Эпилог

Больничная койка. Я просыпаюсь с криком. Всё тело в дрожи. Выбегаю из клиники. Ночь. Посёлок затаил дыхание.

Бегу. Через дворы. Вдруг — Из тени выныривает фигура. Мужчина.

Лётная куртка, оливковые штаны, высокие сапоги. На голове — кепка Люфтваффе. Лицо старое, с длинным, вороньим носом — словно вырвано из советской карикатуры.

Он хватает меня за горло, душит, прижимает к земле. — Что, внучёк? Дедушку не узнал?

Но в следующий миг — Мы лежим на сцене театра. Вокруг — зрители. Красный зал. Ад.

Из-за кулис вырывается стая белых собак. Они вгрызаются в немца, спасают меня. Зрители заливаются хохотом. Смех — не смех, а визг чертей. Колючий, как иглы под ногтями.

Занавес.