Глава III. Поздно.

Джек мчался по лесной дороге. По обеим сторонам раздражающе мелькали деревья, сливаясь в плотную зеленую кашу. Нервы были на взводе. Каждый раз подскакивая на кочке он тихо, сквозь зубы, ругался.

Коротко звякнул телефон, Джек от неожиданности вздрогнул и тут же схватил трубку.

- Привет, Джек.

- Том? Что-то срочное? Я тут немного занят!

В трубке понимающе хмыкнули.

- Буду краток, - смилостивился голос. - тебя видели этой ночью на Поющих Полянах.

Джек нахмурился и снизил скорость. Телефонный разговор отвлекал его от дороги.

- Ты об убийстве? Да, я был неподалеку, это что, преступление? Может, сразу меня арестуешь?! - не выдержал Джек.

- Расслабься, приятель, я не об этом. Если каждый свидетель будет так психовать, я сам с катушек слечу! Заскочишь ко мне сегодня дать показания?

- Лучше уж ты ко мне. Часов в восемь. И возьми выпить, а то нервы ни к черту, - устало признался Джек.

- Отличная идея! А, и еще: если в день убийства с тобой кто-то был, скажи мне, их тоже нужно опросить.

- Кейтлин Эванс и Элизабет Фриз. Только ты поосторожнее с ними, что ли...

- Понятое дело, - в трубку дружелюбно фыркнули. - ладно, до вечера.

Не дожидаясь гудков, Джек бросил телефон на соседнее сидение и ударил педаль газа. Внедорожник рыкнул и дернулся вперед, вжимая его затылком в сиденье.

Неожиданно лес разошелся в стороны, и перед Джеком предстал бетонный забор с оборванной колючей проволокой и растрескавшаяся площадка, асфальтированная еще в прошлом веке. За оградой виднелись постройки давно заброшенной птицефабрики. На месте ворот - натянута пестрая лента, которой обычно ограждают место преступления.

Джек заглушил двигатель и бросил ключи на сиденье рядом с телефоном: в этой глуши бояться было некого.

Он прошел под оградительной лентой и решительно направился к маленькому домику сторожа. Кругом царило запустение - фабрика стояла без дела уже много лет. Трава давно поросла в щели бетона и между плит, гнетущая тишина медленно наваливалась на плечи. Джек встряхнулся, отгоняя ее. Подойдя к сторожке, он замахнулся и дважды грохнул по ней кулаком. В груди медленно разгоралась слепая ярость, а прямо перед глазами стояло удивленно-испуганное лицо Элли и взволнованное, растерянное - Кэти. Дверь оказалась не заперта и мягко поддалась. Джек уверенно шагнул внутрь, будто был здесь далеко не первый раз. За столом, у окна, шевельнулась высокая широкоплечая фигура и поднялась к нему навстречу.

- Какого черта ты делал в моем доме?! - с порога выкрикнул Джек и хлопнул дверью так, что дрогнули доски пола.

Мужчина склонил голову на бок, с интересом посмотрел на гостя и провел пальцами по своей шее. От самого уха под воротник тянулся грубый рваный шрам.

- У меня там свои дела.

Джек вспыхнул, едва сдерживая себя:

- Ты не посмеешь ее тронуть! И вообще никого из моих...

- Ага, - с удовольствием кивнул мужчина и сунул руки в карманы. - твоих нельзя, а чужих можно. Ты как всегда, Джек.

Парень сжал кулаки, но потом выдохнул и взял себя в руки. В груди клокотал ужас за Кэти и Элли - они в чудовищной опасности.

- Слушай, чего ты хочешь?

В ответ мужчина громко расхохотался, вздрагивая широкими плечами. Потом, сквозь смех, заговорил:

- Тебе понравилась моя последняя игрушка?

- Летти? - Джека передернуло. - Не особо. Забирай свою метку.

С этими словами он вытащил из кармана запутанную комком красную нить и протянул мужчине. Тот ухмыльнулся и мягко, по-кошачьи, подошел почти в плотную.

- Ты упускаешь кое-что важное, Джек. Только сумасшедший суется к хищнику, когда тот ищет жертву, - мужчина ухватил его за руку и, вытянув из ладони красную нить, быстро обмотал ею запястье Джека.

Джек похолодел.

- Я?! Нет-нет... - в голове пронесся целый вихрь, и в нем одна крошечная и смертоносная, слово свинцовая пуля, мысль:

«Поздно.»