4. врата ада (4)

— Ну, говорите. Я вас слушаю, — она оценивающе посмотрела на него.

— А вы не хотите предупредить подругу? О том, что ненадолго задержитесь?

— Нет. Она у меня очень хорошая. Поймет, — она уже не спешила. — Я слушаю.

— Давайте немного пройдемся по парку. На ходу проще и думать, и говорить.

— Хорошо. Давайте.

Они неторопливо пошли по центральной аллее.

— Я просто... хотел понять. Что это значит. То, что мы вновь встретились. У меня так часто бывает. Ты попадаешь в какое-то место. Или встречаешь человека. И думаешь, что это ничего не значит. Случайность. Ошибка фортуны. А потом это происходит заново. И выясняется, что всё было неслучайно. Имело скрытый смысл. А у вас такое бывает?

— Нет. Никогда.

— А у меня постоянно! — закивал он. — Вот я и хочу выяснить, для чего судьба вновь свела нас вместе...

— Так вы фаталист?

— В некотором смысле. Я считаю, сюрпризы и дежавю неслучайны. Верю в естественный и неизбежный ход событий.

— И как вы собираетесь выяснить причину нашей встречи?

— Еще не придумал. Может, мы немножко пообщаемся. Вы расскажите мне о себе и...

— С чего мне рассказывать вам о себе? — перебила она. — Ведь мы почти не знакомы.

— Согласен. Тогда давайте поступим наоборот. Я расскажу вам о себе. Возможно, вы увидите в моих словах какой-то смысл. Тайный знак. Поймете, что к чему.

Она довольно кивнула.

— О, на это я могу согласиться. Начинайте!

Мысли расползались в разные стороны, как черви из банки незадачливого рыбака. Что я хочу сказать? Что она хочет услышать?

— Ну, не знаю. Меня зовут Даниил Фомин. Мне сорок один. Живу и работаю в Москве. Какая-то нелепая затея, по-моему.

— Это ваша идея.

— Да, но чтобы рассказать что-то более интересное, чем анкетные данные, мне нужна ваша помощь.

— Какая же?

— Скажите, что вас интересует, и мы поговорим о ваших хобби и увлечениях.

— Вот вы и угадайте!

— Ясно. Не хотите упрощать мне... Тогда сам.

Нужна какая-то ниточка. Что-то нейтральное. Что любит кто угодно.

— Я не ошибусь, если... скажу, что вам нравится... кино?

— М-м-м, допустим.

— Отлично! Я обожаю кино. Увлекаюсь им лет с двадцати. Серьезно! Регулярно посещаю Московский Международный кинофестиваль. Люблю вечера кино. Когда показывают фильмы одного режиссера. Люблю авторское европейское кино. Бернардо Бертолуччи. Лилиану Кавани. Марко Феррери. Луиса Бунюэля. Из современников — Педро Альмодовара.

Люблю историю кино. Чаплина. Китона. Эйзенштейна. Любимый актер — Хавьер Бардем. Актриса — Одри Тоту. Американцев не люблю. У них одна коммерция. Блокбастеры. Битва пикселей. Но Голливуд посещал. Звезды на Бульваре топтал.

— Увлекательно. Как орел и решка. А что насчет меня?

— Думаю, вам ни к чему такие заморочки. Вы любите кино простое и искреннее. Пожалуй, про любовь. Что-то типа «Красотки»?

— Кто ж не видел старушку Джули!

— А вы знали, что отель из этого фильма до сих пор работает? Regent Beverly Wilshire. А ведь ему уже почти девяносто лет!

— Нет.

— Я жил в нем, когда останавливался в Лос-Анджелесе. Пару лет назад. Он внутри совершенно другой. Я уточнил у персонала. Оказалось — интерьеры снимали в другом, давно закрытом отеле Ambassador. А там — только сцены у входа в отель. Ну и поход по магазинам на Родео-драйв. Эта улица бутиков и впрямь в двух шагах.

— Любопытно. Я не люблю «Красотку». Смотрела, конечно, как и все девчонки. Но мне нравятся другие фильмы.

— Вот как! И какие?

— Сериалы. Британские, американские. Мой любимый — «Шерлок». Бенедикт Камбербэтч — это что-то! — ее взгляд затуманился.

— Я мог бы и догадаться! Камбербэтч силен. Наверно еще и «Черное зеркало», «Гримм», а из фильмов — сага «Сумерки»?

— А вы — молодец! Почти в точку. Совсем как Шерлок!

— Вы же видите, — улыбнулся он, — я стараюсь изо всех сил.

— У вас получается, — ответила она. — Хотя, должна заметить, наши вкусы в кино совершенно разные.

— Согласен. Может, пройдемся по музыке? Фредди Меркьюри. Another one bites the dust — мой будильник. Этот бит вытаскивает из кровати в любом состоянии. Дэвид Гаан. Я посещал его концерт с DM в Лондоне. Может быть классика? Моцарт. Чайковский. Вагнер. А что слушаете вы?

— Мне жаль, но наше положение с музыкой такое же бедственное, как и с кинематографом. Всё мимо!

— Жаль! Хороший кинематограф не обходится без полета валькирий. Тогда может литература? — не сдавался Даниил. — Что вы скажете о Чехове? Джойсе? Достоевском, наконец?

— Ничего. Мне ближе Джейн Остин. Она моя любимая писательница. Читала «Гордость и предубеждения» и «Госпожу Бовари». А «Каренину» осилила только треть и забросила.

— Тогда философию не предлагаю, — вздохнул он. — Похоже, у нас и в самом деле нет ничего общего!

— Не отчаивайтесь! Расскажите мне лучше о ваших путешествиях. Мне показалось, вы много где бывали.

— Это так. Могу побыть вашим персональным турагентом. Куда бы вы хотели отправиться прямо сейчас?

— Честно говоря, я особо нигде не бывала за границей. Ездила только с родителями на море до четырнадцати лет. С тех пор мы никуда не ездим, — она на мгновение задумалась о чем-то своем. — Расскажите какой-нибудь интересный случай. Про любую страну. Неважно!

— Дайте-ка подумать... ну вот, например. Уж не знаю, насколько интересный. Я вспомнил, как мы с вами впервые встретились.

Она слегка смутилась, но он, не обращая внимания, продолжил:

— У меня с собой был зонт, который я так ни разу и не раскрыл. Так вот, с этим зонтом случилась забавная история.

Это произошло еще в 2011м, в Амстердаме. Мы тогда приехали с коллегами по работе и провели в нем пару суток. А в первую же ночь вышли прогуляться по городу. Было тепло, хотя небо затянули облака. Я решил взять с собой зонт. Тот самый. На всякий случай.

Амстердам — удивительный город. Разноцветные кривые домишки, словно из сказок Ганса Христиана Андерсена. Каналы, мостики, лодочки. Железные писсуары посреди улицы. Залежи ржавых велосипедов. Их никто не убирает. А ночью он преображается и становится просто волшебным!

Мы выпили пива в ближайшем пабе. Потом пошли искать приключений. Ночные улочки, блеклые фонари, витрины, подсвеченные розовым неоном. Район Красных Фонарей. Несколько баров. Потом какой-то клуб. Ночь пролетела незаметно. Под утро решили, что пора в отель. Надо хоть чуточку поспать. Днем же работать! А на улице начался-таки дождь.

Я хотел открыть зонт, а зонта-то и нет! Причем уже давно. Идем, мокнем. Меня убеждают, что и не было. Но ведь я его брал! Пошли назад искать пропажу той же дорогой. Промокли насквозь. И что вы думаете? Хозяйка за барной стойкой паба рядом с гостиницей вернула его, лишь я о нем заикнулся!

— Какая-то глупая история, — сказала девушка.

— Да, пожалуй, — согласился он. — Удивительная вещь — человеческая память! Некоторые детали вспоминаются через годы. А некоторые сразу забываются. Я, например, хорошо запоминаю математические сущности. Числа. Номера телефонов. Вспоминаю стихи, которые учил в школе. Любую однажды услышанную мелодию. А вот лица — это моя слабость. Не могу удержать в памяти даже самые близкие. Запоминаю скорее по ощущениям. Как и живопись. Держу в памяти название картины и художника. А что нарисовано — забыл. Странно, да?

— А у меня в точности наоборот. Если я увидела человека — на всю жизнь запомню. Стопроцентная фотографическая память. Эйдетизм. Кажется, так это называется? А с цифрами у меня беда. Даже свой номер мобильного не могу запомнить. В телефон записываю.

— Мы с вами — полные антиподы! — засмеялся он.

— Наверное. Это иногда так ужасно — не помнить. Какой-то важный телефон или еще что.

— Нет. Я все важные вещи помню. Не только сам никогда не забываю, но и постоянно напоминаю подчиненным. Вот болван!

— Кто?

— Да я, кто же еще? Извините ради бога. Мне нужно вернуться в кафе. Простите меня!

__________

Примечания

...«Госпожу Бовари». — Девушка путает, «Госпожу Бовари» написала не Джейн Остен, а Гюстав Флобер.

...словно из сказок Ганса Христиана Андерсена. — Андерсен жил и творил большую часть жизни в столице Дании Копенгагене.