Глава 27. Убитая беззаботность

Бетти сидела под горячим душем вот уже больше часа и не могла понять, как такое могло с ней произойти. Первые несколько минут она истерично смывала с себя пот Блейка вместе с верхним слоем кожи, царапала руки и голову до крови. Затем громко плакала, не боясь разбудить дедушку Грегори. А теперь ей хватало сил только на то, чтобы дышать.

Бетти сбежала из дома Новак прямо по среди ночи, босая, в одной ночной рубашке. Оставаться там она была не в состоянии. Заботиться о том, что подумают родители лучшего друга или он сам о ее поступке Бетти попросту не могла. Все мысли были об одном – как ей дальше жить. И стоит ли вообще жить после такого...

Фрагменты секса с Блейком всплывали в голове снова и снова как бы Бетти не пыталась гнать их прочь. Ее истерзанное тело ныло, а сердце колотилось так сильно и разгоняло в венах кровь, отчего она вся горела. Горела как внутри, так и снаружи.

Бетти мечтала о Блейке. Она столько раз представляла себя в его объятиях, что невозможно было сосчитать. Но все оказалось не так, как она фантазировала. Почему Блейк сделал с ней это, если они еще даже не начали нормально встречаться и Бетти была к этому просто не готова? Почему она ни разу даже не подумала, что может случится что-то подобное? Почему?..

Капли горячей воды стекали по плечам Бетти, забегали в глаза и уши, создавая вакуум и, казалось, только в этом вакууме она может сейчас укрыться. Бетти была на распутье. Она не знала, как себя вести в такой ситуации, не знала, к кому обратиться, попросту надеялась, что новый день для нее не настанет. Как бы было здорово, если бы она заснула и не пришлось просыпаться.

Дрожащими пальцами Бетти взяла клинковую бритву дедушки Грегори с раковины и раскрыла ее, свет лампы отражался в наточенном лезвии. Бетти плашмя приложила холодную сталь к запястью и замерла в таком положении. От освобождения ее отделяло лишь одно решение. И это решение она принимала сама, а не кто-то за нее, как сделал Блейк несколькими часами ранее.

Острое лезвие проехалось по коже, как по маслу. Бетти даже не пришлось прикладывать усилий, чтобы остался глубокий порез. Струйка темно-алой крови побежала по руке и смешалась с водой, запястье обожгло болью.

– Черт... – выругалась Бетти, вскакивая на ноги.

Крови оказалось больше, чем она ожидала. Бетти попыталась промыть рану, но кровь никак на останавливалась. Пришлось взять полотенце и долго держать, чтобы хоть как-то ее унять. Когда Бетти все же удалось это сделать, она плотно перевязала порез бинтом и склеила пластырем его концы, чтобы держался. Рана пульсировала, но зато это отвлекало от другой боли.

Только под самое утро Бетти смогла выйти из ванной и забраться в кровать. Перед этим она заперла дверь своей комнаты на замок, чего никогда не делала раньше, и написала записку дедушке Грегори, чтобы он не волновался. Пришлось сослаться на болезнь.

Сначала у нее не получалось заснуть. Голова настолько переполнилась мыслями, что, казалось, могла лопнуть. Но, в конечном счете, сон взял свое и погрузил Бетти в беспробудные дебри кошмаров.

***

Разлепить веки показалось Бетти непосильной задачей. Она все никак не могла вернуться в реальность, хотя слышала, как кто-то барабанит по двери, и понимала, что это происходит наяву. Через силу, все еще зажмурившись, Бетти все же подала голос, давая знать, что она пусть и не в порядке, но хотя бы жива. Взволнованный Скайлер тут же затараторил:

– Бетти! Бетти, ты в порядке? Что случилось? Я не могу открыть дверь!

– Я заболела, Скай. Приходи, пожалуйста, позже.

– Уже вечер, Бетти. Ты ушла, ничего не сказав. Мама и папа волнуются, я вообще места себе не находил, весь день ждал, когда ты проснешься. Блейк тоже был. Если бы ты не ответила нам, мы вынесли бы окно в твою комнату, но мистер Элфорд запретил это делать.

– Ты же сам прочитал записку, мой мальчик, – тихо за дверью сказал дедушка Грегори Скайлеру, но тот ему не ответил.

– Бетти, я знаю, что-то не так. Почему ты ушла? У тебя что-то болит? Давай вызовем доктора?

– Скай, не нужно, – всхлипнула Бетти, но постаралась сдержаться. – Прошу тебя, уйди. Пожалуйста...

– Бетти, Блейк уезжает через несколько часов. Его ты тоже не пойдешь провожать? Кажется... кажется, он волнуется. Он писал тебе много раз и звонил.

– Мне все равно, Скай! Просто оставьте меня в покое, я что, многого прошу?!

Крик Бетти заполонил комнату, слезы вмиг брызнули из глаз. Чтобы не застонать от боли, Бетти уткнулась лицом в подушку. За дверью послышалась возня, затем дедушка Грегори обратился к Скайлеру:

– Не дави на нее, мой мальчик, пусть она побудет одна.

– Но если я не знаю, что произошло, как тогда я смогу помочь ей?

– Иногда людям просто необходимо побыть в одиночестве. Уверен, когда Бетти поправится, первым делом позвонит тебе.

– Хорошо, – долгую минуту спустя ответил Скайлер.

По звукам снаружи Бетти поняла, что он вплотную подошел к двери. Скайлер тяжело выдохнул и сказал, обращаясь к Бетти:

– Я не должен был так вести себя вчера днем, Бетти. Мне очень жаль... Просто знай, что я всегда готов тебя поддержать и наши ссоры не имеют значения. Для меня ты всегда будешь самым лучшим другом и самым близким человеком.

Скайлер немного помолчал и, не дождавшись ответа от Бетти, развернулся и пошел прочь. Когда его шаги стихли, Бетти снова уткнулась лицом в подушку и разрыдалась пуще прежнего. Она не представляла, как сможет посмотреть в глаза Скайлеру. И сможет ли она вообще видеть рядом лучшего друга, который временами так сильно напоминал ей Блейка.

***

Только к полуночи Бетти заставила себя выйти из комнаты и то лишь для того, чтобы успокоить дедушку Грегори. Старик сидел в гостиной у телевизора и смотрел передачу о рыбалке. Бетти слышала его разговор по телефону с миссис Бровери и знала, что он отменил с ней свидание. Бетти чувствовала вину перед ним.

Бетти надела спортивные штаны и свитер с длинными рукавами, пытаясь спрятать от глаз дедушки Грегори синяки и царапины, которые проявились на теле из-за ее попыток смыть с себя память прошлой ночи. В особенности она боялась, что он увидит бинт на ее запястье и начнет задавать вопросы. Бетти медленно подошла к дивану и, сев рядом с дедушкой Грегори, быстро укуталась пледом.

– Ох, Бетти, – встрепенулся он. – Тебе уже лучше? Что-то болит?

Бетти прильнула к старику и тот обнял ее за плечи. В детстве они часто сидели вот так и смотрели вечерние шоу по телевизору, когда Бетти повзрослела, таких моментов стало меньше.

– Голова немного болит, но не волнуйся, скоро пройдет. Я не сильно тебя напугала?

– Ты хорошая внучка, Бетти, – немного погодя ответил дедушка Грегори. – Если тебе нужно побыть одной, значит, так тому и быть. Я не переживаю, что ты совершишь что-то необдуманное... Но, Бетти, ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне все, что бы ни случилось? Я не стану тебя отчитывать, а наоборот, поддержу.

Бетти отодвинулась от дедушки Грегори и заглянула ему в глаза. Ей вдруг показалось, что он видит ее насквозь, отчего стало страшно. Бетти выдавила из себя улыбку и снова прижалась к старику.

– Я поссорилась со Скаем, а потом и с Блейком.

Когда Бетти произнесла имя Блейка, все ее нутро сжалось от ужаса и содрогнулось. Но она заставила себя продолжать врать дедушке Грегори:

– Не люблю с ними ссориться. Поэтому вернулась ночью домой. А потом... просто долго не могла уснуть.

– Ты проспала весь день, – тихо произнес дедушка Грегори.

– Это просто из-за стресса. Все в порядке, только не волнуйся. Береги сердце.

– Мне так много лет, Бетти, что уже не страшно за сердце. В любой момент могу отдать богу душу и даже не подумаю об этом переживать.

– Дедушка, ну зачем ты так? Рано тебе еще о таком даже думать.

– А я и не думаю. Просто вижу, что после меня останется и спокоен.

– И что же это?

– Ты, Бетти, – улыбнулся дедушка Грегори. – Ну, конечно же, это ты.

Бетти грустно улыбнулась и еще сильнее прижалась к дедушке Грегори. Теперь она не могла сдерживать слезы, но ей стало все же немного легче. Хоть Бетти и не могла поделиться своей болью с дедушкой Грегори, она не была одна. Ей нужно как-то продолжать жить, смирившись с тем, что произошло. Пытаться это забыть или проработать, может, принять как данность или что-то еще. Пока она так же не представляла, что с этим делать. Все, что знала Бетти наверняка – ее жизнь на этом не закончится, ведь она не в праве забирать то, что дано ей свыше.