. 

***

Понимать, что это все не сон и не день Сурка, я начала только спустя пару дней, после похорон, когда я сидела на кухне, после очередного кошмара с кружкой кофе. Неожиданно для меня, на кухню зашли злющие парни. Вся компания в лице Олега, Сережи, Юры и, даже господи, Артема прошла к столу и молча расселась.

— Эта сука, Алла. — Сережа бросил на стол небольшую пачку документов, — Нам дали три недели на попечительстве Михаила. А дальше тебя, сестренка, в пансионат для благородных девиц, Олег, тебя в военно-морское, а меня в детдом.

— Чего это ты так легко отделался? — прищурился Артем, наливая себе кофе.

— Я, в отличии от этих двух, не нахамил этой... Алле. У кого, что нового? — брат выглядит очень злым и по тону, все было ясно. Он сел рядом со мной, обнимая. И нас обоим стало немного легче.

— Родители все узнали. — тихо сказал Юра, — О том, что я вступил в Almighty. Дома был такой скандал, даже соседи спрашивали, все ли хорошо. Но, я, хоть и с трудом, но смог выбить неделю, чтоб попрощаться и закончить дела.

— А что дальше? — тихо спросила я.

— Мы переезжаем. Новая симка, телефон, школа, город, может быть, даже страна. — покачал головой Юра, — Родители не сказали. Чтоб я не смог предупредить вас о том, куда еду.

— У кого-нибудь есть хорошие новости? — с надеждой спросила я, но понимала, что вряд ли.

— Отец отказался от меня. Даже документы подал, — засмеялся Олег, доставая из холодильника алкоголь, — Поэтому, мне не отделаться от военно-морского. Кстати, он винит во всем тебя, Куколка. И пьет не просыхая. Опять.

Олежа поднял футболку, где показались синяки. Огромное количество.

— Может, так будет даже лучше. — грустно улыбнулся он, делая глоток прямо из горла́,

— У тебя странное понятие словосочетания «хорошие новости». — фыркнула я, делая глоток из бутылки, отобранной у Олега.

— Могло быть и хуже, Куколка.

— Артем? У тебя как? — спросил Юра, отбирая бутылку уже у меня, и сам сделал глоток.

— Ну, меня не отдают незнамо куда, я не переезжаю, поэтому, можно сказать, что все не так плохо, как могло бы быть.

Нашу весьма занимательную беседу, прервал звонок в дверь.

— Мы кого-то ждем? — встрепенулся Сережа, а я сразу поняла, кто это.

Схватив пистолет, лежащий при выходе с кухни, я побежала к двери. И даже, не посмотрев в глазок, я открыла дверь и с размаха ударила Диму в лицо.

Он этого не ожидал, поэтому логично, что не успел поставит блок или хотя б уклониться, и мой удар пришелся ему в нос.

— Неплохо, рыжуля. — кивнул он, протирая лицо, — Но чертовски больно.

— Какого черта ты здесь делаешь?! Сейчас?!

— Предпочитаешь, когда я прихожу к тебе ночью? — усмехнулся он, но тем не менее, ему не хватило наглости просто войти в квартиру.

— Кто это? — настороженно спросил Юра.

— Вот это вот обидно. Можно я войду? — надулся Дима.

— Оружие. Любое. Ножи, пистолеты. — я протянула руку и парень послужной выложил пистолет, а я отошла.

— Это Hustlers! — воскликнул Сережа, — Я еще в парке, в сентябре тебя видел! А потом в магазине! И на руке тату. — Дмитрий помахал рукой, чтоб все увидели.

— Соскучился? — закатил глаза Дима, а Олег с Юрой, с тихим рыком сделали шаг к Мамочке, но я покачала головой.

— Кто хотел убить всех Hustlers?! — Олег зло на меня посмотрел, а я спокойно ответила, придерживая за руку. Хоть парень и был напряжен, как струна, но это его остановило.

— Он спас мне жизнь. Поэтому, никто, кроме меня, его не убьет. — и я обратилась к довольному парню, — Ты зачем пришел?

— Хотелось бы поговорить наедине. — «мягко» намекнул Дмитрий.

— Я не оставлю свою сестру наедине с тобой! — сухо сказал Сережа, отодвигая меня за свою спину.

— Даже не мечтай. — кивнул Юра, так же вставая передо мной.

— Все нормально. — я вынырнула из-за спины брата и поцеловала Юру в нос, — Он меня не убьет.

— Если с ее головы упадет хоть одна волосинка, я тебя убью самыми изощренными способами. — предупредил Олег.

— А ты? — усмехнулся Дима, кивая Артему.

— Мне-то плевать. Но все равно не советую. Юра только на первый взгляд ангелом кажется.

Дима сделал вид, что закашлял в кулак, прикрывая смех. Мы зашли в мою комнату, и я тихо закрыла дверь.

— И?

— У нас всех новый приказ. — Дима лег на мою кровать, — Ты живая уже не особо нужна, все что нужно было, мы получили. Наша главная задача — убить вас всех. Точнее сначала всех, кто дорог тебе, семью. Потом всех, с кем ты общалась. А потом уже тебя.

Я скатилась по стенке на пол.

— Этого и стоило ожидать. Эта идея Николая, всем понравилось, и в общем, вот что вышло.

— Стас. — коротко сказала я.

— Я не знал. — покачал головой Дмитрий, — Я брал выходной. Узнал только перед похоронами.

***

Перед сном, я как всегда умывала лицо. Когда я подняла голову к зеркалу над раковиной, а руками оперлась на нее, я начала вглядываться в отражение.

И я увидела свою маму в своих волосах. Я увидела отца в ямочках на щеках. Я увидела Стаса в глазах. Я увидела Сережу в веснушках. Я увидела Олега в ухмылке. Я увидела Юру в улыбке. Я увидела всех, кого потеряла. Всех, кто погиб, защищая меня. И всех, кто погибнет за меня.

Я закричала, ударяя зеркало. То рассыпалось в дребезги. Слава богу, Сережа спит без задних ног. На пол, вслед за зеркалом полетели все шампуни, гели и прочее...

Когда в ванной царил беспорядок, я вылетела в свою комнату и достала небольшой рюкзак, куда начала кидать все свои вещи и деньги дрожащими руками.

— Так и знал, что нельзя отставлять тебя ни на минуту. — раздался голос Дмитрий.

Я налетела на него и начала бить кулаками в грудь, в порыве истерики. Тот лишь молча ждал, пока я успокоюсь.

— Надеюсь, ты понимаешь, что так сделать это самая глупая, необдуманная и мысль. Тебя найдут в два счета.

— И что ты предлагаешь?

— Если ты готова, бросить все и всех, то есть у меня одна мысль...