15

Глава 15Юлия Мы вошли в аудиторию. Преподаватель, высокий седой мужчина, уже был на месте и перекладывал стопки бумаг у себя на столе.Быстро прошли между рядами столов и уселись на свободные стулья. Очень удобные стулья, гораздо удобнее, чем в нашей старой школе. И сама аудитория раза в три больше обычного стандартного класса.— Ну что ж, всем здравствуйте! Готовы к получению новых знаний? — произнес мужчина, лишь только я успела достать тетрадь и ручку.Ему ответил нестройных хор голосов.— Что ж, тогда начнем. В этом учебном году мы с вами…Слушала преподавателя вполуха, сидела и осторожно осматривалась по сторонам. То и то и дело ловила на себе любопытные взгляды других студентов.Парней и девчонок было примерно поровну, причем девочки занимали преимущественно все первые парты, а парни засели на последних.Один из них поглядывал в мою сторону чаще других. Худощавый, рыжеволосый, судя по всему довольно скромный.Отвернулась и уставилась на преподавателя. Скромный или нет, но после ужасной вечеринки буду обходить абсолютно всех парней стороной и не давать ни малейшего повода.— Как Ивлев на тебя пялится, — прошептала Мила.— Ивлев это рыжий? — уточнила я.— Ага, он. Его родители владельцы одного из самых больших холдингов по производству мясо-молочной продукции.— Так, средние ряды, прекратили разговоры, — чуть громче сказал преподаватель, мы переглянулись и замолчали.* * *— Мила, ты хотела рассказать, что у тебя за конфликт с теми тремя, — напомнила я на перемене.Мы стояли у автоматов с кофе, и новая знакомая выбирала, какой ей купить.На самом деле меня не очень-то интересовали междоусобные склоки, спросила скорее для того, чтобы поддержать разговор. Все, чего хотелось мне, вернуться домой. В свою старую квартиру. И забыть о последних двух неделях своей жизни.— Ой, да глупость какая-то, — тут же ответила Мила, — сидела я пару дней назад в Маке, а Титов подсел ко мне ни с того, ни с сего. Случайно в общем встретились. Ну, а кто-то увидел и донес Дианке Яхновой, это та, что тебе угрожала. Она думает, что Титов ее собственность.— Они встречаются?— Ну, не то чтобы.Мила, наконец, выбрала капучино и нажала на кнопку.— юль, а ты? Не пьешь кофе?— Что-то не хочется.Может бы и выпила, но тут же в голове всплыли мамины слова про вред кофеина для организма в целом, и про вред бурды из автоматов, в частности. Любого, кто сделает хоть глоток этой отравы, по ее словам, будут ожидать самые плачевные последствия. Пожалуй, ее лекция может отбить настроение к чему угодно.— Ну, как хочешь, — беззаботно пожала плечами Мила, — слушай дальше про Яхнову. Так вот, она и ее подруги конечно считаются тут самыми крутыми девчонками, особенно на вечеринках, как они скажут, так и будет, но Титов тоже, знаешь ли, не на помойке себя нашел. Самая элита из парней, на втором месте по крутости.— Да что ты, — произнесла из вежливости, делая вид, что очень интересно.— Да, будет физ-ра, я тебе его покажу. Они часто на стадионе тусят, вся эта компашка. Возможно не с первого дня, конечно, но со второй то недели обязаны будут появиться. Там, где Милохин, там ищи и Титова.— Милохин?При упоминании фамилии дани вся напряглась.— Ну, да. Я ж тебе говорю, Титов только на втором месте, а вот Даня Милохин на первом.— Как интересно.— Скажу по секрету, за ним все девчонки бегают.— Прям так и бегают?Получилось несколько раздраженно, слава богу Мила ничего не заметила.— Ну, в любви признаются. Раз в неделю точно, кто-нибудь да признается. Яхнова тоже сначала к нему подкатывала, только он ее сразу отшил, вот она на Титова и переключилась. Очень ей хочется свой статус повысить.— Понятно.Настроение, из без того не самое радужное, упало окончательно. Боже, как же глупо я себя вела.Прозвенел звонок, а я вздрогнула.— Ну, юль, пошли. Бесят меня эти звонки, как будто мы малолетки какие, но такие тут требования.Всю следующую пару я сидела и переваривала полученную информацию. Точнее, только одну фразу, о том, что раз в неделю кто-нибудь обязательно признается дане в любви.Блин, а на прошлой неделе выходит два раза, потому что я тоже призналась. Понятно теперь, как это все выглядело для него. Думал, что вот, наверное, еще одна дура. Я и правда дура. Зачем я ему все это сказала. Зачем вообще влюбилась, ведь он не понравился мне с самого начала. Точнее нет, понравился. Ну и что? Обязательно нужно было выставлять чувства напоказ? Боже мой, какой позор.— Гаврилина, вернись с небес на землю, — раздался над ухом жесткий голос.— Что?Передо мной стояла немолодая женщина, худая и высокая, в больших круглых очках и с пучком, типичная строгая учительница. Точно такая, какой и должна быть учительница в моем представлении.— Вернись к уроку, юл, в прошлой школе у тебя что было по экономике?— Пять.— Да? Ну-ну, посмотрим.Она отошла, а я попыталась сосредоточиться на предмете.Мила шушукалась с какой-то новой девочкой, которая подошла только к этой паре, а я принялась вяло записывать материал, точно зная, что экономистом мне все равно не быть.— юль, это Катя.На перемене Мила представила меня своей рыжеволосой подруге, и мы вместе пошли в столовую.Катя оказалась еще болтливее Милы и тут же начала рассказывать про последнюю серию «Тетради смерти». Я про эту мангу, или как там она, знать ничего не знала, но усердно слушала.Внезапно в столовую вошло несколько парней и направились прямиком к нашему столику. Катя замолчала, а я нахмурилась.Не знаю почему, но по моим внутренностям прошелся холодок.— Ну, вот, — прошептала Мила.— Что вот? — также шепотом спросила я, параллельно отметив, что все разговоры в столовке стихли как по волшебству и вокруг стало очень тихо.— Не, ничего такого, просто договор.После ее слов заметила, что один из парней держит в руках бумагу формата А4. Опять какой-то договор. И что бы это значило?Парни остановились перед нами. Двое уперло руки в бока, а третий, черноглазый брюнет с короткой стрижкой слегка восточной внешности, бесцеремонно отодвинул мою тарелку с рисом, зеленью и куриной грудкой и шлепнул передо мной бумагу.— Эй, новенькая, подписывай.— В смысле?— В прямом. Вписывай свое имя и ставь подпись.— Это что?Взяла бумагу в руки и прошлась глазами по тексту.«Договор присоединения».Взяла стакан с соком и сделала глоток. Тааак, почитаем.«Я… такая-то… согласна во всем подчиняться Высшему совету колледжа и исполнять любые поручения, касающиеся жизни в стенах учебного заведения, такие как:Голосовать так, как скажет Высший совет.Устраивать/не устраивать бойкот всем, на кого укажет Высший совет.На вечеринках исполнять роль прислуги и подносить напитки членам Высшего совета….»Там оставалось еще около десятка пунктов, но мне с лихвой хватило первых трех.Подняла глаза сначала на черноглазого, потом на двух других.— Это что за филькина грамота? — спросила грозно.Откуда-то сбоку раздался смешок, но стоило черноглазому стрельнуть глазами в ту сторону, как смех тут же оборвался.— Подписывай, — прошипел он зло.— юль, — зашептала Мила, — лучше не спорь. Тут многие подписывают.Я повернулась к Миле и с удивлением уставилась на нее.— Не спорь?Потом встала из-за стола, посмотрела снизу вверх на брюнета, который оказался выше на две головы, взяла в руки бумагу и демонстративно разорвала на четыре части. А потом разжала пальцы и обрывки спикировали аккурат под ноги троице ненормальных.Со всех сторон послышались возгласы удивления, а глаза всех трех полыхнули огнем.— Валите отсюда и больше не беспокойте меня, тем более во время обеда. Неподходящая компания за столом способствует плохой усвояемости пищи, — сказала им, не забыв процитировать маму, а потом плюхнулась на место, пододвинула к себе тарелку и принялась за еду.Парни стояли надо мной еще секунд десять, а потом развернулись и пошли прочь.В столовой по-прежнему царила тишина.