Часть 52. На балконе.

Частицы дымного нимба, что всё также безмятежно завивался над головой Каина, постепенно рассеивался и смешивался с воздухом. С окон, под которыми я сидела, свет стал литься чуть больше, неспешно окрашивая комнату в более светлые тона. Часть меня осознавала, что пора бы уже подниматься и двигаться дальше, но вторая часть не позволяла сдвинуться ни телу на миллиметр, ни глазам с лица брата. 

В глотке застряли слова. Мне нестерпимо хотелось высказать всё, о чём я думаю. И я могла — он бы всё равно не очнулся от звуков моего негодующего голоса, но не стала. 

Приняв ещё одну попытку через ещё какое-то время и пересилив себя, я оторвала спину от стены и встала, бросая последние взгляды на парня и сжимая кулаки. Лёгкие стали наполняться чем-то тяжёлым — желанием выпустить всё это из себя. Как под гипнозом одной лишь мысли я подошла ближе и замахнулась кулаком. Мешкалась я буквально секунду, а когда кулак уже летел в его скулу, я ощутила едва заметный укол жалости и сожаления. Рукой двигала ярость так, как порох толкает пулю.

Удар разорвал тишину. Остатки нимба по-прежнему парили над его головой. Костяшки обожгло невыносимой болью, что тут же вынудила меня потрясти рукой, дабы смахнуть с себя хоть немногие неприятные ощущения, но это не помогло. 

Скула Каина приобрела красноватый оттенок — я содрала немного кожи, но залечивать не стала. 

Прикусив губу и накрыв покрасневшие костяшки другой рукой, я выбежала из комнаты, когда на меня стали падать первые лучи дня. 

Коридор встретил меня приветливой прохладой, и я вошла в свою комнату, что находилась прямо напротив номера Каина. Рука, покрытая ссадинами, кровоточила, и я стала залечивать её под одно из заклинаний. 

Я ничего не чувствовала. Да, с ударом злость исчезла, точнее, скорее спряталась до нового появления брата. Страх тоже, казалось, позабылся. Я вне подозрений у Высших, а значит — я в безопасности, но не надолго.

Мы с Аластором хорошо сработали. Когда мне пришла идея в том коридоре, я потянула его обратно в гостиную, где ребята заканчивали репетицию. Азраэля там уже не было, и я попросила их отыграть одну из последних сцен. Да, Вегги действительно передала копьё Аластору, а тот подкинул его мне. Преодолев инстинкты, я схватилась за остриё, но боль длилась недолго. Книгу мы продублировали и оставили рядом с кроватью чистую копию, а заклинания Аластор оставил у себя. Всё сработало чисто, только... Почему Азраэль ничего не сказал о ранах на шеях Авеля и Сифа? Он не мог промолчать.

Всё моё внимание было сосредоточено на одном единственном вопросе, ответ на которой я не могла найти или даже выдумать. Я проглядела, как вышла на балкон собственной комнаты. Прозвучит необычно и маловероятно, однако двери раньше не было. Или она просто сливалась с окном и я была недостаточно внимательной. Золотое ограждение находилось всего в паре метров от дверей. Места было достаточно, чтобы дать волю своим мыслям в этом пространстве. Бёдрами я прильнула к стержням и сложила руки на нём, бросая взгляд вдаль, словно удочкой. Я не знала, просыпается ли город или ложиться, или он всегда таков, но нечто сонное всё же парило в воздухе над вышками и в улочках.

— Как ты это провернула?!

Я почти подскочила, когда голос раздался в то же мгновение, когда и справа от меня появилось чёрное пятно под громкий шелест крыльев. Крепко схватившись за ограждение, я сделала полшага назад. Прямо на позолоченной перекладине, словно птица, сидел Азраэль, точно он только спустился откуда-то и не успел сложить три пары своих гигантских крыльев. Его брови были опущены, исподлобья он глядел на меня, и я практически разглядела, как в них отражается моя смерть, о которой он так жаждет прямо сейчас. 

Едва узримая усмешка самовольно накрыла уголок моих губ, хоть и мне не было смешно. Мне тоже было любопытно. 

— Папочка надавал по попке?

— На коже твоих братьев не было и царапины! — спустился он с огородки и встал на балкон, остановившись в трёх шагах от меня и складывая в себя свои вороньи перья. 

Искреннее изумление я скрыла за самодовольной ухмылкой. 

— Потому что я не брала у них кровь.

— И я также уверен, что этот шрам, — он внезапно очутился перед моим лицом и, вцепившись в моё запястье, поднял его, — не от копья. И уж точно не был получен вчера, а гораздо раньше.  — раздался шёпот у моего лица, пока его взгляд перепрыгивал с моих глаз, словно вытягивая ответы. Я услышала заметный запах перегара. 

— Ты что, пьян? Ох-хо-хо! Кажется, у кого-то ночь не задалась. 

— Как ты это делаешь?! — проигнорировал он мой вопрос. 

— Делаю что? — насмешливо спрашивала я. — Да и вообще, разве тебе можно здесь находится? Или тебя изгнали?

Он отторгнул мою руку, как отталкивают от себя противны насекомых. Парень прошёлся дальше и встал у балкона, но с боковой стороны.

— Расскажи, что было. Я хочу посмеяться.

— Ещё чего. — Выплюнул он. 

— Почему я испортила тебе жизнь? Так ты выразился. — произнесла я, встав у другой стороны балкона напротив его спины и прильнув поясницей к ограждению. Нас разделяли метра три, а то и четыре. 

— В твоё существование никто не верил. На протяжении всего этого времени. У меня и так напряжённые отношения с братьями, а ты наделала делов. Так я однажды просто... сорвался и... устроил чуму на Земле. Думал, мне удастся вновь тебя найти. И совершил ещё несколько вспышек.

— Знал бы ты, сколько мне проблем доставил с этой чумой! Мне в день приходилось менять тел по двадцать, чтобы избежать смерти! — вдруг возмутилась я, почти с толикой ностальгии и отвращением вспоминая тот век. 

Он ответил тишиной, продолжая смотреть на окраину города, на которую открывался вид с того угла. Мои глаза продолжали блуждать по его спине теперь уже без желания свернуть ему шею, а скорее с приятным вкусом очередной победы над ним. 

— Слушай, Азраэль. Давай договоримся?

Он и мускулом не дрогнул — я продолжила.

— Мы оба друг друга терпеть не можем. Так давай ты больше не будешь сюда спускаться? А я буду молчать, что ты вообще здесь был и играл грёбаного мавра у камина. Я не буду терпеть твоё лицо, а ты — моё. Справедливо, не считаешь? А ещё ты меня чуть не прибил после моей смерти, а потом в добавок чуть не задушил, а я тебя дважды ударила. Так что, я считаю, мы с тобой ещё и квиты, не так ли?

Ангел медленно выпрямился, но поворачиваться пока не собирался, я терпеливо ожидала.