Часть 4. Глаза открой по счёту три-два-один-ноль.

Что спрятано там, где ничего нет? Как выглядит то, чего не существует?Будет ли во тьме свет?У тебя есть варианты ответа?

Вокруг царила кромешная тьма. В помещение не попадал ни один луч света, что могло значить только одно — Кристал находилась в подвале. И она отчётливо понимала, что это не простая комната с забитыми досками или закрытыми занавесками окнами, теплой и уютной кроватью, в которой под одеялом можно было бы спрятаться от всех проблем. Сырость, холод и тьма свидетельствовали о том, что условия не самые благоприятные, но наручники, сковывающие её запястья, и чувство, всё не покидающее её голову и твердящее, что она полностью обнажена, точно не были признаком чего-то хорошего. Потихоньку Ричардсон осознала то, что она похищена, и то, что вскоре умрёт. Она знала наверняка — Итан Уилсон не оставит её в живых просто так. Либо ему что-то нужно от неё, либо он просто маньяк-убийца, либо, как сейчас принято говорить в интернете, — «К-кккккккомбо». Дернув руками со всей силы, брюнетка проскулила сквозь сжатые зубы от боли, которую почувствовала — наручники остро врезались в кожу, которая, собственно, уже итак была ими натертой до крови. Уже несколько последних часов девушка пыталась освободиться от железных оков, но таким образом сделала только хуже — на запястьях появились ранки, которые ужасно жгли. Но на это ей было плевать. Главным было избавиться от чертовых наручников, и она надеялась на то, что её боль ненапрасная, что ей удастся избавиться от них, если руки будут хорошо намазаны кровью.Бредовая мысль? Возможно. Но даже это лучше, чем безделье. Никогда не стоит ждать спасения от Судьбы или от кого-то ещё. Никто не спасёт, другие только уничтожат. Нужно пробовать выкарабкаться из любой ситуации в одиночку, надеясь на себя, даже если при этом придётся многим пожертвовать. Именно многим, а не многими. Но ради многих стоит пожертвовать собой. Вдруг неожиданно включился свет. Кристал дернулась и прикрыла глаза, стараясь побыстрее привыкнуть к яркому освещению и посмотреть на того, кто пришёл. Сведя ноги вместе и руками пытаясь прикрыть грудь, брюнетка посмотрела на блондина. Её рот был приоткрыт, а грудь быстро то вздымалась наверх, то опускалась вниз из-за того, что девушка очень часто вдыхала воздух. Она тряслась всем телом. Ей было страшно. Страшно быть здесь, стоять перед ним, смотреть на него и видеть его потерянные глубокие океаны, скрывающие в себе чёрт знает что. Но он не был страшным, а наоборот — страшно красивым. И это устрашало сильнее. Но теперь хотя бы она уже знала, что под этой красотой скрывается мерзкая и скользкая кучка гноя.Теперь... Теперь-то да, но сейчас это ничего не давало, а наоборот — лишь всё усложняло. А всё это почему? Ведь человеку с приятной внешностью и хорошими манерами поверишь быстрее, нежели грязному бомжу с помойки, даже не зная, что красивый — ужасный и подлый, а бездомный — просто грязный и не мытый. Ведь привлекательный притягивает. Ведь хорошему готов открыть душу. Ведь приятному в общении доверяешь с первой же минуты разговора. И именно в этом вся подлость. Он входит в доверие, а затем уничтожает, ударяя туда, где болит сильнее. А ты, не ожидая такого поворота, мучишься ещё сильнее — совесть грызет душу, ведь как ты мог не понять каков этот человек раньше? — И-итан... — прошептала брюнетка, смотря на голубоглазого парня и осознавая где-то в глубине своего сознания, что боится. Боится его бездонных глаз. Боится его взгляда. Боится его самого. Боится до ужаса. Парень несколько минут стоял в ступоре, разглядывая обнаженную девушку, при этом выражая какое-то недовольство через взгляд. Через испепеляющий взгляд. И Кристал было так страшно, как никогда в жизни. Хотелось просто сдохнуть, лишь чтобы не видеть этот взгляд. Ей хотелось заскулить от безысходности и взвыть во всё горло, но она молчала. Просто молчала и смотрела на него. Вдруг блондина словно что-то переключило, как на включателе. В его голове прозвучал «щёлк», и он двинулся с места, при этом изменив свое выражение лица. Кристал сразу же заметила этот милый взгляд, который видела тогда в галерее при знакомстве, и это было более, чем странно. — Господи, Льдинка, ты не очень замерзла? — заботливо спросил он, сняв с себя кожаную курточку и накинув на брюнетку, непонимающе хлопающую ресницами. — Как тебя могли здесь запереть? — задал Итан вопрос, не ожидая на него ответа. — Господи! Зачем ты это сделала?! Я же могу тебя просто так отпустить. — Его взгляд уже был нацелен на руки девушки. — Так, я сейчас вернусь. Пойду поищу где-нибудь ключ от наручников и прихвачу аптечку, чтобы обработать раны, и заодно какую-нибудь одежду. Подожди немного, я сейчас вернусь. — Уилсон развернулся и вмиг ушел, а Ричардсон, не понимая ничего из того, что только что произошло, лишь смотрела на дверь, за которой пару секунд назад скрылся Итан. Что за чертовщина? Решив, что парень решил прикинуться дурачком, чтобы тупо убить её, Кристал начала интенсивнее дергать руками, пытаясь острыми концами наручников задеть те участки кожи, на которых уже была засохшая кровь. Но ничего не получалось, лишь боль становилась всё сильнее и сильнее. От злости Ричардсон закричала, сильно дёрнув руками. Боль от этого действия была слишком сильной, от чего девушка упала на колени и схватилась за ту железную балку, к которой была прикреплена наручниками. Опустив взгляд вниз, девушка увидела, что руки её свободны. Появился шанс на спасение, и брюнетка начала подниматься с земли. Именно на этом моменте появился Итан, которого Кристал даже не заметила. — Ах ты, грязная сука, решила сбежать? Вот теперь мы точно поиграем, киса. Поиграем в жестокую игру. — Подлетев к девушке, Уилсон схватил её за волосы, а затем ударил лбом в железную балку. Она рухнула на пол, а он начал пинать её ногами. Потом, схватив Ричардсон руками за натертые до крови запястья и с силой сжимая их, оседлал её. — Сначала в какую игру сыграем, м? — он улыбнулся, схватив её за челюсть. — Может быть, в «Красавицу и чудовище»? Да? Ну, хорошо, только, чур, чудовище ты, а сейчас я сделаю из тебя красотку, — только и промолвил он, как в следующее мгновение кулаком ударил брюнетку в лицо. За этим ударом последовал следующий. А потом ещё один. И ещё. И ещё... Блондин бил бедную девушку до тех пор, пока она полностью не потеряла сознание. Но это отнюдь не остановило его, а только разозлило сильнее. — Открывай глазки, красавица, мы ещё не доиграли, — приведя в чувство беднягу, улыбнулся Итан. — Следующая игра «Вхожу-выхожу». — Пошлая ухмылка промелькнула перед глазами Ричардсон, жалеющей о том, что она вообще родилась на свет. — Глаза открой по счёту три-два-один-ноль! — выкрикивая последние слова, Уилсон начал снимать штаны.